Накрывай, не то беда будет

В нашей семье все огромные любители шумных компаний, так было и в тот новый 2003 год. В квартире людей собралось человек 30; нам, детям, естественно, было скучно, и мы, отделившись от них в дальнюю комнату, решили развлечь себя гаданием на суженого-ряженого. Да только так и не удалось нам погадать, так как в этот момент зашла бабушка и узнав, чем мы собрались заниматься, сильно побелела и поведала нам такую историю (далее от ее лица): «Была я еще молодая, годков 16, когда брата забрали в армию, и единственной радостью было, что недалеко — в соседнее село. Мы на то время в этом возрасте были уже самостоятельные, поэтому мама меня без вопросов отпускала к нему по субботам. Вот и в ту роковую субботу я поехала проведать его, да гостинцев завезти. Только брат занят был, в часть меня пустили, так как уже хорошо знали, только с часок подождать попросили. Делать нечего — жду, смотрю деревенские девчонки собрались вокруг молодой цыганочки. Мне интересно стало — подошла, а цыганочка им погадать предлагает на суженого-ряженого. Ну кто ж не хочет узнать, каким муж твой будет? Вот и нам интересно стало — согласились.»

Завела нас цыганочка в сарай какой-то и давай из сумки своей свечки, зеркальце, платок черный доставать, разложила все и говорит, что сначала себе погадает, чтоб мы увидели, как да что, а потом уж мы сами, да главное, говорит, увидите что в зеркале — сразу платком накрывайте, не то беда будет. Мы головами помахали — поняли мол, и сели все в полукруг от нее — и чтоб видеть все, и чтоб не очень близко, а то страшновато как-то. Стала она свечи поджигать, в зеркальце глядеть да суженого призывать, раз пять повторила, и нас сразу холодом обдало, глядим в зеркало, а там тень черная, да все больше становиться, мы наклонились, чтоб лучше углядеть, а цыганочка-то раз, и накрыла платочком его.

Повернулась она, да на нас глядит и спрашивает, все ли поняли, мы же головами лишь махаем — да, поняли. Следующей гадать себе вызвалась Наташка, девчонка местная, годков 19, красивая, да все никак замуж не выйдет, вот и захотела она первой быть. Села Наташа у зеркала, и давай все манипуляции цыганочки повторять, нас вновь уже привычным холодом обдало, глядим в зеркало — тень появляется, да только как больше она становиться начала, никто и пошевелиться не смог, все тело как будто занемело. Мы на цыганку глядим, глазами спрашиваем — что такое? чего пошевелиться не можем? да только она на Наташу смотрит, сказать что-то пытается, а получается неуловимый шепот, а потом вырывается у нее: «Платком, платком накрывай!».

Тогда мы вновь на Наташу внимание обратили, а она сидит, глазами стеклянными в зеркала смотрит и тоже не шевелится, а потом как начнет воздух хватать, как будто дышать не может, мы в зеркало глядим, а оно-то все черное. Мучительно тянулось время, казалось, что час прошел, хотя, наверное, и полминуты не прошло, а потом Наташа упала, и с нас оцепенение сразу спало. Мы все к Наташе бежим, а цыганка сразу зеркало платком накрывает, да приговаривает«,» Говорила же, накрывай, не то беда будет«. А Наташа-то мертвая лежит, и два синяка алеют на шее. А ведь самое странное, что мы-то никого не видели».

Бабушка со слезами выбежала с комнаты, окончив свое повествование. Я бы, может, и подумала, что она лишь запугать нас решила, да только реакция у нее слишком уж настоящая была, да к тому же человек она верующий — как потом оказалось, после случая этого и стала веровать, но теперь лишь Богу.

Вот такая вот печальная история, и пожелание — не гадайте!