Пророк

— А что, если следовать христианским понятиям, им ведь как раз и придется пасти подопечное стадо!«В отличие от старшего Богданова, Угольников не стал ломать голову над тем, где искать безукоризненно честных людей, а просто ознакомил с предложением свое начальство, которое передало его по команде еще выше. Там открывающиеся перспективы оценили по достоинству и дали добро, вот только рекомендовать на открывшиеся вакансии собственных подчиненных как-то не спешили, видать, хорошо знали им цену. Да, но какие-то кандидатуры для этого дела все равно надо подыскать, иначе нечего и надеяться на улучшение показателей следствия! Когда уже казалось, что проекту конец, в чью-то» светлую«голову пришла мысль задействовать попов. Им, мол, и так не впервой проповедовать чужими словами, и к Богу они вроде как должны быть ближе, и честность им чуть ли монастырским уставом вменяется. Вот пусть и поработают и. о. пророка в своих приходах и епархиях!»

РПЦ, к удивлению силовиков, столь лестному предложению сразу резко воспротивилась. Не желаем, дескать, популяризировать какую-то там еретическую секту. Им, разумеется, тут же доходчиво разъяснили, что за привилегированное положение в обществе, для которого, кстати сказать, нет никаких конституционных оснований, приходится платить власти определенными услугами, и если эти самые услуги не будут оказываться, то и с привилегиями придется расстаться. Делать нечего, пришлось давать согласие и подыскивать в своей среде нужных людей.

Когда Павлу доложили, что в гости к его сыну заявилась целая делегация православных священнослужителей, он посчитал это чьим-то неумным розыгрышем.

Пошел, конечно, убедиться самолично и впал в ошеломление. Действительно, стоят у самого входа в особняк, все как один бородатые, все в монашеских одеяниях, некоторые еще и с посохами в руках. Пришлось изображать из себя радушного хозяина и поинтересоваться, что понадобилось здесь столь дорогим гостям? Ну, разумеется, Логос! Варсонофий, епископ какой-то там тьмутаракани, представившийся главой делегации, развел бодягу на тему, что вот, дескать, Синод РПЦ, уступив настойчивым просьбам светских властей, порешил вступить в контакт с самозваным пророком, именуемым Логосом, дабы проверить, действительно ли этот пророк доносит до людей слово Божие, и, если подтвердится, что это так, стать для него верной опорой в общении с православным миром. После более обстоятельных расспросов Павел выяснил таки, что это те самые потенциальные ретрансляторы, которых обещал прислать Угольников. Своих полицейских что ли не нашлось?

Кандидатуры эти с самого начала показались старшему Богданову сомнительными, но, раз обещали, проверить их все же надо. Павел пригласил гостей в особняк.

Реакция Логоса на появление в его комнате бородатых кандидатов в ретрансляторы поразила Павла до глубины души. Юный пророк, всегда принимавший посетителей с бесстрастным выражением лица, скривился, как от оскомины, и, с трудом справившись со своей мимикой, велел гостям объяснить цель их визита. Варсонофий в ответ понес все ту же лабуду, но был прерван:

— Итак, ты сомневаешься в моих способностях. Твое право. Я могу тебя разубедить, но готов ли ты услышать о себе то, чего не может знать ни один другой человек?

Варсонофий недовольно уставился на Логоса, но ответом ему был ледяной взор юного пророка. Поединок взглядов закончился поражением епископа, и он, отведя глаза, пробормотал свое согласие.

— Хорошо. Месяц назад ты убрал благочинного Прокопия с его прихода не за упущения в проведении служб, как заявил во всеуслышанье, а чтобы поставить на доходное место своего собутыльника Кирилла. Что, не нравится слово «собутыльник»? Ну так вы с ним наедине не духовные разговоры вели, а реально напивались до невменяемого состояния, причем вовсе не церковным кагором, а банальной сорокоградусной. А сказать, сколько тот же Кирилл дал тебе отступного за это место? Не хочешь? Вот прямо сейчас начнешь гневно опровергать? А я ведь и номера всех купюр могу перечислить, и даже на какой счет ты этот хабар потом положил. Ну да, не все из полученного тебе досталось, надо же кое-чего и в Москву передать в качестве платы за назначение. И после этого кто-то в проповедях еще гневно порицал симонию, такой весь благочестивый на вид, только нимба над головой не хватает! Думаешь, если Кирилл твой ничего не расскажет, равно как и тот, кто тебя на кафедру назначил, так и паства твоя ничего не узнает? Зря ты так думаешь, фарисей!

По толпе священников, стоящих за спиной у Варсонофия, прошел ропот. Сам он немо открывал и закрывал рот, страшась выкрикнуть ту брань, что его сейчас прямо-таки распинала. Похоже, у него хватило ума понять, что стоит ему затеять скандал, и беспощадный Логос озвучит в ответ и остальные его грехи, а их на душе было ох как не мало! Пророк же, тем временем, определил в этой толпе самого недовольного и обратился теперь уже к нему: