Неконец

За первый день подготовки к большой зиме он успел маловато, и то изрядно умаялся. Оказалось очень тяжело пилить деревья одному, цепной пилой с двумя ручками. Быстро, куда быстрее чем ножовкой, но очень тяжело. Всего десяток полноценных движений — и сердце начинало колотиться прямо у горла… А брёвен было нужно много, целых тридцать четыре — на подпор всех стропил. Тащить их из леса было значительно легче — брёвна не были ни слишком длинными, ни слишком толстыми — пилил сразу в нужный размер, всё заранее разметив. Такими темпами только на укрепление дома уйдёт полная неделя, а ещё нужно утеплять, класть вторую печь, городить плетень, да и сельскохозяйственные дела никуда не денутся — весь урожай нужно убрать быстро и глубоко, пока не начались морозы… Ну да ничего, глаза боятся, руки делают. Вечером надо будет уточнить график работ и может быть перераспределить что-то — ту же печку можно класть и в холода, подвал останется тёплым достаточно долго…

Сергий, Наташка, ночь на 4.08, посёлок, граница

Как только закончили сбор пострадавших и передали их Маргарите, Василий собрал всех. Слышал он по-прежнему плохо, приходилось кричать на ухо. Впрочем, он особо не прислушивался — просто рычал «порвём». Уговаривать никого не требовалось — кто не хотел, давно ушёл подальше. Остались ждущие мести — неважно какой и кому. Нужно было только скомандовать — и он это сделал. Одна лишь Маргарита в отчаянной смелости попыталась образумить толпу, но сотник просто поднял все её девяносто килограмм и переставил в сторонку, поближе к раненым.

— Доктор, знай своё дело! А мы своё знаем! — и толпа охотно поддержала его. Двинулись к площади, где тоже толпились люди, собрали и их.

Наташка шла со всеми — не одна она, были и ещё женщины. Сперва поддалась общему порыву, а потом как-то в голове мысли зашевелились — вот идут они все, идут… А куда? Что там делать станут? Всех встреченных бить? Дома поджигать — в толпе уже и факелы появились, где только успели… Скоро мост, единственный в посёлке. Никто мимо не пройдёт… и все это знают…

— Стойте — закричала Наташка, выбегая перед толпой.

— Ты ещё чего?! — тут же вызверился Василий

— Засада на мосту. Не может там не быть засады! Если они в клуб бомбу положили — про мост тоже не забудут!

Василий остановился, качнулся назад-вперёд…

— Верно говорит — подал голос кто-то позади.

— Да что мы, ручей не перейдём? — рявкнул Василий, заворачивая направо — вокруг, возьмём где не ждут! Не так велика была река, тем более на исходе засушливого лета… Наташка и Сергий стояли перед мостом, как будто направляя людей на поворот. Почему-то их слушались, хотя, казалось бы, кто они такие? Но когда никто не знает что делать — любой может стать командиром, кто бы только осмелился… Плотный людской поток потянулся мимо.

— Что дальше делать будем?

— А что делать, со всеми пойдём. А там по обстановке — Сергий тоже понимал тупость происходящего, но умного ничего придумать не мог.

— Не найдут ведь этого Самеда. Андрей бы нашёл, а Василий — нет, не найдёт. Но порвёт многих…

— А ты думаешь, они сильно лучше? Думаешь, они не рады тому, что он сделал?

— Не знаю. Может и рады. Я думаю — зачем это Самеду. Кто он вообще такой.

— Да какая разница? Мудак он и скотина.

— Знаешь, я впервые захотела убить человека. Не наказать, не победить, не убрать куда-то далеко, а просто взять и убить…

— Не надо тебе его убивать. Не женское это дело.

— Знаю что не женское. Но, понимаешь, захотелось. Он ведь Машу насиловал, а сам при этом думал, как сделать подлее и обиднее. Чтобы все повелись, разозлились, пошли его же район громить… может, это и не его район?

— Думаешь, он наш?!

— Тоже нет — срезала возмущение Наташка — не их и не наш. Не знаю чей.

— Тогда и на мосту засады нет. Некому там сидеть. Бомбу и один положить мог, а тут надо целую заставу…

— Или ещё одну бомбу.

— У него что, склад боеприпасов?

— Где одна — там и две.

— Мост бетонный — бомба большая нужна.

— Много ты в бомбах понимаешь.

— Немного. Но два десятка человек в деревянном доме — это одно, а тысячу на открытом месте — другое…

— Ну может быть…

— Эй, чего стоим? — замыкающим за толпой шёл Николай, один из четверых уцелевших десятников.

— Думаем, где у чертей засада. И какая — ответил Сергий.

— Думает у нас атаман — начал десятник назидательно, но осёкся.

— Смотри, Николай — попыталась скорее объяснить Наташка — этот Самед не просто так всё сделал, он же нарочно всех завёл. Всё сделал, чтобы завести.

— Ну и?

— Куда все пойдут? Их район громить, понятно. А раз он этого хотел — значит готов был. Приготовил что-то. Да только что он мог приготовить?

— Какая разница? Василий поэтому и через брод повёл, чтоб выйти где не ждали? Правильно, значит и нам туда!

— Там и так народу много. А тут — никого. Если они сюда сейчас — посёлок считай пустой, одни женщины. А своих они, может, увезли ещё днём — высказал тактические соображения Сергий.

— Могут. Только если мы тут впустую сидеть будем, пока братья там дерутся — это как, хорошо?