На краю: Легенда о Суини Тодде

— Я… Я убил, святой отец.

— Это большой грех, сын мой. Кого и за что? — спросил пастор.

— Убил из мести. Мясника, — прозвучал ответ, заставивший Эбеттора насторожиться. — Я был несправедливо осужден, а он, подлец, тот самый написал донос…

Священник напрягся и выпрямился, словно ученик перед преподавателем. Теперь он догадался, кто сидит напротив него. Это Суини Тодд, тот самый цирюльник, что был когда-то женат на молодой красавице Бетти, которая покончила с собой, не выдержав домогательства судьи. Того самого, что отправил ее мужа в тюрьму, а теперь бесчинствует, пользуясь своей безграничной властью. Воистину пути Господни неисповедимы. Суини Тодд… А ведь Элиза, та самая девочка, что воспитывалась при храме, и есть дочь цирюльника. Он это сразу понял, как только нашел подкидыша. Будучи молодым капелланом Эбеттор крестил малышку при рождении и сразу же узнал небольшое родимое пятнышко на ее шее в форме сердца. Вот это поворот! Может, сказать Суини, что его дочь жива? Но как он на это отреагирует? И потом, ведь это он, он, а никто-то другой воспитал Элизу. Нет! Нет, так просто он ее не отдаст. Никто не должен узнать правды.

— Раскаяние твое, я вижу, глубоко, — священник промокнул платком вспотевший от волнения лоб. — Я прощаю тебе сей грех, сын мой, ступай.

Но ответ, прозвучавший с той стороны, озадачил Эбеттора.

— Не знаю… Боюсь, я не раскаиваюсь вовсе.

И тут в голове служителя промелькнула крамольная мысль. Он сглотнул и дрожащим голосом произнес:

— Сын мой, Господь тебя простил. Но если ты хочешь поговорить вне стен храма, то на заднем дворе есть прекрасный сад, я в нем люблю прогуливаться и собираюсь это сделать сразу после… Ступай, — и уже шепотом добавил: — И жди меня.

Петли скрипнули и одна часть исповедальни опустела. Священник подождал, пока стихли звуки шагов, оттянул ворот сутаны, громко выдохнул и посмотрел на свои ладони, дрожащие толи от волнения, толи от страха.

«Прости меня, Отец мой, что замыслил я сделать сего грешника слепым орудием в руках моих».

Пастор перекрестился и покинул исповедальню.

Суини прогуливался по узкой дорожке, посыпанной гранитной крошкой, и вдыхал аромат цветов вишни. Он никогда не подозревал, что среди мрачных и серых городских джунглей Лондона есть этот оазис, приют для вечных странников. Суини остановился и закрыл глаза. На мгновение он забыл обо всем: о том, что всего полчаса назад, как свинье, перерезал горло мяснику, что потерял жену и дочь, обо всем. Послышались шаги, вернувшие Тодда в реальность, которая снова навалилась на него, как мешок с углем на чернорабочего в порту. Он повернулся и увидел, что к нему приближается святой отец. Тот кивком поприветствовал своего гостя и жестом пригласил присесть на лаку под пышной вишней.

Суини принял приглашение и опустился на тесаные доски, плотнее закутавшись в плащ. Хозяин сада присел рядом, аккуратно расправив сутану. В молчании он провели несколько минут, а затем цирюльник нарушил гнетущую тишину.

— Он получил по заслугам. Сначала я чуть с ума не сошел, а потом понял, что этот гад заслужил смерть. Да, это не по законам небесным, но по законам земным. Не от заповеди мой поступок, но от сердца. Если мне суждено гореть в аду, если черти будут кружить в смертельной пляске вокруг котла с кипящим маслом, где я буду жариться, пускай. Но вместе со мной там будет страдать и он. Быть может, я одержим, святой отец?

Эбеттор вздохнул.

— Сын мой, сейчас я говорю с тобой никак слуга Господа нашего, но как простой смертный, которому, как и тебе, не суждено вечно топтать эту грешную землю. Я понимаю твое состояние, более того, возможно, я поступил бы так же, как и ты. Но… я слишком стар и слаб. Слаб морально. А ты силен, силен духовно, да и тело твое моложе моего. Эх…

Суини посмотрел на священника грустными глазами.

— Но это страшный грех! В Библии сказано «не убий». Творец сам накажет тех, кто этого заслуживает. Ведь так?

Эбеттор на мгновение прикрыл глаза.

— Грех? Да, но есть грешники и пострашнее тебя. Господь не расторопен, а иногда и слеп. Думаю, если он сразу не убил тебя молнией, то, возможно, это знак? Быть может, Он выбрал тебя в качестве своей карающей длани? Ты не ошибся, придя в мой храм. Я вижу в тебе то, что смог воспитать в себе. Силу. Мясник всего лишь звено в большой цепи виновных. Сын мой, в горе твоем виноваты все. Никто не вступился ни за тебя, когда судья выносил приговор, ни жители Луишема, которые не вступились за твою жену. Прокурор, адвокат, судья… Каждый из них виноват, а ты переживаешь из-за какого-то мясника. Как это произошло?

Суини не хотел вспоминать это страшное событие, но здесь, в приходском саду, он чувствовал некое умиротворение, и убийство уже не вызывало таких ужасных переживаний и отвращения.

— Все произошло случайно. Он зашел ко мне в цирюльню и за разговором проговорился, что по просьбе судьи написал на меня донос. Я не знаю, как все произошло. Мой разум затмила злоба и месть, а когда пелена с глаз спала… Я перерезал ему горло своей бритвой.