Небо сохраняется через сны когда Бога нет дома

— Слушай, от тебя толку ноль, ты нихрена не умеешь. Что ты хочешь мне доказать? Что ты способный? Так ты уже доказал мне, что это не так.

Он садится на пол, говорит чтоб я так больше не говорил. Его это сильно обижает. У него какой-то комплекс вины по поводу того, что он такой бесполезный, а я ещё не забываю напоминать ему об этом каждый день.

— Что? Или ты хочешь взять на себя часть моей работы? М? — ехидно улыбаюсь, а он поднимает голову и со страхом смотрит на меня. Я буквально загораюсь этой идеей.

— Нет… — говорит после паузы — нет… так нельзя… это… меня Господь не простит… я буду грязным! — кричит он мне.

— Я грязный?

Хватаю его за шиворот. Тащу к кровати. Он начинает кричать, цепляться за мои руки. Бросаю на кровать. Там лежит мой «ночной» клиент. От криков он просыпается. Осматривается. Спрашивает какого хрена тут творится.

— Как на счёт утреннего секса? — улыбаюсь, он тянет ко мне руки — да не со мной, с ним — указываю взглядом на Эстера.

Эстер жутко пересрал. Он начинает орать ещё сильнее и громче. Голос срывается. Я сажусь на него сверху сдавливая его руки своими ногами, прижимаю его к подушке за шею. Он хрипит. Перепугано смотрит на меня остекленелыми глазами. Они чертовски огромные.

— Можешь не обращать внимания на его вопли — смотрю на клиента.

Клиент — парень лет двадцати двух, тощий, невысокий богатенький засранец, такой которого ненавидели почти все слои общества. Такой который был одинок в пределах своей золотой клетки, такой которого чморили за сексуальную ориентацию в частных школах, такой который просирал родительские деньги на наркоту, бухло и проституток вроде меня. Что скрывать, и я их ненавидел. За его фамильярное отношение и его взгляд свысока. Даже сидя подо мной он умудрялся смотреть на меня сверху вниз.

— Да он ребёнок, ты что? Хах… — усмехается, привстаёт, закуривает.

— Что смотришь, Эстер? Обосрался? Ты посмотри, какой он честный. Я бы вот не отказался — тянусь к клиенту — дай затянусь.

— Ну так, вперёд. Что, стрёмно? — а он лежит и подстёгивает меня своими словами. Богатенький ублюдок — ставлю пять сотен на то, что ты этого не сделаешь.

— Э-эй, Эстер, котик, ты это слышал? Вот оно! Вот настал твой час показать что ты чего-то да стоишь. М? — улыбаюсь.

— Что? — он прекращает орать и внимательно смотрит на меня.

— Что-что, вот твой шанс доказать мне, что ты не такой уж бесполезный каким кажешься. А? — склоняюсь, провожу своим языком по его губам.

Клиент был типичным вуаэристом и его всё это только заводило. Он пересаживается на кресло, затягивается, говорит, чтоб я был с ним по-нежнее.

Эстер перепуган до усрачки. Но в его лице не только страх. Какой-то интерес, вожделение. Он не особо сопротивляется. Он просто таращится на меня и спрашивает, я ли это буду.

— А ты хочешь кого-то ещё?

— Нет.

Снимаю с него рубашку. Касаюсь губами его шеи. Всё предельно аккуратно и нежно. Как по заказу. Он обнимает меня. Такой маленький. Меня не очень смущало что, он мелкий. Меня вообще никак не волновало то, что он ещё ребёнок. Не 12 же лет ему в конце концов.

Тут пахнет грязным постельным бельём и ночным сексом. Запах недопитого алкоголя. Затхлая комната. Непроветриваемое помещение и смятая одежда на полу. Шторы задвинуты. Горит лишь ночник. Он всю ночь был включен. Клиент берёт бутылку недопитого виски и чередует его с сигаретой.

Эстер обнимает меня за плечи холодными руками. Они всегда у него были такими, насколько я помню. Разгрызаю упаковку с презервативами, говорю, что буду нежен. Он испуган, но согласен. Он согласился не потому что это был его идеальный шанс показать мне каким он может быть полезным, а потому что с первого дня был влюблён.

Я говорю ему, что будет слегка больно. Он прикусывает губу и издаёт стонующий звук. Цепляется ногтями за мои руки. Перехватило дыхание. Снова этот стон. Мне нравится его голос в этом моменте. Слышу довольный смех клиента. Он говорит, что я безбашенный и снова делает глоток, судя по тому, как оставшееся виски булькает в бутылке. Эстер смотрит на меня слезящими глазами. Страх. Паника. Проваливаюшийся крик. От боли сжимает пальцами мою кожу, прижимает меня к себе. Я касаюсь его губ не отрывая от него взгляд.

Взглядываю на клиента. Он сидит, мастурбирует. В левой руке бутылка. Смотрит на меня сквозь прикрытые глаза.

Я знал, что однажды всё равно его трахну, но не так скоро и не при таких обстоятельствах.

«Я буду обожать тебя, если ты всегда будешь таким податливым, Эстер».

В тот второй день он так сказал. А я принял это буквально. Я готов был быть податливым, как он и любит, лишь бы он обожал меня. Почему именно он? Он был единственным к кому я чувствовал нечто подобное. Другие меня не интересовали.