На дальнем рубеже

При этих словах диспетчера Грайнер недобро усмехнулась. Как бы ни заботилось руководство МРЛ о своих работниках, но желание выяснить, что же за херня происходит на станции, запросто могло перевесить жизни троих космонавтов. Но, с другой стороны, нужно же выяснить, что же творится на орбите. Ведь никто не мог поручиться за то, что подобное не произойдёт на каком-нибудь из компаунд-комплексов компании.

— Парни — я не больше вашего хочу лезть туда, — лорнианка ткнула стволом бластера вверх, — но что если та хреновина, что сейчас там орёт благим матом…

— Хреновина заткнулась! — нервно хихикнул Пиледжи. — И никто больше не палит из бластера!

Действительно, наверху наступила тишина, которую можно было бы охарактеризовать, как напряжённую.

— Ты что хотела сказать, Ланни? — мерасск неодобрительно покосился на Лима.

— Я имела в виду, что подобная ситуация может произойти и на планете. Ведь вся эта хрень на станции началась после прилёта транспортника из десятого компаунда. Значит, они могли что-то привезти с собой, причём об этом они даже и не подозревали. А если там ещё такая же фиговина есть? Или фиговины? А?

— Неохота это признавать, но ты права, — пробормотал Пиледжи, переглядываясь с мерасском; ксенос, помедлив, кивнул тоже. — Пошли, поглядим, что там за хреновины бегают и орут. В конце концов, нас же трое, и у нас есть оружие. Чего нам какую-то заразу бояться?

Слова второго пилота подействовали на Грайнер и Индузи, словно какой-то допинг. Мерасск, воинственно помахав плазмаганом, решительно полез вверх по металлической лестнице.

На верхнем уровне, куда они осторожно, едва ли не на цыпочках, поднялись по межуровневой лестнице, было пусто. По крайней мере, в пределах прямой видимости никого не наблюдалось. И биосканер по-прежнему ничего не показывал, равно как и детектор движения. Возможно, несколькими минутами ранее оба прибора и фиксировали кого-то, но тогда никто из космонавтов не обратил на них внимания, прислушиваясь к звукам, что шли отсюда, и споря, стоит ли им лезть сюда или лучше всё же мотать со станции, пока до них не добралась какая-нибудь хрень.

Никого не наблюдалось… но вот не заметить дыру в металлическом полу коридора решительно было невозможно. Для этого нужно было быть абсолютно слепым, но никто из космонавтов слепым не был. Дыра явно была чем-то прожжена, но не бластером и не лазганом. Также это не походило на след от попадания плазменного заряда и вообще на работу какого бы то ни было оружия.

— Впечатление такое, — пробормотал Пиледжи, присаживаясь подле края дыры, чей размер спокойно позволял просунуть в неё голову, если бы вдруг второму пилоту «Мула» взбрело такое в голову, — словно здесь разлили что-то едкое… кислоту, к примеру. Возможно, тот, кто палил из бластера, кого-то ранил… кого-то с кислотной кровью… но бластерный луч раны прижигает и крови по логике быть не должно — это же заряд атомной энергии, как-никак.

— А если у этого типа кровь настолько едкая, что даже высокотемпературный заряд бластера ей пофигу? — предположил Индузи, держа наготове свой плазмаган.

— Да что это за существо такое, Ча?

— Я откуда знаю? — мерасск поправил газовую маску. — Какая-нибудь неизвестная хреновина, скорее всего.

В наушниках коммуникатора Грайнер раздался настойчивый голос диспетчера космопорта Роскильде, требующий разъяснений по поводу того, что нашли космонавты. Лорнианка досадливо поморщилась — объяснять тут было нечего, ибо ничего ровным счётом было непонятно. Кто в кого стрелял, зачем это было сделано, а самое главное — кто был владелец бластера или из чего он там палил? Вопросов галактика — ответов шиш. И такое положение дел Грайнер очень не нравилось. Поэтому Ланника коротко обрисовала ситуацию и попросила не отвлекать её по пустякам. И так в главном компаунде получали устойчивый сигнал с видеодатчиков космонавтов. По мнению Грайнер, этого было вполне достаточно.

— Что у нас получается? — девушка присела рядом с Лимом, который внимательно рассматривал дыру. — По станции бегает какая-то тварь, у которой вместо крови — кислота, и неизвестный тип, что за ней, судя по всему, охотится. Тварь, по-видимому, убивает всех, кто попадается ей на пути, и здесь могут быть два объяснения: это хищное животное и оно напугано незнакомой обстановкой и охотником — или это хладнокровный расчётливый убийца, которого преследует… хм… охотник… Нет, какая-то хрень получается! Нет на Мореллусе никаких опасных хищников! Нет — и всё тут!

— Ланни. — Индузи как-то странно отодвинулся в сторону и в голосе мерасска послышалось напряжение, однако лорнианка поначалу не обратила на это никакого внимания, поглощённая раздумьями о природе проделанной дыры в полу и о том, кто же мог быть этому виной.

— Скорее я поверю в то, что у этого маньяка при себе был бак с кислотой, который он для чего-то с собой таскал, и тот, кто в него стрелял…

— Ланни! — Индузи повысил голос, чтобы привлечь внимание своего босса.

— Чего? — Грайнер, недовольная тем, что её перебили, сердито взглянула на ксеноса.