Психолог для нечисти

Егор же мирно стоял посередине сцены. Заметив, что я обратила на него внимание, он раскрыл ладонь, показывая белый носовой платок, и стал размахивать им из стороны в сторону, словно флагом. Капитуляция, мирный договор или же пакт о временном ненападении? В конце концов, не может же он ничего сделать с целым залом народа. Или может?

Я схватила за плечо девчонку лет пятнадцати, которая сидела рядом, и потрясла её. Она лишь уставилась на меня пустым взглядом, слегка склоняя голову набок. Понятно, такими действиями я точно ничего не добьюсь. Нужно было звать кого-то на помощь, только вот сначала придётся потрудиться и убедить этого кого-то в правдивости происходящей ситуации.

Я вновь обернулась к Егору, готовая наброситься на него, но он развёл руки в стороны и пожал плечами, затем опять помахал платком, поднимая его уже над головой, чтобы я точно видела. Видеть его самодовольную рожу я больше не могла и развернулась к двери, после же последовала его примеру — подняла руку, показывая средний палец.

В коридоре дышать стало значительно легче, только накатывающая волнами паника бросала из угла в угол. Если сначала я пыталась придумать план помощи, то потом просто бездумно бродила из угла в угол, каждый раз останавливаясь возле двери. Егор продолжал о чём-то вещать, в какой-то момент в разговор включились зрители. Судя по всему, они задавали вопросы. Только теперь я смогла спокойно вздохнуть и упасть на диван в углу.

В то, что Егор был искусным психиатром или просто владел такими колоссальными навыками гипноза — я не верила и не поверила бы никогда. Его способности больше походили на что-то сверхъестественное, непонятное и необъяснимое. Он говорил и все его слушали. Точно! Говорил. Перед глазами почему-то предстал образ до смерти перепуганного Бальтазара, когда попытался узнать имя подселенца в тело Егора. Тогда я думала, что всё это шутка, но сейчас чёрный кот из сказок почти предстал передо мной, и в это очень даже верилось. Значит, он такой же, как тот с рогами…

Тихо застонав, я метнулась к двери и чуть приоткрыла створку, чтобы лучше слышать. Внутри шёл активный спор по поводу сюжета. Похоже, всех расколдовали, что радовало. Можно было вновь вернуться в зал, но только от одной мысли об этом ноги подкосились, и я еле успела схватиться за стену. Всё оставшееся время встречи я просидела на полу, сжимая в руке телефон, и готовая в любую секунду набрать номер Валерия Геннадьевича. Я послушно выполняла его поручение ни о чём не спрашивать (ну, почти), но и бросать подругу в беде тоже не собиралась. Если придётся, я без зазрения совести опробую на Егоре святую воду. Если не поможет, то пущу в ход и бутылку.

Когда были сказаны прощальные слова, часы показывали пятнадцать минут седьмого. Я прошмыгнула в зал в надежде выхватить Янчика и, перекинув её через плечо, быстро свалить, но перед сценой образовалась живая очередь. Все пытались пробраться на сцену, чтобы сфотографироваться с живым кумиром. Как искать среди этой толпы подругу я просто не представляла, а дожидаться её не было никакого времени. Я итак впритык успевала подкинуть её в центр, чтобы передать на руки мужу, и ехать на встречу. Это была просто патовая ситуация!

От досады я почти топнула ногой как меня взяли за руку и потащили к толпе. И делала это именно Янчик.

— И куда ты пропала сразу после окончания? — мы пробирались сквозь живую очередь: Яну свободно пропускали вперёд, меня зажимали всем, чем могли. — Говорила же тебе не уходить. Вдруг потерялась бы!

Подруга явно была недовольна. Подобным образом она, обычно, разговаривала со своими учениками, когда те отставали от класса во время похода в музей или театр. Пару раз я была свидетелем оного и теперь ощущала себя школьницей. Спрашивать о том, когда Янчик успела мне всё это сказать, я не стала. Она явно не помнила, что меня вовсе не было в зале почти с самого начала.

— Извини. Мне нужно было срочно выйти.

Ответом мне была улыбка.

— Ты почти опоздала. Смотри, наши уже на лестнице.

Действительно, компания с которой меня познакомила Янчик, занимала всю лестницу и была голова к фотосессии. Меня тоже упорно тянули к ним. Я попыталась затормозить. Подниматься к Егору не было абсолютно никакого желания.

— Слушай, давайте сами? Я всё-таки просто пришла посмотреть. Не знаю даже кто это вообще.

— Ладно тебе. Зато потом будешь всем хвастаться, что знакома с таким известным писателем.

Меня насильно запихнули на сцену. Раз уж участи было не миновать, я попыталась встать в самый конец, но Егор обхватил моё запястье и поставил рядом с собой. Яна удостоилась такой же участи, но с другой стороны от кумира. Кто только давал им разрешения хватить меня когда вздумается?!