Райниэль. Душа врага

Но там… там пахло грозой, опасной грозой, а здесь… мне почему-то чудится, что за этим порогом меня ждет удивительное приключение, то самое, которое может быть лишь однажды в жизни. Немногим выпадет такой шанс. Мое завидное спокойствие несколько пугает меня самого — я никогда не был столь рассудительным и вдумчивым. Сомнения все еще раздирают мой мозг, я несколько медлю, никак не решаясь принять решение, потому что…

— Эйнар? — слышу удивленный голос Джейкоба и, поднимая голову, встречаюсь с ним взглядами. — Ты уже вернулся? Проходи. Кофе?

— Кофе, — спокойно усаживаюсь в кресло так, чтобы видеть и Джейкоба, и дверь, бесшумно закрывшуюся за мной. Мало ли, вдруг гости какие нагрянут, а их никто и не звал. Из набедренной кобуры в левую руку четким, до боли отработанным движением скользит лучевой пистолет, и дуло его смотрит Айерсону прямо в грудь:

— И правду, Джейкоб, — ледяным голосом произношу я. И не давая ему раскрыть рта, добавляю:

— Правду о том, что произошло на Хейдосе.

— Эйнар, ты… — вижу, что он явно растерян, немного напуган, но сейчас мне не до сантиментов. Мне нужно… мне важно знать… это больше меня. И эта странная жажда гложет меня, сжигая душу. Что бы там ни произошло, я приму это. Вслух, однако, произношу совсем другое:

— Джейкоб, ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что я просто убью тебя, если ты попытаешься тянуть время или врать мне. Правду. Я хочу знать о том, куда делись ожоги и переломы, полученные мною при падении? Где сотрясение мозга, потому что головой я пересчитал все переборки капсулы, и я это помню совершенно отчетливо, так же, как и последующую за этими хаотичными ударами боль? Кто такой Райниэль, и что он обещал вам — тебе и Райкеру? И почему вы думали, что я пойду за ним? Куда?

Все это я произношу спокойным бесцветным голосом, внимательно наблюдая за Джейкобом. Когда я упоминаю имя предполагаемого тейлаата, Джейкоб невольно вздрагивает, и я понимаю, что попал точно в яблочко.

— Ты не понимаешь, — начинает было Джейкоб, но я прищуриваюсь и очень тихо произношу:

— Нет, это ты не понимаешь, друг мой, — интонацией выделяю последние два слова, чтобы Джейкобу стало понятно — я не остановлюсь ни перед чем. Время шуток закончено. Здесь и сейчас у него есть шанс сохранить то, что было основано на доверии. Возможно, он руководствуется моим благом. Но что составляет это самое благо лично для меня, я пока еще в состоянии определить. И решение о том, как мне жить, приму сам, без подсказок и руководства со стороны. — Я разнесу твою голову, если не получу от тебя вразумительных ответов, и отправлюсь с теми же вопросами к Райкеру, — и тогда уже я не посмотрю на нашу многолетнюю дружбу, и на то, что ты не раз спасал мою жизнь.

— А если он не ответит?

— Значит, я отправлюсь туда, где осталась моя память. И сам найду недостающие звенья.

Мне показалось, или Айерсон внезапно побледнел? Нет, не показалось.

— Что ж, значит, время пришло… — задумчиво произносит он. — Ты ведь был у адмирала Витмара?

— Был. И с удивлением узнал о том, что был в плену, и меня пытали.

Джейкоб задумчиво кивает, потирая пальцами переносицу, и я уже понимаю, что этот раунд я выиграл. Что ж, ты не разочаровал меня, друг мой. Ты по-прежнему верен нашей давней клятве, как бы ни высокопарно это звучало. Еще один камень падает с моей души, разбиваясь вдребезги с огромным грохотом. Значит, я все-таки не один против всех.

— Я отвечу на твои вопросы, Эйнар. На все твои вопросы. Или будет лучше, если я сниму нейроблоки, и ты вспомнишь все сам? — голос его звучит глухо, но решительно, что не может не радовать меня. Но внешне я не показываю своих эмоций, лишь криво усмехаюсь:

— И ты считаешь, что в данной ситуации я должен поверить тебе?

Джейкоб не обижается, он лишь устало улыбается, укоризненно качая головой.

— В тот момент у нас не было иного выхода. Тебе трудно в это поверить, но расклад был совсем не в нашу пользу, и из двух зол Райниэль выбрал меньшее. Иначе вы погибли бы оба. Он — как осужденный военнопленный, а ты — как предатель своей расы.

— Ты снова упоминаешь это имя — Райниэль, — произношу я, а внутри меня вдруг поднимается целая буря, как будто это имя, этот набор звуков мне знаком. — Кто это?

— Тот, кто спас тебе жизнь на Хейдосе. Тейлаат, которого ты полюбил.

На голову словно опускается тяжелый молот. В глазах темнеет.

— Что ты сказал? — потрясенно спрашиваю я. И спокойный, доброжелательный голос Джейкоба повторяет:

— Райниэль — тейлаат, спасший твою жизнь. Ваши чувства возникли очень быстро, я бы даже сказал — спонтанно, если бы не знал о сложной системе соединения душ тейлаатов. И чувства эти у вас были взаимными, но… в сложившейся ситуации… Вы были обречены.

Я уже не слушаю Джейкоба, оглушенный первыми фразами. Я полюбил врага? И он отвечал взаимностью на мои чувства? Это все было добровольно, без принуждения? Не может быть… Это не может быть правдой… Невозможно… Но память, прахом проклятая память, не дает мне утонуть в иллюзиях, напоминая о снах, в которых…