Я полюбил Диану с первого взгляда. Её что — то очень отличала от других длинные черные волосы, болезненная худоба, высокий рост, и потухший отрешенный взгляд в вечность. Влюбился я в неё через фотографию, на общем фоне где — то внизу на скамеечки сидела она, и я очень упросил сестру познакомить меня с этой очень странной девушкой. Родители были против. Но я настоял на своем, жить без неё не мог. Конечно меня сразу предупредили и это было отчасти видно, у Дианы психические отклонения. С виду это была обычная девушка не общительная, неразговорчивая, отрешенная, она всего боялась, что могла упасть в обморок. Но при этом она не шумная, не буйная, мне всегда стоило больших трудов разговорить её, или просто услышать её голос…
6 мин, 15 сек 15254
Я очень хотел, чтобы она стала нормальной. И шансы у ней были. Её участковый психиатр поведал мне, что её отклонения приобретенные. До 6 лет это была обычная, улыбчивая девочка. А потом что — то случилось, видимо её что — то очень сильно напугало, что нанесло травму и немного затормозило. Но его стараний и знаний не хватала, чтобы понять, что стала причиной. А родители не особо рвались ей помочь. И этого я не понимал. Отец и брат Дианы не любили разговаривать на эту тему, что же с ней произошло. Они говорили, что на неё напал маньяк, и она чудом осталось жива, и от пережитого шока потеряла память. И они не верили врачам, считали, что этот мерзкий психиатр выжал из пальца диагноз. Диана не сумасшедшая, она не буйная, она очень послушная и усидчивая. Особенно яро кричал отец, брат Антон кусал губы, матери не давали сказать и слово, не то чтобы предложить что — то. И в этот момент, я понял, они что — то скрывают. Особенно отец с сыном. Наедине с тещей, я узнал. Произошедшее с дочерью, было в её отсутствие. Мать уехала на служебную командировку, её не было месяц. Дома с Дианой остался отец и девятилетней Антон. Тогда и всё произошло. До сих пор муж не дает до конца вылечить Диану, он не признает, что у дочери есть проблемы. А сама Диана ничего не помнить. Может быть, я и оставил всё, как есть. Мое счастье было почти полноценным, она не пилила меня, молча работала секретарем у старого профессора. Но постоянно она чего — то пугалась, порой до потери пульса и сознания, и в эти моменты она становилась буквально ледяной, неестественной холодной, словно мертвая.
Однажды я услышал отрывок бабского разговора её тетки с подругой. Будь проклят тот день! Отец Дианы постоянно ревновал свою успешную жену, и считал, что она норовит себе найти поумней, ведь он ей не чета. Когда родилась Диана, он стал подозревать, что это не его ребенок, слишком темная. Но терять жену не хотел, а от своих подозрений избавиться не мог. Однажды его пьяного подловили на том, как он пытался утопить годовалую Диану в речке. Специально манил маленького ребенка искупаться. Тогда он отбрехался, что выпил слишком много, валялся в ногах и клялся, что любить дочь больше всего в жизни. И видимо то, что Диана в 5 лет стала не в себе, тоже его заслуга, ведь он хотел ей что — то сделать, видимо и сделал. И я поклялся в тот день, вывести тестя на чистую воду.
Уговаривал Диану я месяц, обещал, что если правда окажется слишком ужасной, её никто не узнает, в том числе и она. Но это нужна, ради её здоровья, нельзя жить в неведении. Опытный психолог — гипнотизёр, по проверенным отзывам обещал мне, что введет Диану в транс и узнает, что же произошло много лет назад, что её сознание спрятала это даже от неё. Никто не должен был узнать. День был назначен, Диана была взволнована, мне всю ночь снились кошмары. Машина не хотела заводиться. Два раза меня подрезал лихач. Все светофоры горели красным. Но мы хоть и с опозданием, но приехали в кабинет доктора. Он попросил меня выйти в другую комнату, так хотела Диана. Но через тонкую стеночку до меня доносились отрывки фраз. Я понял сначала, они вспоминали раннее детство, мама и Антон её очень любили, а папа наедине всегда сторонился. Что подтверждала мои худшие догадки. Мне нестерпимо захотелось подышать свежим воздухом, и я вышел на балкон. И тут зазвонил телефон — это был Антон. Шурин всегда немного заикался. А тут слова не мог выговорить от волнения, но все — таки выдохнув хорошо раза три. Он стал кричать, чтобы я бросил эту нехорошую затею. Диане нельзя вспоминать, то что с ней случилось. Её нельзя туда обратно возвращать. Я стал с ним спорить, наезжать, обвинять. И он заплакал… И тогда я услышал то, чего никогда не забуду, Антон не заикаясь всё мне рассказал:
Однажды я услышал отрывок бабского разговора её тетки с подругой. Будь проклят тот день! Отец Дианы постоянно ревновал свою успешную жену, и считал, что она норовит себе найти поумней, ведь он ей не чета. Когда родилась Диана, он стал подозревать, что это не его ребенок, слишком темная. Но терять жену не хотел, а от своих подозрений избавиться не мог. Однажды его пьяного подловили на том, как он пытался утопить годовалую Диану в речке. Специально манил маленького ребенка искупаться. Тогда он отбрехался, что выпил слишком много, валялся в ногах и клялся, что любить дочь больше всего в жизни. И видимо то, что Диана в 5 лет стала не в себе, тоже его заслуга, ведь он хотел ей что — то сделать, видимо и сделал. И я поклялся в тот день, вывести тестя на чистую воду.
Уговаривал Диану я месяц, обещал, что если правда окажется слишком ужасной, её никто не узнает, в том числе и она. Но это нужна, ради её здоровья, нельзя жить в неведении. Опытный психолог — гипнотизёр, по проверенным отзывам обещал мне, что введет Диану в транс и узнает, что же произошло много лет назад, что её сознание спрятала это даже от неё. Никто не должен был узнать. День был назначен, Диана была взволнована, мне всю ночь снились кошмары. Машина не хотела заводиться. Два раза меня подрезал лихач. Все светофоры горели красным. Но мы хоть и с опозданием, но приехали в кабинет доктора. Он попросил меня выйти в другую комнату, так хотела Диана. Но через тонкую стеночку до меня доносились отрывки фраз. Я понял сначала, они вспоминали раннее детство, мама и Антон её очень любили, а папа наедине всегда сторонился. Что подтверждала мои худшие догадки. Мне нестерпимо захотелось подышать свежим воздухом, и я вышел на балкон. И тут зазвонил телефон — это был Антон. Шурин всегда немного заикался. А тут слова не мог выговорить от волнения, но все — таки выдохнув хорошо раза три. Он стал кричать, чтобы я бросил эту нехорошую затею. Диане нельзя вспоминать, то что с ней случилось. Её нельзя туда обратно возвращать. Я стал с ним спорить, наезжать, обвинять. И он заплакал… И тогда я услышал то, чего никогда не забуду, Антон не заикаясь всё мне рассказал:
Страница 1 из 2
