Та-Гыр не удержался: приоткрыл грубо сшитый мешок из шкур степных кабанов, устремил в пахнущую кровью и тухлятиной душную темноту любопытный желтый взгляд. Сварливый шаман Урхум вынырнул, по обыкновению, из-под какого-то куста лысого и двинул молодого воина по лбу дубинкой, венчаемой козлиным черепом. Та-Гыр тявкнул недовольно, словно волчонок, которого потрепал вожак стаи, а мешок захлопнул: с шаманом спорить не годилось…
Последним изогнулось крючком и выстрелило фасолинками-двойней тело старого шамана. Новорожденные слизали друг с друга кровь, и зачем-то захватили священный козлиный череп, словно игрушку протянули его Матери.
Та звонко засмеялась, принимая дар.