Если бы этот городок был живым существом, то теперь непременно бы задохнулся в клубах пыли, что поднимаются, едва по дороге промчится вереница грузовиков. Городок со всех сторон облеплен убогими домишками, стоящими друг от друга на почтительном расстоянии, будто хозяева не хотят, чтобы другие топтали землю у их порога.
267 мин, 9 сек 19519
Лоуэлл выпутался из спального мешка и на ходу успел схватить рюкзак. Костер неистово пылал, языки пламени почти доставали до веток, легонько опаляя их. Собаки беспокойно метались туда-обратно и поскуливали, то вынюхивая землю, то что-то выглядывая в темноте. Перед Лоуэллом возник встрепанный и не на шутку перепуганный Рей. Он держал в руках фонарь и винтовку, и оба предмета тряслись вместе с его руками.
— Я не знаю, что произошло, — протараторил он. — Мы сидели у костра, Рик подбрасывал туда сучья. Вдруг собаки начали жалобно скулить, Рик поднял голову и застыл на месте. Он указывал куда-то в глубь леса, но я ничего не видел. Он залез в палатку, а вылез оттуда с ружьем и бросился в чащу леса. Я погнался за ним, но он так быстро убежал, как никогда раньше не бегал, и я его потерял.
— Вероятно, Рик увидел нашего давнего знакомого, — прервал его тираду Эйзер. — Пока следы свежие, надо идти за ним.
— Когда он ушел? — спросил Лоуэлл, затягивая лямки рюкзака на плечах.
— Вот буквально минуты две назад, может, чуть больше. Я проснулся раньше, чем Рей стал звать меня.
— Одной погони нам не хватало, конечно, — пробормотал Лоуэлл. — Идем.
Рей не мог держать нормально фонарь, он ходил ходуном в его руках, и Эйзер с раздражением вырвал его из его рук и пошел по следам. Через несколько десятков метров следы стали глубже, а ширина шага увеличилась: здесь Рик побежал. Дорожка следов была практически прямая, но чем дальше они уходили от своей стоянки, тем извилистей она становилась. Подошвы ботинок Рика накладывались на следы лап животных, и Лоуэлл четко различил среди всего их обилия с десяток волчьих следов. Похоже, он ошибался, когда говорил Ноксу, что волки здесь не водятся.
Лес был относительно тих, где-то вдалеке ухали совы, ветер шелестел в кронах, а тонкий слой снега и сучья хрустели под ногами путников. Ни одного звука, который бы подтвердил присутствие Рика. Лоуэлл краем глаза поглядел на Рея: тот продолжал трястись и в свете фонаря был бледнее, чем смерть. Он не захватил с собой ничего, кроме ружья, и шел теперь согнувшись, будто нес на спине тяжелую ношу. Лоуэлл припомнил, как накануне вечером он с Риком веселился и смеялся во весь голос, а угрюмый Мориссон никак не мог их успокоить. Даже раненый стал вести себя тише, хоть явного улучшения не наблюдалось. Лоуэлла вдруг кольнуло под сердце. Ему стало не по себе от мысли, что он оставил Мориссона и других в лагере одних. Кроме собак, их никто не мог теперь охранять.
Знакомый запах падали ударил ему в нос. Он был похож на ту вонь, что стояла в пещере утром. Лоуэлл приказал остановиться и склонился над очередным следом Рика, который теперь выглядел совсем иначе, нежели остальные. Здесь Рик больше не бежал, но и не шел спокойно, как в начале. Следы ложились на влажную холодную землю неравномерно, будто Рик шел, спотыкаясь. В продавленной лунке дрожала влага, Лоуэлл провел по ее поверхности пальцами. Когда он поднес руку к лицу, с пальцев закапала алая жидкость. Он разогнулся и поднял ружье перед собой, двигаясь теперь медленно и осторожно на полусогнутых ногах. Следы уводили влево на совершенно голую поляну, покрытую густым туманом, который поднимался от земли, словно пар.
Рядом с подошвами отпечатались ладони, затем от этих следов пошли длинные и глубокие борозды. Эйзер направил свет фонаря дальше. На земле что-то шевелилось. Лоуэлла охватила неясная тревога, он придержал Эйзера за руку и направился к шевелящейся массе. Теперь под подошвами его ботинок земля громко хлюпала, он начинал вязнуть в ней. Влага поднималась по самую щиколотку. Над головой Лоуэлла с громким криком пронеслась сова. Из глубин леса доносился вой, звеневший в его ушах. Непроглядная тьма сжирала свет фонаря, и Лоуэлл чувствовал, как буквально слепнет. Силуэт на земле начал постепенно вырисовываться, Лоуэлл обернулся назад и увидел бледное лицо Рея и суровое сосредоточенное лицо Эйзера, поросшее густой щетиной. Лоуэлл подобрался ближе и увидел скребущие по земле ноги. Он жестом показал друзьям подходить.
Продырявленная и окровавленная спина Рика еле вздымалась от хриплого булькающего дыхания. Лоуэлл поспешил перевернуть Рика на бок, боясь класть его на спину, чтобы он не захлебнулся. Его лицо исказил нечеловеческий ужас, оно было перепачкано в земле и крови. Его руки стряслись совсем как у Рея. Из груди вырвали кусок мяса, оголив ребра и фрагмент легкого. Лоуэлл сразу понял, что Рик уже нежилец, он доживал свои последние мгновения. Из его глотки, сквозь бульканье, доносились какие-то звуки, и Лоуэллу пришлось нагнуться к его губам, чтобы расслышать хоть что-то.
— Они… о… они в-в-везде… — прохрипел Рик, — о-о-ни вс-с-сюду… х-х-х… их бес… численное множество…
— Я не знаю, что произошло, — протараторил он. — Мы сидели у костра, Рик подбрасывал туда сучья. Вдруг собаки начали жалобно скулить, Рик поднял голову и застыл на месте. Он указывал куда-то в глубь леса, но я ничего не видел. Он залез в палатку, а вылез оттуда с ружьем и бросился в чащу леса. Я погнался за ним, но он так быстро убежал, как никогда раньше не бегал, и я его потерял.
— Вероятно, Рик увидел нашего давнего знакомого, — прервал его тираду Эйзер. — Пока следы свежие, надо идти за ним.
— Когда он ушел? — спросил Лоуэлл, затягивая лямки рюкзака на плечах.
— Вот буквально минуты две назад, может, чуть больше. Я проснулся раньше, чем Рей стал звать меня.
— Одной погони нам не хватало, конечно, — пробормотал Лоуэлл. — Идем.
Рей не мог держать нормально фонарь, он ходил ходуном в его руках, и Эйзер с раздражением вырвал его из его рук и пошел по следам. Через несколько десятков метров следы стали глубже, а ширина шага увеличилась: здесь Рик побежал. Дорожка следов была практически прямая, но чем дальше они уходили от своей стоянки, тем извилистей она становилась. Подошвы ботинок Рика накладывались на следы лап животных, и Лоуэлл четко различил среди всего их обилия с десяток волчьих следов. Похоже, он ошибался, когда говорил Ноксу, что волки здесь не водятся.
Лес был относительно тих, где-то вдалеке ухали совы, ветер шелестел в кронах, а тонкий слой снега и сучья хрустели под ногами путников. Ни одного звука, который бы подтвердил присутствие Рика. Лоуэлл краем глаза поглядел на Рея: тот продолжал трястись и в свете фонаря был бледнее, чем смерть. Он не захватил с собой ничего, кроме ружья, и шел теперь согнувшись, будто нес на спине тяжелую ношу. Лоуэлл припомнил, как накануне вечером он с Риком веселился и смеялся во весь голос, а угрюмый Мориссон никак не мог их успокоить. Даже раненый стал вести себя тише, хоть явного улучшения не наблюдалось. Лоуэлла вдруг кольнуло под сердце. Ему стало не по себе от мысли, что он оставил Мориссона и других в лагере одних. Кроме собак, их никто не мог теперь охранять.
Знакомый запах падали ударил ему в нос. Он был похож на ту вонь, что стояла в пещере утром. Лоуэлл приказал остановиться и склонился над очередным следом Рика, который теперь выглядел совсем иначе, нежели остальные. Здесь Рик больше не бежал, но и не шел спокойно, как в начале. Следы ложились на влажную холодную землю неравномерно, будто Рик шел, спотыкаясь. В продавленной лунке дрожала влага, Лоуэлл провел по ее поверхности пальцами. Когда он поднес руку к лицу, с пальцев закапала алая жидкость. Он разогнулся и поднял ружье перед собой, двигаясь теперь медленно и осторожно на полусогнутых ногах. Следы уводили влево на совершенно голую поляну, покрытую густым туманом, который поднимался от земли, словно пар.
Рядом с подошвами отпечатались ладони, затем от этих следов пошли длинные и глубокие борозды. Эйзер направил свет фонаря дальше. На земле что-то шевелилось. Лоуэлла охватила неясная тревога, он придержал Эйзера за руку и направился к шевелящейся массе. Теперь под подошвами его ботинок земля громко хлюпала, он начинал вязнуть в ней. Влага поднималась по самую щиколотку. Над головой Лоуэлла с громким криком пронеслась сова. Из глубин леса доносился вой, звеневший в его ушах. Непроглядная тьма сжирала свет фонаря, и Лоуэлл чувствовал, как буквально слепнет. Силуэт на земле начал постепенно вырисовываться, Лоуэлл обернулся назад и увидел бледное лицо Рея и суровое сосредоточенное лицо Эйзера, поросшее густой щетиной. Лоуэлл подобрался ближе и увидел скребущие по земле ноги. Он жестом показал друзьям подходить.
Продырявленная и окровавленная спина Рика еле вздымалась от хриплого булькающего дыхания. Лоуэлл поспешил перевернуть Рика на бок, боясь класть его на спину, чтобы он не захлебнулся. Его лицо исказил нечеловеческий ужас, оно было перепачкано в земле и крови. Его руки стряслись совсем как у Рея. Из груди вырвали кусок мяса, оголив ребра и фрагмент легкого. Лоуэлл сразу понял, что Рик уже нежилец, он доживал свои последние мгновения. Из его глотки, сквозь бульканье, доносились какие-то звуки, и Лоуэллу пришлось нагнуться к его губам, чтобы расслышать хоть что-то.
— Они… о… они в-в-везде… — прохрипел Рик, — о-о-ни вс-с-сюду… х-х-х… их бес… численное множество…
Страница 23 из 73
