Печальный клоун

— Не за что, мам. Я никогда не жалел об этом.

Белл кокетливо приосанилась.

— Неприлично столь юной и красивой девушке иметь такого взрослого сына!

— Ой, передо мной-то не выпендривайся.

С ней весело, как и всегда. Даже разговор об Алфи не угробил мое настроение окончательно.

— Скажи честно, — она встала и замерла рядом со мной, неторопливо поглаживая меня по голове, — он тебя привлек только потому, что блондин.

— Не зная его, сложно понять… Алфи… он просто потрясающий. Даже испытав на себе его кошмарный характер, я не хотел бы, чтобы он был хоть немного другим, — подумав, я добавил. — Черт, а ведь правда — потому что блондин!

В этом была немалая доля правды — в мексиканском городке подавляющая часть людей — латиноамериканцы, то есть смуглые и темноволосые. Белые люди долго были для меня приятной глазу экзотикой.

— Заруби себе на носу, Вики: блондинов много, а ты у меня один, — назидательно произнесла Белл, чмокнув меня в лоб.

За столько лет в Сан-Франциско я уже и забыл, как сильно люблю свою мать.

Все выходные я бродил по городу, дыша сухим воздухом; влажным он был только на побережье. Казалось, даже мыслей никаких в голове не осталось, все ветром вынесло и развеяло по пыльным дорогам. Белл и Элена озабоченно переглядывались, но я ловил эти взгляды только краем сознания, пребывая в загадочном, похожем на транс состояние.

Вернувшись воскресным вечером в Сан-Франциско, я смог по-новому оценить его свежесть, свободу… ну, еще небоскребы и викторианские дома, само собой.

Все казалось совершенно другим, и это наводило на мысли, что я действительно могу начать все с чистого листа, могу выбраться из грязи, могу чего-то добиться в жизни, могу…

Могу жить безо всяких блондинов с манией величия. Да! Моя жизнь вовсе не должна быть замкнута на одном человеке; тем более на человеке, которому я безразличен.

Я смогу. Я должен доказать себе, что я сильнее каких-то ненужных чувств. Я…

Я вижу знакомую фигурку, сгорбившуюся под дверью моей квартиры, и все мои грандиозные планы летят к чертовой бабушке вместе с рассудком. Да какое там «летят»? Я уже и забыл, о чем думал…

Вернулся?

— Алфи? — недоверчиво зову его. Алфи встает и подходит ко мне. Близко подходит.

— Алфи, — эхом откликается он. — Я имел наглость вернуться… и какая-то часть моей души хочет, чтобы ты гнал меня пинками.

— Идиот! — не задумываясь о таких бесполезных вещах, как гордость и чувство собственного достоинства, сгребаю его в охапку. — Я же не могу… не могу, слышишь? Не могу гнать тебя… А ты пользуешься, скотина…

— А я пользуюсь…

Вернулся… Вернулся!

Чувствуя себя таким безумным и счастливым, я кое-как открываю дверь, дабы не шокировать соседей, имеющих привычку некстати высовываться из своих норок на любой посторонний звук. Аккуратно затягиваю внутрь Алфи, закрываю дверь, после чего с чистой совестью впечатываю его в дверь и целую, не веря, что это происходит на самом деле. Я не хочу сейчас выяснять, почему он ушел, почему вернулся… и не могу. Я слишком счастлив, что ему на меня не наплевать.

— Ты же вернулся, правда? — шепчу я по-детски наивный вопрос.

— А что, не похоже? — так же тихо переспрашивает.

— Насовсем вернулся?

— Насовсем, — после секундной заминки произнес Алфи одними губами, и улыбнулся. Его улыбка по прежнему красивая… Но теперь она кажется мне какой-то другой… какой-то пьяной, небрежной. Да и вообще, он был какой-то неестественно бледный, уставший… Не такой. Быть может, я просто отвык от него за все это время?

Продолжить эту мысль я не смог — мыслей как таковых в моей голове попросту не осталось. Одно лишь абсолютное, почти животное желание обладать тем, что было мне предложено…

— Только не оставляй меня… — была моя последняя связная фраза. — Не оставляй меня, mi amore… Пожалуйста, не оставляй никогда больше…

Признаться, я здорово занервничал, проснувшись и не обнаружив Алфи рядом с собой. Быстро одевшись, я вышел из спальни, уже готовый нестись черт знает куда. Оказалось, панику поднял рано — Алфи сидел в гостиной на диване и с меланхоличным видом пил кофе. На журнальном столике предусмотрительно стояла еще одна чашка. Для меня… Дебильно улыбаясь, я опустился рядом с О'Нилом, обнимая его и утыкаясь лбом в мягкие светлые волосы.

— Доброе утро.

— Угу. Доброе, — невозмутимо отозвался Алфи. — Пей кофе, а то он и так уже остыл.

— Блин, ну никакой романтики. Я к нему с чувствами, он мне про кофе!

— Чувства остывают не так быстро, — с кривой усмешкой заметил он, протянув мне чашку.

Тоже верно. Чмокнув его в щеку, я соизволил-таки взять чашку с блюдцем — уронит еще, знаю я его.

Кофе был какой-то странный — горький, с большим количеством сахара и странным привкусом. Но я быстро опустошил чашку, не особо обратив внимание на вкус. Ведь Алфи снова варит мне кофе.

Он снова со мной.

— Я боялся, что ты снова от меня сбежал, — засмеялся я, отставив чашку и снова вцепившись в него. — Или что ты мне вообще приснился.