Проигрыши

Взглянул на свесившуюся с ветки ее ногу, где в сапоге до сих пор лежала его палочка. Прикинул: не сумеет ли достать? Нет, далеко, не дотянуться… А кстати, где ее собственная? Наиболее вероятно — правый рукав, сам там носил. Чуть сдвинул ладонь, нащупывая — Алиса заворочалась во сне, повернулась, засунув руки между их телами. Теперь и туда не долезть, разбудит.

«Чертова, чертова ночь!»

Проснулась она моментально — просто открыла совершенно не сонные глаза. Улыбнулась, провела губами по его щеке. Сползла с колен, усевшись рядом на ветке, обняла.

— Спи, — прошептала. И Родольфус сразу же заснул.

— Подъём! — голос доносился уже снизу. Открыл глаза: девчонка — ах да, Алиса — прыгала под деревом. Он тоже спустился — а ведь высоко оказалось, и как они ночью сюда забраться умудрились?

Луна давно зашла, а солнце успело подняться над деревьями. Вчерашние оборотни превратились в обессиленных людей и валялись теперь по норам-лежбищам. Кроме тех двух, что так и остались на поляне, теперь навечно в волчьем облике. Перехватил взгляд Алисы и поморщился: нашла, кого жалеть.

И снова Родольфус пошел впереди, подчиняясь движению девчонкиной палочки. Конечно — ночной трах еще не повод для утреннего доверия.

Границу антиаппарационной защиты он почувствовал: как будто небо выше поднялось, перестало давить на плечи. Она тоже все поняла, остановилась в паре шагов.

— Будем прощаться? — усмехнулась.

— Палочку верни!

— Ах, да… Ассио!

Повертела в пальцах и отшвырнула подальше в кусты. Пока Родольфус ползал, искал — девчонки и след простыл.

Сунул руку в карман — пальцы наткнулись на что-то мягкое. Вытащил: лимонно-желтая пушистая резинка. Покрутил, раздумывая, не выбросить ли, и, неожиданно для себя, спрятал обратно. Какой-никакой, а трофей.

Проигрыш второй, серьезный

Дома он об Алисе моментально забыл, погрузившись в рутину. В конце концов, его работа не палочкой махать и не по лесам бегать. И не насмешки Беллы выслушивать о том, что раз в жизни выполз из своего кабинета и вляпался. Ну выполз, чтобы заменить валявшегося с раздробленной ногой и, по его словам, даже ссавшего костеростом Розье. Ну вляпался, соблазнившись возможностью поймать девчонку. Кстати, оно и к лучшему, что не получилось: пользы с нее все равно что с гриндилоу шерсти, а думать о том, во что превратили бы специалисты Макнейра это тело, еще недавно прижимавшееся, ласкавшееся к нему, было противно.

Жене он про Алису рассказывать не стал, несмотря на то, что обычно они друг от друга похождений не скрывали. А тут почему-то промолчал, упомянув только про сломанный портключ и заповедник оборотней.

А через неделю стало еще веселей: прямо на работе взяли Селдона. Теперь бывший агент отдыхал в Азкабане, Лорд рвал и метал, а Родольфус думал, кем заменить единственного на весь аврорат шпиона и что он сделает с тем, кто его сдал. Конечно, когда узнает. А он узнает, рано или поздно.

Первый раз ему Алиса приснилась недели через две после их встречи. Они вдвоем сидели на берегу Черного Озера, ветер шевелил короткие темные волосы девчонки. А он старался и никак не мог пристроить на них ее дурацкую резинку.

Потом она еще не раз приходила к нему по ночам. Сначала не придавал значения, но ближе к середине зимы стало раздражать. А поскольку всегда знал, что возникшую проблему надо решать сразу, стал подумывать о встрече. Нет, свиданием он это даже в мыслях не называл. Разведка боем — так будет вернее. Попытка узнать, чем дышит эта ненормальная, и нельзя ли привлечь ее к делу? Чем Моргана не шутит, вдруг выгорит? Тем более, что на место Селдона взяли какого-то юнца, упертого идейного болвана, не понимавшего — или нагло игнорировавшего — любые намеки.

А работая вместе, можно уже… Впрочем, не стоит седлать летящего гиппогрифа. Сначала следовало бы выяснить, с кем именно он провел ночь в волчьем лесу. Алиса-Алиса… Эх, до чего не вовремя они остались без информатора!

Конечно, если бы он хотел узнать что-то важное — нашел бы способ. А так… рисковать, чтобы выяснить, как зовут одного ничем не примечательного аврора, смысла не было. Вот представится случай, тогда…

Представился он только в феврале, стараниями Руквуда, решившего с какого-то перепугу сделать копии досье на всех министерских служащих. Комиксов, что ли, про похождения бравого аврора Винса в детстве перечитал? В любом случае, все решили, что из этой затеи мог выйти толк. Так и оказалась на столе у Родольфуса серая папка. С колдографии в углу смотрела его лесная знакомая, только коротко, по мальчишески, стриженая. Скосила глаза куда-то за край карточки, потерла нос, задрала подбородок и улыбнулась в камеру. И так — много-много раз за то время, пока Родольфус другие просматривал. Эту отложил на потом.

Раскрыл уже вечером, выпроводив из кабинета всех, включая Беллу.

Девчонка действительно оказалась Алисой.

«Алиса Лонгботтом, 1956, следственный отдел». Причем перевели туда совсем недавно, и двух месяцев не прошло. А до этого — обычный оперативник, «махатель палочкой». Полистал дальше: