Май 1993 г. в Арканзасе, США, начался с высоких температур и одуряющей духоты. Лето словно бы включили поворотом рубильника. Днём температура поднималась выше +30°С, ночью не падала ниже +18°С — +19°С. А ведь впереди ещё было целое лето!
383 мин, 12 сек 20511
28 декабря 1993 г. в городе Карфаген (Carthage), округ Джаспер, штат Миссури, примерно в 400 км. северо-западнее Криттендена произошло преступление до некоторой степени напомнившее случившееся в «Робин Гуд хиллс». Сначала исчез, а затем был найден мёртвым и полностью раздетым 8-летний мальчик. Произошедшее сразу привлекло внимание как следственной группы, так и общественности, ведь если по Среднему Западу катается серийный убийца-педофил, то арестованные в Вест-Мемфисе молодые люди невиновны! Инспектор Гитчелл попросил коллег из округа Джаспер срочно предоставить следственные материалы, связанные с осмотром места обнаружения тела и данные коронёра о состоянии трупа. Срочность запроса представлялась вполне объяснимой, ведь в Арканзасе вскоре должны были начаться два судебных процесса с тремя обвиняемыми! В Миссури к запросу коллег отнеслись с пониманием и необходимые документы предоставили без проволочек.
После их изучения в режиме телеконференции был устроен обмен мнениями между детективами из Криттендена и Джаспера. Несмотря на ряд интригующих совпадений, внимательное сличение деталей заставило, в конце концов, отбросить предположение о возможном действии в обоих случаях одного и того же убийцы. Жертва в Карфагене не подверглась избиению и связыванию. Кроме того, преступник не пытался душить мальчика… По здравому размышлению, было решено считать преступления в округах Криттенден и Джаспер не связанными.
Кстати, последующий ход событий подтвердил правильность этого вывода. Расследование в Миссури установило убийцу — им оказался 32-летний Теренс Уэйн Капп (Terence Wayne Cupp), проживавший неподалёку от жертвы и рискнувший склонить её к гомосексуальному акту. Поскольку мальчик воспротивился, преступник запаниковал и убил его. После ареста Капп быстро дал признательные показания и в мае 1995 г. был признан судом виновным в убийстве.
Вернёмся, впрочем, к событиям в Арканзасе. В середине января 1994 г. были рассмотрены последние ходатайства, зявленные защитой Джесси Мискелли (на протяжении осени и первой половины зимы Стидман внёс более 50 таковых!), и 19 января суд над Джесси Мискелли открылся отбром жюри присяжных. Процедура эта потребовала недели и слушания начались только 26 января.
В первый день допрашивались родители жертв и полицейские, причастные к организации поисковой операции и обнаружению тел 6 мая. На следующий день — 27 января — суд начался с заслушивания судмедэксперта Фрэнка Перетти, после чего вернулся к допросу полицейских, только теперь связанных с проведением расследования. Примечательно, что лейтенант Майк Аллен и сержант Брин Ридж допрашивались дважды — 26 января как участники поисков пропавших мальчиков, а на следующий день — как оперативники, привлеченные к расследованию (затем Риджа, кстати, допросили и в третий раз — это случилось, когда суд дошёл до изучения деталей задержания Джесси Мискелли).
Уже в первые дни суда защитники обвиняемого проявили недюжинную активность. Джесси Мискелли в самом начале процесса через адвокатов заявил о своей невиновности и отказе от дачи показаний, всё последующее время он просидел в зале суда, не издав ни единого звука. Зато голос Стидмана звучал намного чаще голосов обвинителей и даже самого судьи. Адвокат затевал бузу по каждому поводу. Так, например, Стидман заявил протест в отношении предъявления присяжным фотографии Джесси Мискелли, сделанной после ареста. Это официальная фотография, на которой арестованный запечатлён с планшетом на уровне груди, а на планшете указаные его имя, фамилия и полицейский департамент, осуществивший арест. Разумеется, у судьи и обвинителей возникло недоумение, почему же официальную фотографию нельзя показать присяжным? А потому, что у Джесси в тот момент была стрижка «белочкой», т. е. в стиле «борцов-рестлеров», и это, по мнению защиты, могло произвести на присяжных неблагоприятное впечатление. В суде, кстати, Джесси предстал хорошо подстриженным, в чистой рубашке и новом костюме, ни дать, ни взять — милый студент (одежду, кстати, ему приобрели, чистили и гладили за деньги из бюджета округа Криттенден, что вызвало немалое возмущение родственников убитых мальчиков… К счастью, на судью аргументация адвокатов не произвела впечатления, тот решил, что присяжные должны видеть, как же именно выглядел подсудимый в момент ареста…
После их изучения в режиме телеконференции был устроен обмен мнениями между детективами из Криттендена и Джаспера. Несмотря на ряд интригующих совпадений, внимательное сличение деталей заставило, в конце концов, отбросить предположение о возможном действии в обоих случаях одного и того же убийцы. Жертва в Карфагене не подверглась избиению и связыванию. Кроме того, преступник не пытался душить мальчика… По здравому размышлению, было решено считать преступления в округах Криттенден и Джаспер не связанными.
Кстати, последующий ход событий подтвердил правильность этого вывода. Расследование в Миссури установило убийцу — им оказался 32-летний Теренс Уэйн Капп (Terence Wayne Cupp), проживавший неподалёку от жертвы и рискнувший склонить её к гомосексуальному акту. Поскольку мальчик воспротивился, преступник запаниковал и убил его. После ареста Капп быстро дал признательные показания и в мае 1995 г. был признан судом виновным в убийстве.
Вернёмся, впрочем, к событиям в Арканзасе. В середине января 1994 г. были рассмотрены последние ходатайства, зявленные защитой Джесси Мискелли (на протяжении осени и первой половины зимы Стидман внёс более 50 таковых!), и 19 января суд над Джесси Мискелли открылся отбром жюри присяжных. Процедура эта потребовала недели и слушания начались только 26 января.
В первый день допрашивались родители жертв и полицейские, причастные к организации поисковой операции и обнаружению тел 6 мая. На следующий день — 27 января — суд начался с заслушивания судмедэксперта Фрэнка Перетти, после чего вернулся к допросу полицейских, только теперь связанных с проведением расследования. Примечательно, что лейтенант Майк Аллен и сержант Брин Ридж допрашивались дважды — 26 января как участники поисков пропавших мальчиков, а на следующий день — как оперативники, привлеченные к расследованию (затем Риджа, кстати, допросили и в третий раз — это случилось, когда суд дошёл до изучения деталей задержания Джесси Мискелли).
Уже в первые дни суда защитники обвиняемого проявили недюжинную активность. Джесси Мискелли в самом начале процесса через адвокатов заявил о своей невиновности и отказе от дачи показаний, всё последующее время он просидел в зале суда, не издав ни единого звука. Зато голос Стидмана звучал намного чаще голосов обвинителей и даже самого судьи. Адвокат затевал бузу по каждому поводу. Так, например, Стидман заявил протест в отношении предъявления присяжным фотографии Джесси Мискелли, сделанной после ареста. Это официальная фотография, на которой арестованный запечатлён с планшетом на уровне груди, а на планшете указаные его имя, фамилия и полицейский департамент, осуществивший арест. Разумеется, у судьи и обвинителей возникло недоумение, почему же официальную фотографию нельзя показать присяжным? А потому, что у Джесси в тот момент была стрижка «белочкой», т. е. в стиле «борцов-рестлеров», и это, по мнению защиты, могло произвести на присяжных неблагоприятное впечатление. В суде, кстати, Джесси предстал хорошо подстриженным, в чистой рубашке и новом костюме, ни дать, ни взять — милый студент (одежду, кстати, ему приобрели, чистили и гладили за деньги из бюджета округа Криттенден, что вызвало немалое возмущение родственников убитых мальчиков… К счастью, на судью аргументация адвокатов не произвела впечатления, тот решил, что присяжные должны видеть, как же именно выглядел подсудимый в момент ареста…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 83 из 118
