По ту сторону ужаса

Она дёрнула левой рукой — и Петра подняло в воздух и отшвырнуло в угол комнаты. Однако, даже не долетев до пола, Пётр взмахнул палкой. Невыносимое белое свечение полоснуло девушку по лицу, отчего она зашипела, слово гигантская змея. Пётр успел подскочить на ноги, когда его противница развела руки в разные стороны. Его вновь отшвырнуло невидимой силой, на этот раз обратно к двери, но палка осталась в углу. Издавая клокочущее шипение, девушка, более похожая на исчадие ада, быстрым шагом пошла прямо на него, однако он с криком сотворил переливающийся всеми цветами радуги шар прямо из воздуха и запустил им в неё. Девушка выставила вперёд правую руку — и шар, ударившись об её ладонь, с ослепительной вспышкой взорвался. Упав на спину, девушка не поднялась с пола — она с него взлетела. Тем временем, Пётр, в свою очередь, дёрнул рукой — и палка вернулась к нему, точно была прицеплена пружиной к его рукаву. Из стен и из пола, между тем, вырвались куски стали, по форме напоминающие наконечники копий, и молниеносно полетели на Петра. Некоторые отлетели прочь, не достигнув цели, но три пригвоздили к двери палку, а один — левую руку колдуна. Тем не менее, Пётр через секунду со стоном освободил свою левую руку, оставив на куске стали ошмётки кожи и плоти, а ещё через секунду три стальных наконечника, удерживающих палку, раскалились добела и пулями вылетели из неё, пронзив девушке грудь и живот. Из её глаз ушла тьма, а одежда загорелась. Волосы вспыхнули, точно сухое сено, языки пламени лизали её лицо, но она молча смотрела на Петра, и от этого взгляда он испытывал почти такую же боль, как от рваной раны на левой руке. Спустя несколько секунд охваченная огнём девушка исчезла.

Пётр глядел во тьму и ничего не видел, но знал, что Ничто по-прежнему там. Не обращая внимания на страшную боль, не думая о том, что только что произошло, он собрал все свои силы, чтобы отразить очередную атаку. Он ждал. Может, какие-то секунды, но они показались ему вечностью. В конце концов, он закричал:

— Ну давай! Давай! Чего ты ждёшь!?

Ничто надвигалось. Со свистом, скрежетом и писком, как в самом начале. Но Пётр так и не нанёс приготовленный ему удар. Когда Ничто приблизилось к двери, возле неё никого не было.

Тем временем, Лена бежала по бункеру, не останавливаясь и не чувствуя усталости, пока не оказалась в тупиковой комнатке. Простояв в ней несколько секунд и непонимающе осматриваясь, Лена понеслась обратно, до ближайшей развилки, и выбрала иной путь. Однако в скором времени и он закончился тупиком. Вернувшись к другому разветвлению, Лена побежала новой дорогой.

Время шло, однообразные стены нескончаемой каруселью мелькали перед глазами. Ни выхода, ни тупика, только серая сталь, холодно блестящая в электрическом свете: и под ногами, и над головой, везде лишь серая сталь. К Лене постепенно стало закрадываться чувство, что она бегает кругами. Бросив на пол пачку сигарет, Лена побежала дальше, но не прошло и пяти минут, как она с воплем отчаяния остановилась: впереди на полу лежала злополучная пачка.

Лена не знала, что делать. Ужас безысходности сковал её сознание. Единственное, что пришло ей на ум, это молиться. Начав произносить заученные наизусть слова, она вдруг услышала смех. Звонкий детский смех, доносившийся откуда-то сзади. Лена резко, как ужаленная, обернулась, но никого не увидела. Лихорадочно озираясь, она прижалась спиной к стене и только продолжила прерванную молитву, как смех раздался вновь, совсем близко.

— Сгинь! Сгинь, нечистый! — Лена неистово крестила воздух, но от этого смех лишь стал звучать с нескольких сторон одновременно.

В панике Лена бросилась бежать, не разбирая дороги, но смех преследовал её. Неожиданно он сменился младенческим «агуканьем». Оно было жалобным, словно просящим, и доносилось отовсюду. Лена остановилась и, всеми силами стараясь не слушать его, произносила слова очередной молитвы, сотворяя кресты направо и налево.

Спустя некоторое время всё так же внезапно закончилось, как и началось. Вокруг вновь была тишина. Лена, тяжело дыша, сжимала висящий у неё на шее крестик. Решив, что молитва помогла, она даже немного успокоилась, мысленно благодаря Господа и думая над тем, каким путём лучше пойти, чтобы выбраться отсюда. Однако тут она почувствовала у себя на затылке чей-то пристальный взгляд. Медленно повернувшись, она увидела лишь пустой коридор со стальными стенами, но ощущение не пропало, наоборот, усилилось. Лена перекрестилась и опять начала молиться.