На краю: Легенда о Суини Тодде

«… события в получившей суверенитет Шотландии напоминают те, что когда-то происходили в Украине. Складывается впечатление, что за подобными акциями стоят одни и те же люди. Вот такие события в мире, а теперь переходим к более насущным новостям. Мы с замиранием сердца продолжаем следить за состоянием здоровья окружного судьи Джонни Уикида», — Суинни сделал звук погромче и буквально приклеился к экрану. — «Напоминаем, что судья Уикид почувствовал легкое недомогание на процессе по делу о получении взятки одним высокопоставленным чиновником, чье имя не разглашается в интересах следствия. А после перерыва не смог вернуться к работе. Врачи уже несколько дней ломают голову, но не могут поставить диагноз, а тем временем состояние судьи ухудшается. Все мы молим Господа и желаем Джонни скорейшего выздоровления».

Суинни выключил телевизор, обреченно вздохнул и сел на стул, обхватив голову руками.

— Бог его наказывает… Но это мое право. Он опять уходит от справедливого суда. Почему? — сквозь зубы процедил Тодд.

Ловетт бросила полотенце на стойку и пригладила волосы возлюбленного.

— Успокойся. Все, что не делается, все к лучшему. Он получил по заслугам. Он умирает, а это главное.

Суини вздохнул.

— Ах, если бы тогда я не облажался… — Он сжал кулаки.

Тем временем Ловетт расправила плечи и крикнула на все заведение.

— Дамы, господа и прочий сброд, — девушка усмехнулась. — Этот навозный жук, судья Уикид, скоро встретится с самим Дьяволом. Так выпьем же, чтобы это свидание не сорвалось. За счет заведения!

— Ура! Воистину!

Посетители восторженно заголосили и зааплодировали, а Ловетт, словно факир, извлекла из ниоткуда поднос, уставленный стопками, выудила из-под стола большую бутылку виски и наполнила посуду. И мужчины, и женщины вскочили со своих мест и, расталкивая друг друга, локтями разобрали стопки.

— Чтоб ему пусто было! — объявила Ловетт, и все залпом выпили.

Суини сидел мрачнее тучи и барабанил пальцами по столешнице. Он не разделял всеобщей радости и злился на весь мир, но в первую очередь на себя самого. Тодд сунул руку в карман плаща и нащупал бритву, с которой не расставался даже во сне, храня ее под подушкой. Погружаясь все глубже в чертоги разума, цирюльник уловил в чьем-то разговоре имя судьи, и это вернуло его в реальность. Ему не показалось, речь за столиком ночных бабочек, действительно, шла о судье.

— А я всегда говорила, что нельзя верить новостям, — одна из красоток затушила сигарету в пепельнице и отхлебнула из кружки кислого пива. — Ему хреново стало еще тогда вечером, когда он нас снял. Какой там судебный процесс, он с нами обычным-то не смог заняться, его скрутило в бараний рог. Нас его охрана чуть ли не пинками выгнала. Хорошо хоть заплатили.

Суини очень заинтересовал рассказ девушки. Он покинул свое излюбленное место у барной стойки, прошел через весь зал, даже не отмахнувшись от клубов сизого табачного дыма, что витали в воздухе, и сел рядом с бритоголовой девицей, нагло ее подвинув.

— Как тебя зовут, красавица? — цирюльник впечатал свой взор в глаза путаны.

Та удивилась, переглянулась с подругами и ответила.

— Мадлен, а что?

— Как тебе удалось попасть к нему в дом? Расскажи, мне очень интересно. Готов за эту информацию угостить тебя и твоих коллег пивом. Идет?

Девица прикусила губу, склонила голову и прошептала.

— А, может, сойдемся на ночи безудержного секса?

Суини приподнял одну бровь и прошептал в ответ:

— Вон там, — Он махнул рукой за спину, — стоит девушка, которая убьет любого, кто попытается приблизиться ко мне. Поэтому рекомендую только пиво.

Мадлен глянула в сторону барной стойки, откуда ей погрозила кулаком Ловетт. Ночная бабочка хмыкнула и приняла предложение Тодда.

— Договорились, но если эта рыжая бестия тебя бросит, я готова подобрать.

— Я учту, — сказал Суини и обратился в слух.

Девушка пару мгновений покряхтела, поерзала на стуле, разглядывая посетителей, словно готовилась поведать страшную тайну и боялась, что ее услышат, и рассказала все, что произошло с ней и Мэри в ту ночь.

— Я университетов не кончала, поэтому не жди от меня чего-то высоколитературного. Это было дней пять назад, да, Мэри? — бритоголовая соседка Тодда поддакнула, выдохнув клубы сигаретного дыма Суини в лицо. — Стояли мы себе, никого не трогали, хотя желание было. В карманах пусто уже который день. Так вот, вдруг подъезжает охрененная тачка, винтаж, и из нее выходит судья. Мы-то его сразу узнали. Все, думаем, здец нам пришел. Сейчас повяжут и упрячут в казематы за несанкционированную торговую точку и неуплату налогов. Ан нет, зря боялись. Судья по делу приехал. Не поверишь, он меня и Мэри купил на всю ночь. Повез к себе домой, но до дела дела не дошло. Его так круто завернуло, что мы сами чуть в ящик не сыграли от испуга. Естественно, я заверезжала, как резаная. Тут же налетела охрана, давай у нас выпытывать, что к чему, а мы ни сном, ни духом. Так, мол, и так, упал, лежит и корчится. Пес его знает, что с ним. Нас обшмонали, дали по сотке и выперли. Вот и все.