Одержимая

Старая… Какая же она старая… Это ощущение старости не покидало девушку уже несколько лет, ног только в последний месяц буквально расцвело в ее душе. Ей всего двадцать, а ощущает она себя на все сто… Старая, дряхлая, уставшая… Как же не хочется жить… Умереть, уснуть, уйти за грань, туда, к демону и фигуре в черном… Семейная жизнь не складывалась. Нет, внешне всё было великолепно: и Вовка, и окружающие видели в ней примерную супругу, умудрявшуюся совмещать работу с учебой (она наконец-то нашла тихое и спокойное место помощника редактора в одном из не особо известных глянцевых журналов), ублажавшую мужа и планировавшую в скором времени родить ребенка. Но… Каждую ночь ей обязательно снился демон, ставший, после ее брака, нежным и ласковым, и встреч с ним она ждала, как глотка чистой родниковой воды. Ночь уже не пугала, как раньше, своей темнотой и отчужденностью. Ночь дарила радость и покой, позволяла наслаждаться счастьем, которого так не хватало днем. И даже Тень, как и прежде защищавшая хозяйку от дурных мыслей и действий многочисленных людей вокруг, перестала казаться чудовищем.

Темные переходы огромного серого замка с башнями и шпилями манили и пугали одновременно. Казалось, Вера уже жила здесь когда-то, задумчиво бродила по холодным каменным ступеням лестниц, медленно, с трудом открывала многочисленные двери, которые не могли не таиться в синильной черноте длинных коридоров.

— Вспоминай… — шептал воздух.

— Прикоснись… — манили стены.

— Зайди… — предлагали комнаты.

Вспомнить, прикоснуться, зайти? А что если в этом случае она не сможет вернуться в тот, другой мир? Останется здесь бестелесным духом? Обретет разум, память и тело? Надо ли ей так рисковать? СтОит ли скрытое воспоминание уже сложившегося семейного быта?

— Боишься? — Демон соткался из воздуха и остановился в двух шагах от нее. Протяни руку — сможешь прикоснуться к нему… — Я обещал: твои годы с этим ничтожеством останутся твоими. Открой дверь. Любую. Я верну тебя обратно. Если захочешь.

Глубоко вдохнув, она повиновалась: первая попавшаяся дверь открылась на удивление легко. Полутемный зал, заполненный зеркалами. Что отображается в них?

— Входи, — усмешка в голосе демона, — полюбуйся на свой выбор.

Сердце колотилось о ребра, как сумасшедшее, Вера заставила себя сделать шаг… и закружилась в водовороте бесчисленных картин:

дети, много детей; они обступили обнаженную фигуру, висевшую на столбе, и с интересом изучали анатомию жертвы — казалось, еще немного, и они всей толпой набросятся на «игрушку», чтобы разорвать ее на мельчайшие части;

маленькая худенькая девочка в розовом платьице с большими белыми бантами перед зеркалом: красные, в чем-то вымазанные губы, довольная улыбка — откуда-то пришло понимание: это она, Вера, и она первый раз попробовала кровь… человеческую кровь… ;

угловатый подросток и высокий молодой мужчина, как две капли воды похожий на демона, рядом; они сидят вдвоем за столом, что-то обсуждают, мужчина довольно улыбается;

высокая красивая девушка в подвенечном платье желтого цвета стоит у алтаря рядом с уже заматеревшим демоном и пьет красную жидкость из золотого бокала;

Вера в охотничьем костюме верхом на лошади, помахивая кожаным хлыстом, загоняет очередную жертву — человека… — Хватит! — она не узнала свой голос, таким тонким и ломким он стал.

— Хватит! Я не хочу! Пожалуйста!