По ту сторону Ночи

— Почему это мне должно быть плохо, а всем вокруг хорошо? — спросил он. — Почему моя жена должна была ходить по земле, когда тело Миранды пожирают черви? Нет. Она не имела права жить.

— Нужно было рассказать о том, что ты видел. И Лаванда отправилась бы в Азкабан, — Снейп мог бы даже посочувствовать Вуду, но довольно трудно сочувствовать человеку, который угрожает тебе мучительной смертью.

— Но она осталась бы жива! — заорал Вуд. — Я знаю, что адвокаты сплели бы целую историю о состоянии аффекта и «Ах, бедняжка, она была вне себя — ведь муж ей изменил», и все бы глядели на нее с состраданием, и судья бы ее тоже пожалел и дал ей минимальный срок, и газеты сделали бы из нее героиню мелодрамы, а из меня — гнусного злодея. Никто ведь не видел, как она плескалась в крови Миранды, и как голова лежала прямо на земле, и как Лаванда сказала «Mobilicorpus», и безголовое тело плыло за ней по воздуху, а она еще улыбалась при этом! Если бы они это видели — но это видел только я, и я должен был отомстить за Миранду, потому что никто больше собирался этого делать. Я никак не мог — сначала вокруг нашего дома крутились авроры, потом — журналисты, а потом ты пригласил нас в Хогвартс — зачем тебе это понадобилось, а? — и она постоянно оказывалась на людях, так что у меня никак не получалось до нее добраться.

Голос Вуда повышался, пока не сорвался на визг, и Оливер остановился.

— Когда ты понял, что это я убил Лаванду? — спросил он, отдышавшись.

— Сразу же, — Снейп пожал плечами. — Когда увидел тело Лаванды. Никогда бы она не выбрала для самоубийства синильную кислоту. Она была красивой женщиной и не пожелала бы, чтобы ее труп выглядел так отвратительно. Если бы она решила убить себя, то выбрала бы какое-нибудь снотворное или успокоительное — чтобы уснуть тихо и без мучений. К тому же, ты так хотел, чтобы я пошел с тобой — тебе следовало бы лучше контролировать свое лицо. Когда ты готовился открыть дверь в спальню Лаванды, ты выглядел так, будто собирался воскликнуть: «А сейчас, дамы и господа, вам представится прелюбопытнейшее зрелище!»

Вуд моргнул.

— Я так выглядел? — пробормотал он. — Не знал. Ну, теперь уже все равно.

Смерть посмотрела на Снейпа из расширенных зрачков человека напротив.

— Как же ты заставил написать ее признание? — сейчас Снейп готов был спросить Вуда о чем угодно, вплоть до того, как звали его бабушку по материнской линии, только бы отвлечь его, занять хоть на секунду.

— Никак, — Вуд отстраненно улыбнулся, и Снейп понял: он готовится. — Я сам его написал. Почерк у Лаванды был простой, я всегда расписывался за нее в счетах и прочих документах, когда она просила. Так что я написал записку и опрокинул стакан на пергамент, чтобы вода размыла текст.

— А яд?

— У нее началась мигрень, вот она и попросила меня дать ей что-нибудь от головной боли. Голова у нее болеть точно перестала, — Вуд оскалился. — Довольно этой болтовни.

— Да, — Снейп взглянул поверх плеча Вуда, — думаю, этого действительно будет достаточно. Минерва, Филеус, вы все слышали?

— Не считай меня идиотом. Здесь никого нет, — все же Вуд невольно повернул голову, Снейп увидел, как напряглись сухожилия на его шее, и палочка отклонилась в сторону совсем чуть-чуть, но Снейпу хватило и этого. Он схватил со стола тяжелое бронзовое пресс-папье и бросил им в Вуда с меткостью отчаяния. Вуд стоял близко, и кусок бронзы звучно впечатался ему в висок. Вуд покачнулся, нелепо взмахнув руками, заклятье сорвалось с его палочки и попало в потолок. Штукатурка и стеклянные осколки люстры обрушились градом. Снейп, ныряя под стол, успел увидеть, как Вуд падает прямо на каминную решетку, и услышал тошнотворный хруст сломанного позвоночника.

На секунду в кабинете повисли тишина и облако известковой пыли.

Кто-то громко чихнул. Снейп выбрался из-под стола.

Минерва, гневно глядя на него, вытряхивала из волос стекло и хлопья штукатурки.

— Это было очень впечатляюще, — сказал Флитвик и чихнул еще раз.

— Неужели необходимо так рисковать? — Минерва продолжала сердиться. — Как меня раздражает твоя склонность к театральным эффектам!

— У меня осталось только два дня, чтобы закончить все это, — попытался оправдаться Снейп. — Пока авроры доказали бы вину Вуда, он еще много чего успел бы натворить.

На тело Вуда они старались не смотреть.

— А если бы он убил тебя? — МакГонагалл указала на потолок, похожий на старые пчелиные соты.

— Тогда вы стали бы директором Хогвартса, — криво усмехнулся Снейп.

— Вот что, Северус Снейп, — топнула ногой МакГонагалл, — если я еще раз услышу от тебя что-нибудь в этом духе, я и в самом деле тебя прикончу. Запомни мои слова.

Метнув на Снейпа еще один уничтожающий взгляд, она развернулась и выплыла из кабинета.

— Ах, какая женщина, — грустно вздохнул Флитвик.

— Да, нам всем будет ее не хватать, — ответил Снейп.