Непокоренный

Стукнув себя в волосатую грудь, Скиф самодовольно осклабился.

— Так с девкой все? — погрустнел Борзый.

— Не, братан, я тут ни при делах, — отмахнулся Фрик. — Я когда пришел, она уже того — скопытилась. Бля, да у нее дырень вся в мясо, живого места нету! Будто суку ножом выдрючили! Так что… — он с затаенной обидой глянул на Скифа, — мудак ты, Скиф.

Тот мгновенно переменился в лице.

— Давненько, гляжу, ты в еблище не получал. Что, нет? — Он подошел к Фрику, буквально навис над ним и закричал:

— Тогда завали-ка хавло, уебок! Не дорос ты еще, чтоб на дядю бочку катить!

— Скиф…

— Если у тебя проблемы какие, то можем решить их прямо сейчас! Ну? Тебе один хуй к дантисту поход заказан.

— Скиф…

— А коли ссышь, так моську прикрой свою поганую и не рыпайся! Ага?

Фрик испуганно отвел взгляд, и Скиф презрительно шлепнул его по лицу.

— То-то же.

— Скиф! — рявкнул Хома. — Может, уймешься уже? Иди посмотри, все ли там, в избушке, в порядке.

— А что там может быть не в порядке? — Иди, блядь, и посмотри!

— Слушаюсь, товарищ лейтенант, — буркнул Скиф.

Окинув Фрика уничижительным взглядом, он вразвалочку пошел к дому. У крыльца вдруг остановился, секунду-другую задумчиво рассматривал труп женщины, затем улыбнулся и ногой перевернул его на спину. Расстегнув пуговицы на штанах, принялся мочиться покойнице на лицо.

Какое-то время все молча наблюдали, как моча смешивается с кровью убитой, как стекает по щекам, по выпученным от выстрела в затылок глазам… — и зрелище это показалось им настолько отвратительным, что они отвернулись. Вновь уставились на Хому — выглядел тот прескверно.

— Шеф, ты, кажись, это… отключаешься, — заволновался Бельмо.

— Вполне может быть, — кивнул Хома. — Борзый, когда там уже транспорт? Скажи, что я ранен, пусть поторапливаются…

Он бросил усталый взгляд на Скифа, которого невзлюбил с первого дня знакомства — в конечном счете даже Фрик был более адекватен, чем эта жаждущая крови гора мышц, — и вдруг закричал:

— Скиф, сзади!

Хорошо натренированный Скиф резко обернулся и голой ладонью перехватил лезвие направленного на него ножа. Нырнув вправо, мощным апперкотом сбил нападавшего с ног и от всей души пнул его в голову.

— Твою ж, сука, мать! — прошипел Скиф, вытаращившись на свою изувеченную руку, в которой по-прежнему был зажат нож. — Пальцами, бля, шевелить не могу… Пиздец какой-то! Видать, сухожилия повредил.

Остальные уже стояли возле него. Бельмо с Борзым подняли несостоявшегося убийцу и заглянули тому в лицо.

— Совсем пацан еще.

— Неверно, — покачал головой Скиф. — Пацан — это человеческий недоросль в период полового созревания. А тут у нас выблядок обезьяны, будущий, сука, черт. Эй, Фрик, помоги вытащить нож, у меня чет не особо выходит… Да не трясись ты! Это всего лишь кровь и мясо. Наш Абсцесс мигом все заштопает…

Фрик осторожно вытянул лезвие из конвульсивно сжавшейся ладони Скифа.

— Вот за что уважаю чертей, — пробормотал тот, — так это за их перышки. Здесь они и вправду мастера.

— Что с этим-то делать? — спросил Борзый, указав на мальчишку. — Ему лет двенадцать, не больше.

Бельмо хмыкнул.

— Что делать, спрашиваешь? Мы его семью на фарш пустили, как думаешь, что нам теперь с ним делать? Они ведь подобного не прощают. Да и сдаваться не в их духе. Вырастет, сученыш, станет злобным чертилой и пойдет в какой-нить бесовский отряд. Будет фугасы на дорогах закладывать да по нашим парням из эсвэдэхи палить.

— Это если вырастет, — уточнил Скиф.

Он склонился над мальчишкой и здоровой рукой пару раз хлестнул того по щекам. Мальчишка застонал и приоткрыл глаза, с ненавистью уставился на Скифа.

— Ого, — присвистнул Скиф, — да тут никак личное! Ты чего ж, малец, обиделся, что я твоей мамаше — этой грязной вонючей гамадриле — ее гнусную рожу обоссал? Ну так привыкай. Таков ваш удел…

Мальчишка с криком рванулся на Скифа, но тут же получил еще один сокрушительный удар в челюсть и безвольным мешком сполз на землю.

— Але, служивые! — заорал позабытый всеми Хома. — Вы там, бля, в картишки, что ли, перекинуться решили? — Как же он заебал скулить, — вздохнул Скиф. — Идите узнайте уже, чего он все говном исходит. А я пока об этом выблядке позабочусь.

Когда остальные отошли, Скиф извлек из кобуры пистолет и навел его на мальчишку. Но… что-то было не так. Перед глазами снова и снова вставал взгляд этого недомерка — непокоренный, полный решимости и холодной ярости.

Подумав, Скиф опустил пистолет.

— Говоришь, сдаваться не в их духе? Что ж, это мы еще посмотрим…

***

К тому времени, как прибыл БТР, Хома уже потерял сознание. Скиф этому несказанно обрадовался, ведь слушать нытье этого вечно потного куска сала, не пойми за какие заслуги получившего звездочки лейтенанта, не было ни сил, ни желания.

— А это еще что за на хуй? — воскликнул сержант, увидав, как Скиф волочит по земле мальчишку. — Подружку себе завел? — Что, ревнуешь? — отозвался Скиф. — Лучше помоги его наверх загрузить.

— Зачем? — В расположение повезем, жить у нас будет.

Остальные удивленно посмотрели на Скифа.