Потому что ты (не) рядом

Конечно, они ушли из дома только через час, потому что Джесси уговаривал девчонок переодеться из парадных платьев вроде диснеевских во что-нибудь более подходящее парку, переодевался сам, и это почему-то затянулось, потом девчонки захотели в туалет, по очереди и примерно тогда, когда они доходили до двери.

Проблема решилась бы, стоило бы Ханзо нахмуриться, но это у него не получалось, он был слишком счастлив. И было слишком хорошо — и в парке, тоже.

Они нагулялись по самые уши, накормили девчонок мороженым и картошкой фри — с разрешения Джека, само собой, но Джесси и Ханзо делали вид, что чуть ли не на преступление идут, соглашаясь, — выиграли им в тире плюшевых зверей, а себе галстук-бабочку, красный в белую крапинку, разрисовали у художника лица, причем всем, покормили уток в пруду и посмотрели на представление клоунов.

Идти домой никто не желал, но ближе к вечеру нужно было вернуться, а Ханзо разрешили посидеть там еще немного. Пока Джесси кормил, мыл и укладывал сестер, пока ел сам и клевал за столом носом. Уходить не хотелось, но пришлось, это было одним из правил их общения: оставаться на ночь мог Джесси у Ханзо, но не наоборот, так что когда-то Ханзо все же встал и направился к двери, и Джесси за ним следом. И надо было бы уже прощаться, но Джесси почему-то молчал, а потом аккуратно взял Ханзо под затылок, потянул к себе и поцеловал.

В первый раз по своей инициативе. И неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы Лена не проснулась и не заявилась в коридор в поисках Джесси.

Из всех его сестер именно она обожала Джесси больше всего и вместе с ним сначала крайне не любила Ханзо, затем привыкала к нему, тихонько обожала, пока не поняла, что еще немного — и он увезет Джесси далеко-далеко. Тогда они выдержали целую войну, и ведь они — вдвоем! — чуть не проиграли, но вовремя вмешался Джек и прекратил все эти безобразия вроде спрятанных ключей, постоянных болезней, если Джесси нет рядом, истерик и скандалов.

Возможно, Лена была права, и Ханзо совсем не стоило тащить Джесси сюда?

Может, она чувствовала что-нибудь, у детей ведь часто бывает подобное.

В любом случае сейчас уже поздно.

Он упирается во что-то ногой. Что-то шуршащее, что-то, чего не должно быть. Ханзо все равно, но он садится, охнув от боли, прошившей бок, и с удивлением смотрит на пакеты в углу. Обычные такие пластиковые белые пакеты с логотипом супермаркета на боку.

Джесси ездил за продуктами? Почему сам?

Надо будет его…

Ханзо прокусывает губу до крови, лишь бы отвлечься, лишь бы не додумывать эту мысль.

… спросить, когда он вернется.

А пока разобрать то, что он купил. Чтобы не испортилось.

Он заставляет себя встать, поднимает покупки, тащит их на кухню, не выпуская из другой руки куртку. Оставить ее где-то невозможно, но так неудобно, и Ханзо надевает ее, на пару секунд ткнувшись носом в воротник.

Джесси ужасно раздражало то, что в его запахе больше трех нот, и никто не мог переубедить его, что так даже лучше. Полнее и правильнее, что ли?

Ханзо вытаскивает из первого пакета еду. Упаковка копченой курицы, головка салата, сыр в плотной упаковке, маленькая дыня, пучок мяты, оливковое масло с лимоном, сухарики. …

В другом лежат орехи и конфеты, попкорн, пластиковые контейнеры с крошечными овощами и еще один пакет, бумажный, плотный, украшенный логотипом известного в городе магазина с товарами для оружия. Чехлы, ножны, все такое — Ханзо часто там бывал, а что там делал Джесси?

Покупал ему подарок, понимает Ханзо, вытащив из конверта чек. Перчатки для лука…

В последнем пакете клубника и чипсы, уложенные на большую круглую коробку, перевязанную радужным бантом?

Что там?

Ханзо внимательно разглядывает крышку, но она не дает никаких ответов, так что ее приходится снять.

Лучше бы он этого не делал.

Джесси все никак не хотел покупать вещи для детей.

«Я не знаю, что нужно», «Я не хочу один», «Еще рано, успеем сто раз», «Пусть сначала Джек приедет и подскажет»…

Ханзо мечтал купить хоть что-нибудь и детям, и Джесси, что-нибудь безумное дорогое, но он не знал что.

Больше некому.

А Джесси неожиданно купил подарочный набор для будущих родителей-бета. Соски, бутылочки, комбинезоны швами наружу, крохотные мягкие тапочки в длину меньше пальцев Ханзо.

Он раскладывает все по цветам, оранжевое, красное, фиолетовое, зеленое, синее. Сгребает все в кучу, опускается на стул, утыкается в вещи лицом, натянув сверху на голову куртку, и замирает так.

Что-то давит на скулу, что-то упирается в щеку, что-то щекочет губы. Сидеть так неудобно, но Ханзо даже не пытается устроиться удобнее и закрывает глаза.

Еще немного, совсем чуть-чуть, а потом он возьмет себя в руки и поедет встречать Гейба.

— Ханзо, — зовет его Джесси и чувствуется при этом так, словно вот-вот сломается.

Ханзо оборачивается, смотрит ему в лицо — и знает, что сейчас ему скажут. Ему бы убежать, заткнуть уши, сделать вид, что его здесь нет, чтобы не слышать, чтобы дать себе хоть какой-нибудь шанс, но это слишком трусливо, так что Ханзо остается на месте.