Незабвенный

— Не, мимо. Ты, наверное, слышал историю про то в том доме, если в лифте шесть раз нажать цифру шесть, то попадешь в измерение и которого нет выхода, и везде цифра четыре? Но это как-раз и есть байка, однако ноги у нее растут из реальной истории. Когда-то Виктор Андреевич рассказывал мне реальную историю того дома. «Четверки». Почему у него такая дурная слава в нашем городе. Слышал же про завалы на шахтах. Особенно когда там метан взрывается. В девяносто первом году у нас была одна из самых страшных аварий за всю историю города. Больше ста человек. Тогда власти жопу рванули чтоб показать сострадание. Время новое уже начиналось, надо было баллы зарабатывать. Тогдашний мэр пообещал новое жилье каждой из пострадавших семей в течении двух недель. Сорвал с места двенадцать областных ремонтных бригад, и согнал на пять этажей голых стен. Пригнал туда людей, которые вообще к стройке толком никакого отношения не имели, особенно к жилой. День и ночь они е**шили, принимали там настолько нестандартные строительные решения, что из уродства, со временем они перешли в форму «гениальности». Делали из того, что могли собрать по области, буквально из всего. Влепили вместо лифта, шахтный подъемник, в жилой дом! За каким-то х**м ставили квартирные двери внутри комнат, ванн и туалетов. Оконные отливы внутрь квартир, вместо подоконников. В одной части дома, переход с четвертого на пятый этаж, поставили секцию подъездной лестницы вверх ногами. Будто дауны строили. Ну дом натуральный Франкенштейн. Усрались, сделали убожество, нежизнеспособное уродство, но в две недели уложились, и всем семьям пострадавших, которых было больше ста, выдали ключи. Теперь представь каково было там жить? Особенно после такого сильного горя. Дня не прошло, а у них уже канализация начала затапливать верхние этажи, кто-то неправильно установил стояки. Вроде нужно жаловаться, а тут перестройка, вокруг полная жопа. Денег нет, работы нет, нужно как-то выживать. Так они жили в этом уродстве.

— Так, а при чем тут мы вообще? – перебил Лестата я.