Виктор проснулся оттого, что Татьяна усиленно толкала его в бок и что-то взволнованно наговаривала ему на ухо. Смысл ее слов никак не доходил до его провалившегося в тяжелый сон сознания. Наконец, он с большим трудом смог сообразить, чего она так настойчиво добивается от него.
107 мин, 4 сек 10219
Она повернула к нему лицо и вдруг улыбнулась… это была очень скупая, едва заметная улыбка, чуть тронувшая ее тонкие губы. Но при этом на щеках у нее очень слабо обозначились две малюсенькие ямочки, едва-едва заметные… Будто далекий прообраз тех очаровательных ямочек, что появлялись на щеках Раи-школьницы всякий раз, когда она улыбалась… Или это только показалось Виктору, пребывающему в плену воспоминаний?…
— Ну, давай, — сказала Раиса, решительно закрывая папку. — Наливай, выпьем!
— Рая, а может…
— Наливай! — она хлопнула тяжелой ладонью по столу так, что пустые стаканы подскочили.
Виктор со вздохом разлил остатки по стаканам, и они выпили снова без тоста. Виктор молча опустился на свой стул. Хозяйка поставила на стол локти, сплела свои длинные пальцы и положила на них подбородок. Ее мутно-серые глаза непонимающе уставились на пустую бутылку. Виктор, перехватив ее взгляд, протянул руку, взял емкость за горлышко и поставил ее под стол.
— А еще не принес? — спросила Раиса.
— Нет, — сухо ответил Виктор.
— А ты два пузыря не мог захватить? Одного-то мало! — почти выкрикнула она.
— А я к тебе вообще-то пришел не затем, чтобы водку пить…
— Да?… — блуждающие глаза женщины выразили что-то похожее на изумление. — Ах, да… Ты вроде как поговорить хотел… Мы поговорили?…
«Надо же, — со злобой подумал Виктор. — Еще что-то помнит… Значит, не все мозги пропила».
А вслух сказал:
— Знаешь, Раиса… У меня к тебе очень серьезный разговор. Такие вещи с пьяных глаз не обсуждают. Давай поговорим в следующий раз… Без бутылки. А сейчас я пойду…
— А… ну, как хочешь… Ступай себе.
Виктор почувствовал себя так, будто его попросту выставляют за дверь. Он никак не мог принять тот вполне очевидный факт, что Раиса из его класса и Раиса нынешняя имеют между собой ничтожно мало общего. И если для той Раисы из прошлого он представлял хоть какой-то интерес (пусть даже и весьма неопределенный, полудетский), то для Раисы сегодняшней он был пустым местом, и весь ее интерес сводился к возможности накачаться халявной водки. И ему страстно захотелось уйти, уйти немедленно и навсегда забыть дорогу в эту занесенную снегом покосившуюся избу. Он поднялся со стула:
— Ну, я пошел…
— Валяй, — равнодушно отозвалась она. Когда Виктор вышел в сени и принялся одеваться, Раиса крикнула ему вслед:
— Ты вот что… как тебя… этот… Виктор! Знаешь, ты ко мне без пузыря не приходи, понял? Просто так, всухую, я с тобой лясы точить не буду… Одноклассник нашелся!… Шляетесь тут!
— Понял, — угрюмо отвечал Виктор. Раздосадованный и обозленный, он вышел во мрак зимнего снежного вечера и, не оглядываясь, быстро пошел со двора. Раиса даже не встала из-за стола, чтобы проводить гостя. Похоже, правила приличия были не для нее. «Черта с два я к тебе еще вернусь — оно мне надо? Только расстраиваться попусту, нервы выматывать и время впустую тратить. Все равно проку от тебя никакого, пьянь чертова, все твои тайны в стакане, так что пропади оно все пропадом!»…
Он брел по этой проклятущей улице Карла Маркса, и ему дозарезу хотелось набить кому-нибудь морду. Холодный порывистый ветер хлестал его по пылающему лицу пригоршнями жесткого колючего снега, словно издевался. Злоба душила так, что трудно было вздохнуть. Он вдруг вспомнил слова шамана: «Ты человек недобрый! Добрым стань!» Это к тому, что если добрым станешь, то бывшая хозяйка тайну свою откроет… Вот же придурок старый! Чертов шарлатан, реликт из средневековья! Вот кому Виктор с удовольствием набил бы его плутоватую, морщинистую рожу! Чтобы мало не показалось, да чтобы знал, каково добрых людей в соблазн вводить, да лапшу им по ушам развешивать! Да и Петя тоже хорош — дернул же черт его послушаться! Советчик хренов…
Всю обратную дорогу ему люто не везло: пришлось автобуса дожидаться едва ли не час, стоя на пронизывающем ветру. А когда чертова колымага все же пришла, Виктор в нее еле втиснулся. Такая же хрень случилась и в центре — сорок пять минут ожидания, потом тряска в переполненном автобусе… Как будто всему городу понадобилось именно в этот день куда-то ехать, и в одно время с ним, а автопарк как назло подвижной состав — взял и зажал. Домой добрался только к ночи — жутко вымотанный, голодный, злой…
— Ну, давай, — сказала Раиса, решительно закрывая папку. — Наливай, выпьем!
— Рая, а может…
— Наливай! — она хлопнула тяжелой ладонью по столу так, что пустые стаканы подскочили.
Виктор со вздохом разлил остатки по стаканам, и они выпили снова без тоста. Виктор молча опустился на свой стул. Хозяйка поставила на стол локти, сплела свои длинные пальцы и положила на них подбородок. Ее мутно-серые глаза непонимающе уставились на пустую бутылку. Виктор, перехватив ее взгляд, протянул руку, взял емкость за горлышко и поставил ее под стол.
— А еще не принес? — спросила Раиса.
— Нет, — сухо ответил Виктор.
— А ты два пузыря не мог захватить? Одного-то мало! — почти выкрикнула она.
— А я к тебе вообще-то пришел не затем, чтобы водку пить…
— Да?… — блуждающие глаза женщины выразили что-то похожее на изумление. — Ах, да… Ты вроде как поговорить хотел… Мы поговорили?…
«Надо же, — со злобой подумал Виктор. — Еще что-то помнит… Значит, не все мозги пропила».
А вслух сказал:
— Знаешь, Раиса… У меня к тебе очень серьезный разговор. Такие вещи с пьяных глаз не обсуждают. Давай поговорим в следующий раз… Без бутылки. А сейчас я пойду…
— А… ну, как хочешь… Ступай себе.
Виктор почувствовал себя так, будто его попросту выставляют за дверь. Он никак не мог принять тот вполне очевидный факт, что Раиса из его класса и Раиса нынешняя имеют между собой ничтожно мало общего. И если для той Раисы из прошлого он представлял хоть какой-то интерес (пусть даже и весьма неопределенный, полудетский), то для Раисы сегодняшней он был пустым местом, и весь ее интерес сводился к возможности накачаться халявной водки. И ему страстно захотелось уйти, уйти немедленно и навсегда забыть дорогу в эту занесенную снегом покосившуюся избу. Он поднялся со стула:
— Ну, я пошел…
— Валяй, — равнодушно отозвалась она. Когда Виктор вышел в сени и принялся одеваться, Раиса крикнула ему вслед:
— Ты вот что… как тебя… этот… Виктор! Знаешь, ты ко мне без пузыря не приходи, понял? Просто так, всухую, я с тобой лясы точить не буду… Одноклассник нашелся!… Шляетесь тут!
— Понял, — угрюмо отвечал Виктор. Раздосадованный и обозленный, он вышел во мрак зимнего снежного вечера и, не оглядываясь, быстро пошел со двора. Раиса даже не встала из-за стола, чтобы проводить гостя. Похоже, правила приличия были не для нее. «Черта с два я к тебе еще вернусь — оно мне надо? Только расстраиваться попусту, нервы выматывать и время впустую тратить. Все равно проку от тебя никакого, пьянь чертова, все твои тайны в стакане, так что пропади оно все пропадом!»…
Он брел по этой проклятущей улице Карла Маркса, и ему дозарезу хотелось набить кому-нибудь морду. Холодный порывистый ветер хлестал его по пылающему лицу пригоршнями жесткого колючего снега, словно издевался. Злоба душила так, что трудно было вздохнуть. Он вдруг вспомнил слова шамана: «Ты человек недобрый! Добрым стань!» Это к тому, что если добрым станешь, то бывшая хозяйка тайну свою откроет… Вот же придурок старый! Чертов шарлатан, реликт из средневековья! Вот кому Виктор с удовольствием набил бы его плутоватую, морщинистую рожу! Чтобы мало не показалось, да чтобы знал, каково добрых людей в соблазн вводить, да лапшу им по ушам развешивать! Да и Петя тоже хорош — дернул же черт его послушаться! Советчик хренов…
Всю обратную дорогу ему люто не везло: пришлось автобуса дожидаться едва ли не час, стоя на пронизывающем ветру. А когда чертова колымага все же пришла, Виктор в нее еле втиснулся. Такая же хрень случилась и в центре — сорок пять минут ожидания, потом тряска в переполненном автобусе… Как будто всему городу понадобилось именно в этот день куда-то ехать, и в одно время с ним, а автопарк как назло подвижной состав — взял и зажал. Домой добрался только к ночи — жутко вымотанный, голодный, злой…
Страница 18 из 30
