Огненные колеса

— Кто не будет есть хлеб сей или пить чашу Господню недостойно, виновен будет против Тела и Крови Господней. Да испытывает же себя человек, и таким образом пусть ест от хлеба сего и пьет из чаши сей. Ибо, кто есть и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем.

Иешуа легко, с хрустом, ломает правый указательный палец.

— Сие есть тело Мое, которое за вас предается.

Палец, отделившись от ладони, замирает в левой руке.

— Сие творите в Мое воспоминание.

Кровь из раны обильно льется в подставленную чашу.

— Сия чаша есть новый завет в Моей Крови, которая за вас проливается.

На глазах у шокированных учеников, Иешуа отрывает четыре пальца правой руке, отгрызает пятерню на левой.

— Примите чашу сию.

Десять пальцев лежат перед чашей, наполняемой кровью.

— Сказываю вам, что не буду пить от плода виноградного, доколе не придет Царствие Божие.

— Равви, — говорят ученики хором, — покуда Царство не пришло, скажи, кто из нас больший, кто будет первым в Царстве?

— Цари господствуют над народами, и владеющими ими благодетелями называются, а вы не так: но кто из вас больше, будь как меньший, и начальствующий, как служащий.

Но ученики уже не слышат учителя:

— Я бОльший и первый!

— Это еще почему?

— Он первый призвал меня!

— А мне сказал, что я камень его!

— Ибо кто больше: возлежащий или служащий?

— Зато я один умею писать! Я напишу, что я самый бОльший ученик! И все люди будут так думать!

— Не возлежащий ли? А я посреди вас, как служащий.

— Он же сказал есть его тело и пить его кровь!

— Точно! Кто первым съест, тот и больший!

— Нет! Больший, тот кто больше съест!

Ученики бросаются к пальцам, разложенным на столе. Завязывается потасовка. Один из учеников достает меч и отсекает другому ухо. Десять, набросившись на вооруженного, отнимают клинок.

— Ну что?! Кто съел больше пальцев?

— А кто больше выпил крови?

— Зачем только пальцы? У нас есть всё тело!

Ученики с ядовито-красными губами, кругом обступают учителя, продолжающего бормотать:

— Се, сатана просил.

Пальцы и зубы впиваются в тело Христово, рты жадно вырывают и заглатывают куски мяса и кожу. Теплые кишки вываливаются на стол и тут же засасываются. Рыгая, ругаясь, рыча, давясь, ученики поглощают учителя.

Иуда с отвращением смотрит на пиршество каннибалов, раздумывая, чем бы перерезать пуповину и поскорее уползти из отвратительной трапезной.

Ученики, похлопывая друг друга по животам, обгладывают кости и краем глаза замечают стол с женщиной и ребенком.

— Не двенадцать ли избрали нас?

— Но один из нас Диавол!

— Лучше бы тому человеку не родиться!

Ученики направляются к Иуде. Тот безуспешно пытается ползти и с ужасом видит приближающиеся окровавленные одежды, безумные глаза, застрявшие между зубов кусочки мяса.

— Лучше бы тому человеку не родиться!

Теплые от крови руки хватают Иуду и ножками вперед запихивают в лоно.

— Лучше бы тому человеку не родиться!

Ножки с трудом входят в женщину. Иуда плачет, машет ручками, но погружается по пояс. Пуповину набрасывают на шею и душат. Иуда пытается сорвать удавку, но замечает — вместо учеников над ним сам Иешуа.

— Горе тому кто предаст Сына Человеческого.

Пальцы Иешуа складываются в крестное знамение.

— Лучше бы тому человеку не родиться!

Иешуа крестит ребенка, наполовину торчащего из женщины.

Иуда, будто ошпаренный кипятком, кричит что есть силы. Крест жжет, выжигает.

Иуду засасывает внутрь. Он уже не противится. Наоборот, хочет поскорее скрыться.

Но вместо приятной влаги внутри пустота.

Воздух.

Иуда наклоняет головку вниз.

Из тела вместо пуповины растет змея.

Под ногами Ад.

Змий, вошедший в Еву, оставил внутри хвост, обернувшийся пуповиной.

Зло, войдя в ребенка через пуповину, сопровождает человека всю жизнь.

История, рассказанная Сатаной. Иудаэль не видел причин не верить.

Видения изнутри разрывают Иудаэля на части, выворачивают пламенем, пылающим в груди.

Спасение можно найти только в страданиях: осмысленных и беспощадных.

Иудаэль срывается с вершины Ада, расправив крылья, в мгновение ока проносится над кишащим муравейником.

Висельники на мертвых деревья, растущих из безжизненной почвы; адское пекло, где тонут грешники; бездонная пропасть, откуда поднимается зловонный дым.

В камерах и амфитеатрах бесы и демоны развлекаются с грешниками. Черти вытягивают кишки у завистников, выворачивают наизнанку скупых, не подпускают чревоугодников к ломящемся от яств столам, бичуют прелюбодеев и сажают на кол неверных жен.

Иудаэль с отвращением фыркает. Мимо, зажав в лапах четверых, проносится Киаафаэль. Да, события земной жизни Иуды дали Сатане большое число верных слуг.