Дорога прошла как в тумане. Скрюченный сон в самолете, томительное ожидание вертолета в Воркуте, возня с ящиками, дребезжащий полет над тундрой, которую по темному времени не разглядеть, и вот уже лопасти вертолета остановили вращение, показывая, что я на месте. Заглянув в иллюминатор, увидел лишь отблески огней самого вертолета. Безотчетный страх, временно задушенный хлопотами, подступил с новой силой.
108 мин, 38 сек 16132
Грохот и пороховые газы заполнили кабину, и отстреляв магазин, Хромов полез на переднее сиденье, оттаптывая мне ноги. Одновременно взревел мотор джипа сопровождения, он рванулся вдоль траншеи, хрустя ящиками и давя сейсмоприемники, сбивая и переезжая желтотелых, но грунт рядом со рвом осыпался, джип забуксовал всеми четырьмя колесами, стал заваливаться боком, сползать, визжа, потом откинулась водительская дверь, почти отвесно вверх, тут же упала обратно, ударив по голове водителя, пытавшегося вылезти, и внедорожник ухнул в бездонную яму.
Хромов опомнился, провернул ключ, и едва схватился движок — дал задний ход. Я же схватил автомат, оставшийся на заднем сидении, понимая, что он пуст. Но вместо того, чтобы крикнуть про новый магазин Хромову, я почему-то начал шарить по полу.
«Где-то валяется патрон», — лихорадочно искал я, моргая от щиплющего пота, быстро залившего глаза. Но грузовик уже гнал по серпантину. И тут же я понял, что все закончилось. Бросил автомат под ноги. Вцепился в спинку переднего сидения. Зажмурил на несколько секунд глаза. Время потекло обычным ходом.
Хромов молчал, только часто и нервно облизывал губы, а я вновь представлял взгляд этих существ. Что-то мне это напомнило… Вот иногда смотришь на младенца, и вдруг замечаешь, что взгляд у него взрослый. Взрослый, умный, проницательный, точно он видит тебя насквозь. Редко такое бывает, но бывает. И становится не по себе. Так и сейчас. У этих монстров, нечувствительных к боли, был человеческий взгляд, видящий насквозь. Словно они подметили все мои страхи, всю неуверенность, разгадали все мои планы, и взяли себе на заметку.
— Куда сейчас? — спросил я, постепенно приходя в себя.
— В управление.
— Хоть сейчас-то расскажешь? — злобно спросил я.
— А что рассказывать? Сам видел. Мы ждали нападения сверху… Было бы время смотать удочки. А они в яме засаду устроили…
— Кто это?
— А хрен их знает… Появились, когда объект нашли.
— Появились?
— Мы сами ими становились, — после долгого молчания проговорил Хромов. — Но почему… Никто не знает.
— Так почему вы не покинете Медвежий? Все вы, кто еще в здравом уме…
— А кто тебе сказал, что мы в здравом уме? — Хромов криво усмехнулся.
Больше я не смог вытянуть из него ни слова. А грузовик уже затормозил у ворот.
Говорил Хромов. Я молчал, разглядывая ладони. Один раз, подняв голову, наткнулся на упершийся в меня нехороший взгляд Спозняка. Случается, сидишь в какой-нибудь большой, хорошо знакомой компании, и вдруг случайно поймаешь чей-то взгляд, полный такой ненависти, что даже рот откроешь от неожиданности. Через секунду взгляд отводится, возвращается к тебе уже добрым, приятельским, но ты уже никогда не забудешь это подловленное выражение лица.
— Что с оборудованием? — хмуро спросил директор, оборвав Хромова.
— Все там. Часть погибла под колесами джипа, — вставил я. — Но если уцелело оставшееся, исследования еще можно провести… Скажите, а они разумны? Они могут уничтожить оставшееся оборудование? Я так понял, они пытались помешать именно изысканиям?
— Да, они мешаются… — пробормотал Спозняк.
— Зачем вам все это? — вскипел я. — Вызовите войска, ученых, эвакуируйтесь в Воркуту. Пусть этим занимаются уполномоченные люди.
На лице директора отразилось смятение.
— Это невозможно, — устало ответил он. — Войска, ученые, уполномоченные люди — все они тоже станут мутантами.
— Вирус? А вы почему не заболели?
— У нас иммунитет. Но это не болезнь, Антон. Это нечто другое. Ты почувствуешь позже. Ты сам почувствуешь… И поймешь, что остановить их можем только мы.
— Их, это мутантов?
— Не совсем… Но и их тоже.
— Пока я чувствую лишь то, что хочу отсюда убраться.
Спозняк переглянулся с Хромовым.
— А мне казалось, ты уже…
— Что уже?
— Уже с нами, — директор разочарованно отвернулся. — Что ж, подождем…
— Отпустите меня, — в отчаянии проговорил я. — И не только меня… наверняка многие хотят покинуть комбинат.
— Нет. Нам надо знать очертания объекта и ты нам поможешь. Надеюсь, ты это сделаешь добровольно, — заключил директор и поднялся, показывая, что разговор окончен. — И осторожнее с Ликой. Она хорошая девушка, но… она не с нами. В общем, будь осторожнее.
Первым делом я направился в столовую, надеясь, что Лика там. Слова директора насчет того, что Лика не с ними, здорово меня обнадежили. И теперь я склонялся к тому, чтобы пойти с ней за периметр. Но в столовой ее не нашел, и тогда отправился к ней домой. Однако и там дверной звонок протиликал впустую.
Но если она сейчас на работе, где ее рабочее место? — размышлял я. Мне не верилось, что кто-то здесь может исполнять свои рабочие обязанности. Какая к черту работа, когда все заложники! Не просчитывает же она в самом деле разрушительное влияние на тундру того самого вездехода, на котором предстоит добраться до Воркуты? Погруженный в мысли, я толкнул дверь подъезда и уперся в Лику.
Хромов опомнился, провернул ключ, и едва схватился движок — дал задний ход. Я же схватил автомат, оставшийся на заднем сидении, понимая, что он пуст. Но вместо того, чтобы крикнуть про новый магазин Хромову, я почему-то начал шарить по полу.
«Где-то валяется патрон», — лихорадочно искал я, моргая от щиплющего пота, быстро залившего глаза. Но грузовик уже гнал по серпантину. И тут же я понял, что все закончилось. Бросил автомат под ноги. Вцепился в спинку переднего сидения. Зажмурил на несколько секунд глаза. Время потекло обычным ходом.
Хромов молчал, только часто и нервно облизывал губы, а я вновь представлял взгляд этих существ. Что-то мне это напомнило… Вот иногда смотришь на младенца, и вдруг замечаешь, что взгляд у него взрослый. Взрослый, умный, проницательный, точно он видит тебя насквозь. Редко такое бывает, но бывает. И становится не по себе. Так и сейчас. У этих монстров, нечувствительных к боли, был человеческий взгляд, видящий насквозь. Словно они подметили все мои страхи, всю неуверенность, разгадали все мои планы, и взяли себе на заметку.
— Куда сейчас? — спросил я, постепенно приходя в себя.
— В управление.
— Хоть сейчас-то расскажешь? — злобно спросил я.
— А что рассказывать? Сам видел. Мы ждали нападения сверху… Было бы время смотать удочки. А они в яме засаду устроили…
— Кто это?
— А хрен их знает… Появились, когда объект нашли.
— Появились?
— Мы сами ими становились, — после долгого молчания проговорил Хромов. — Но почему… Никто не знает.
— Так почему вы не покинете Медвежий? Все вы, кто еще в здравом уме…
— А кто тебе сказал, что мы в здравом уме? — Хромов криво усмехнулся.
Больше я не смог вытянуть из него ни слова. А грузовик уже затормозил у ворот.
Говорил Хромов. Я молчал, разглядывая ладони. Один раз, подняв голову, наткнулся на упершийся в меня нехороший взгляд Спозняка. Случается, сидишь в какой-нибудь большой, хорошо знакомой компании, и вдруг случайно поймаешь чей-то взгляд, полный такой ненависти, что даже рот откроешь от неожиданности. Через секунду взгляд отводится, возвращается к тебе уже добрым, приятельским, но ты уже никогда не забудешь это подловленное выражение лица.
— Что с оборудованием? — хмуро спросил директор, оборвав Хромова.
— Все там. Часть погибла под колесами джипа, — вставил я. — Но если уцелело оставшееся, исследования еще можно провести… Скажите, а они разумны? Они могут уничтожить оставшееся оборудование? Я так понял, они пытались помешать именно изысканиям?
— Да, они мешаются… — пробормотал Спозняк.
— Зачем вам все это? — вскипел я. — Вызовите войска, ученых, эвакуируйтесь в Воркуту. Пусть этим занимаются уполномоченные люди.
На лице директора отразилось смятение.
— Это невозможно, — устало ответил он. — Войска, ученые, уполномоченные люди — все они тоже станут мутантами.
— Вирус? А вы почему не заболели?
— У нас иммунитет. Но это не болезнь, Антон. Это нечто другое. Ты почувствуешь позже. Ты сам почувствуешь… И поймешь, что остановить их можем только мы.
— Их, это мутантов?
— Не совсем… Но и их тоже.
— Пока я чувствую лишь то, что хочу отсюда убраться.
Спозняк переглянулся с Хромовым.
— А мне казалось, ты уже…
— Что уже?
— Уже с нами, — директор разочарованно отвернулся. — Что ж, подождем…
— Отпустите меня, — в отчаянии проговорил я. — И не только меня… наверняка многие хотят покинуть комбинат.
— Нет. Нам надо знать очертания объекта и ты нам поможешь. Надеюсь, ты это сделаешь добровольно, — заключил директор и поднялся, показывая, что разговор окончен. — И осторожнее с Ликой. Она хорошая девушка, но… она не с нами. В общем, будь осторожнее.
Первым делом я направился в столовую, надеясь, что Лика там. Слова директора насчет того, что Лика не с ними, здорово меня обнадежили. И теперь я склонялся к тому, чтобы пойти с ней за периметр. Но в столовой ее не нашел, и тогда отправился к ней домой. Однако и там дверной звонок протиликал впустую.
Но если она сейчас на работе, где ее рабочее место? — размышлял я. Мне не верилось, что кто-то здесь может исполнять свои рабочие обязанности. Какая к черту работа, когда все заложники! Не просчитывает же она в самом деле разрушительное влияние на тундру того самого вездехода, на котором предстоит добраться до Воркуты? Погруженный в мысли, я толкнул дверь подъезда и уперся в Лику.
Страница 12 из 30
