Парень для Пэнси

Пэнси следила не столько за самой игрой, сколько за Грегори, и ей очень хотелось бы первой выбежать на поле и разделить с ним триумф, хотя сам Гойл, похоже, не думал ни о чем подобном. Да и после позорной ночи с МакЛаггеном вряд ли вообще кто-нибудь захотел бы с ней что бы то ни было делить…

Факультет бесновался, чествуя победителей. Откуда-то взялось Огневиски, Астория послала младшекурсниц на кухню за сладостями, и вечеринка началась! Ревела музыка, огни плясали, отбрасывая на стены причудливые тени, но Паркинсон утомлял этот шум.

Порядком устав от мыслей, Пэнси отправилась к озеру — прогуляться, развеяться… Она еще раз взглянула на Гойла, убедилась, что тот о ней и не вспоминал даже, и незаметно выскользнула из гостиной.

Пэнси вспомнила, как Грегори танцевал с Уизли на балу и почувствовала нечто, похожее на укол ревности, но быстро забыла обо всем этом — на горизонте показались Поттер и Уизли. Они сидели на скамейке у самой воды, подернутой тонкой корочкой льда, и вполголоса говорили о чем-то. Слизеринку они не видели.

— Все, что угодно, — сказал Гарри.

— Глупости! — возразил Рон. — Проклятие с должности должно было исчезнуть.

— А если нет? — упирался Поттер.

— Значит, ты не до конца…

Они оба замолчали, думая, видимо, об одном и том же: если должность профессора ЗОТИ все еще проклята, значит, какая-то часть Волдеморта уцелела. Пэнси нахмурилась, вспоминая, как вел себя мистер Нотт.

— А что, если твоя эта… — Уизли не стал договаривать, хотя было ясно, о ком идет речь, — просто идиотка, и видит проблему там, где ее нет?

— Дафна не идиотка, — сказал Поттер спокойно. — Как раз наоборот. Хотя и она может ошибиться.

— Может! Мы уже столько времени следим, но все впустую!

— Проверьте Чэда Нотта! — резче, чем следовало, сказала Пэнси, и две головы — черная и рыжая — чуть не свернули шеи.

— Тебе чего тут надо?! — грубо пролаял Уизли. — Шла бы, а? А то тусовку сольешь!

— Здесь все могут гулять, — парировала Паркинсон, краснея. — И не моя вина, что вы так громко разговариваете!

— Она права, — Гарри взял друга за запястье. — Пусть говорит.

Рон презрительно скривился, но замолчал.

Пэнси вздохнула и подошла ближе.

— Если вы не нашли ничего на профессора, нужно проверить мистера Нотта.

— Это с которым ты давеча… — и Рон сделал неприличный жест рукой.

Паркинсон покраснела еще гуще, но отступать было глупо.

— Да, — тихо сказала она. — И поэтому я знаю, о чем говорю.

— Мы едва ли сможем попасть в его имение в ближайшее время, — серьезно сказал Гарри. — Я слышал, он иногда бывает в Хогсмиде, возможно, если понять, где он останавливается…

— Я знаю, — сказала Пэнси, ожидая очередную колкость от Рона.

— Хорошо, — сказал Поттер, а Уизли лишь молча кивнул.

— Там у него что-то… Или кто-то, — Паркинсон перешла на шепот. — И, если честно, мне немного страшно…

— Ну, я бы на твоем месте не беспокоился сильно, — фыркнул Рон. — Если что, МакЛагген…

— Ну, хватит! — этого Паркинсон стерпеть уже не могла. — Только посмей сказать хоть слово про МакЛаггена, и я за себя не отвечаю!

Парни удивленно переглянулись. Уизли все еще продолжал хихикать, но вид у него был скорее растерянный и глупый.

— Да будь ты проще! — пожал Поттер плечами.

— Пошли вы! — и Пэнси, так и не отдохнув, направилась в сторону школы.

Уже давно стемнело, и в окнах вспыхнули огни, слабо освещавшие дорожку. Школа была наполнена гулом возбужденных квиддичем студентов, словно пчелиный улей. Вот мимо понесся Пивз, преследуя кого-то; вот пролетело шуточное заклятие — мимо, конечно; вот из кабинета Слагхорна вышел профессор ЗОТИ… Паркинсон стрелой пролетела мимо него и скрылась за поворотом. Слишком нервно. Слишком.

— Пэнси!

— Булстроуд! — завопила Паркинсон, резко оглядываясь. — Нельзя же так подкрадываться!

— Мы так и не договорились, в чем будем на день Святого Валентина! Ты уже выбрала платье?!

— Если еще раз так сделаешь, мне уже никакое платье не поможет! — огрызнулась Пэнси. — Как защемит лицевой нерв!

— Да ладно тебе! Я не нарочно! — Миллисента явно была в настроении. — Я, пожалуй, пойду в розовом!

— Что это вдруг? — немного успокоившись, спросила Пэнси. — Хотела же в лиловом.

— Да, но… — Булстроуд понизила голос. — Сегодня Уизли отшила Гойла…

Паркинсон почувствовала, как зашлось сердце. Шанс! Это же шанс!

— Ты все еще надеешься? — изогнула она бровь. — Конкуренции не боишься?!

— Нет! — радостно хрюкнула Миллисента. — Раз ты на самом деле с МакЛаггеном, кого мне бояться!

— Да с чего вы все это взяли! — вспылила Пэнси и тут же подумала, что зря не сдержалась.

— Ну как… — Булстроуд пожала плечами. — Он тебя, спящую, на руках в спальню принес…

— Мальчиков не пускают в спальню девочек… — на автомате произнесла Паркинсон, сраженная новым шоком.

— А его лестница пропустила, — с завистью выдохнула Миллисента. — Ты что, не помнишь ничего, что ли?!

— Помню я все…

Но в действительности Пэнси помнила лишь надпись, возникшую из ее белья в душевой, и она никак не вязалась с рыцарским поведением гриффиндорца.