— Ребенок кричит, — невнятно промямлил Мариуш, переворачиваясь и утыкаясь лицом в подушку.
38 мин, 13 сек 8265
Магда осторожно, чтобы не разбудить, поцеловала задремавшего сына в лоб.
— Это тебя папа целует, — сказала она и зевнула во весь рот.
Сильно хотелось спать, но Магда пообещала себе, что лучше ляжет сегодня раньше, особенно, если Мариуш опять не задержится до ночи. Она привела себя в порядок, переделала немногочисленные домашние дела и принялась собираться в цирк.
— Сташек, ты же не помешаешь маме отдохнуть сегодня? — проворковала она, укутывая сына. — Ты спи сладко и не просыпайся пока, все равно для тебя сейчас в цирке ничего интересного не будет, а вот когда подрастешь, я тебя свожу в цирк нормально…
Телефон в тишине квартиры грянул так неожиданно, что Магда дрогнула. В маленьком городке звонили друг другу редко, проще было добежать и сказать лично.
— Да? — неуверенно спросила она в трубку.
— Магдуся, привет! — услышала она голос подруги.
— Моничка? — удивилась Магда.
— Я на секунду буквально, — затараторила подруга, — новость радостная: Левандовская родила!
— Да что ты говоришь?! — расплылась в улыбке Магда. — Вот уж точно радостная новость!
— Мальчик, вес — три шестьсот, рост — пятьдесят, здоровый! — Моника сообщила об этом с такой гордостью, будто хвасталась собственным ребенком. — Я тут всех обзваниваю, самой Агнешке-то не до этого! Так что пока!
— Надо будет обязательно сходить к ней в гости! — быстро проговорила Магда. — Пока-пока.
Моника уже оборвала звонок. Магда постояла несколько секунд с трубкой в руке, улыбаясь своим мыслям, повесила ее на рычаг и продолжила сборы.
— Вот, Сташек, — сообщила она сыну, — у тебе теперь дружок есть. Подрастете — в школу одну пойдете. Так что не ругайтесь, не деритесь, общайтесь хорошо…
Погода на улице словно радовалась вместе с Магдой: солнце грело, но не припекало, а легкий ветерок освежал, но не морозил. До представления еще было достаточно времени, и Магда шла, не спеша, наслаждаясь чудесным днем. Сына она несла на руках, прижимая к груди, рассудив, что с коляской в цирке будет неудобно, а за столь короткое время устать она не успеет.
Яркий цирковой шатер встретил ее громкой, хоть и немного фальшивой музыкой, дребезжащей на верхних нотах. Музыкантов нигде не было видно, и Магда решила, что это что-то вроде музыкальной шкатулки, только очень большой и шумной.
Несколько людей в яркой цирковой одежде слонялись вокруг и громко кричали, предлагая до начала выступления окунуться в другие развлечения: купить сахарной ваты или леденцов, покататься на карусели или «всего за злотый» посмотреть на диких зверей в клетках. Магда повертела головой, но не увидела ничего, заслуживающего внимания. Сладкого ей не хотелось, смотреть на диких зверей, скучающих в маленьких клетках, тоже, о карусели и говорить не приходилось, поэтому она направилась прямо к шатру. Билеты проверял густо намазанный гримом клоун, и от его застывшей немного неровной улыбки Магда неожиданно для себя поежилась, так ей стало неуютно.
— Прекрасная пани! — поклонился ей клоун.
— День добрый, пан, — чуть наклонила голову Магда, проскальзывая в шатер.
Там уже было довольно людно, от детских голосов воздух, казалось, звенел. Магда заволновалась, наклонилась к Стаху, но сын на шум не обратил никакого внимания, продолжая сладко посапывать.
— По утрам бы ты так крепко спал, — вздохнула Магда.
Взрослых в зале почти не было, в будний день все были, конечно, заняты, и Магда почувствовала себя немного неуютно, возвышаясь среди маленьких детей, как аист посреди поля. Она удобно устроила сына у себя на коленях, и как раз вовремя — клоун на входе принялся зазывать посетителей скорее занять свои места, потому что представление вот-вот начнется. Магду захлестнуло совсем детское предчувствие чуда, она даже дыхание задержала.
Последние зрители спешно рассаживались по лавкам, свет приглушили, музыка заиграла громче, но теперь мелодия была другой, и на арене появилось трое клоунов. Они ловко кувыркались, прыгали с ног на руки и обратно, но иногда наступали друг другу на носы длинных ботинок, и тогда все кубарем летели в кучу-малу. Дети в зале заливисто хохотали и хлопали в ладоши, Магда тоже сдержанно поаплодировала.
Клоуны поклонились и убежали за сцену, а на арену вывели лошадей, и совсем юная, тощенькая и какая-то изможденная девочка показывала разные трюки: стояла на седле споро бегущей лошади сначала на двух ногах, потом на одной, затем встала на руки, но до того шатко и неуверенно, что Магда всерьез заволновалась, даже руку к лицу вскинула, но девочка устояла, улыбнулась вымученно и увела лошадей с арены. Магда хлопала ей очень громко и искренне — хотела морально поддержать милую девочку, пусть слышит, что ее усилия не пропали даром, и зрителям выступление очень понравилось.
Затем снова выступили клоуны-гимнасты — они долго выстраивались в живую пирамиду, а потом тот, что был сверху, нажал на свой красный нос, раздался резкий громкий звук, нижний клоун дернулся и пирамида рассыпалась. Детям представление вновь понравилось, а Магду оставило равнодушной.
— Это тебя папа целует, — сказала она и зевнула во весь рот.
Сильно хотелось спать, но Магда пообещала себе, что лучше ляжет сегодня раньше, особенно, если Мариуш опять не задержится до ночи. Она привела себя в порядок, переделала немногочисленные домашние дела и принялась собираться в цирк.
— Сташек, ты же не помешаешь маме отдохнуть сегодня? — проворковала она, укутывая сына. — Ты спи сладко и не просыпайся пока, все равно для тебя сейчас в цирке ничего интересного не будет, а вот когда подрастешь, я тебя свожу в цирк нормально…
Телефон в тишине квартиры грянул так неожиданно, что Магда дрогнула. В маленьком городке звонили друг другу редко, проще было добежать и сказать лично.
— Да? — неуверенно спросила она в трубку.
— Магдуся, привет! — услышала она голос подруги.
— Моничка? — удивилась Магда.
— Я на секунду буквально, — затараторила подруга, — новость радостная: Левандовская родила!
— Да что ты говоришь?! — расплылась в улыбке Магда. — Вот уж точно радостная новость!
— Мальчик, вес — три шестьсот, рост — пятьдесят, здоровый! — Моника сообщила об этом с такой гордостью, будто хвасталась собственным ребенком. — Я тут всех обзваниваю, самой Агнешке-то не до этого! Так что пока!
— Надо будет обязательно сходить к ней в гости! — быстро проговорила Магда. — Пока-пока.
Моника уже оборвала звонок. Магда постояла несколько секунд с трубкой в руке, улыбаясь своим мыслям, повесила ее на рычаг и продолжила сборы.
— Вот, Сташек, — сообщила она сыну, — у тебе теперь дружок есть. Подрастете — в школу одну пойдете. Так что не ругайтесь, не деритесь, общайтесь хорошо…
Погода на улице словно радовалась вместе с Магдой: солнце грело, но не припекало, а легкий ветерок освежал, но не морозил. До представления еще было достаточно времени, и Магда шла, не спеша, наслаждаясь чудесным днем. Сына она несла на руках, прижимая к груди, рассудив, что с коляской в цирке будет неудобно, а за столь короткое время устать она не успеет.
Яркий цирковой шатер встретил ее громкой, хоть и немного фальшивой музыкой, дребезжащей на верхних нотах. Музыкантов нигде не было видно, и Магда решила, что это что-то вроде музыкальной шкатулки, только очень большой и шумной.
Несколько людей в яркой цирковой одежде слонялись вокруг и громко кричали, предлагая до начала выступления окунуться в другие развлечения: купить сахарной ваты или леденцов, покататься на карусели или «всего за злотый» посмотреть на диких зверей в клетках. Магда повертела головой, но не увидела ничего, заслуживающего внимания. Сладкого ей не хотелось, смотреть на диких зверей, скучающих в маленьких клетках, тоже, о карусели и говорить не приходилось, поэтому она направилась прямо к шатру. Билеты проверял густо намазанный гримом клоун, и от его застывшей немного неровной улыбки Магда неожиданно для себя поежилась, так ей стало неуютно.
— Прекрасная пани! — поклонился ей клоун.
— День добрый, пан, — чуть наклонила голову Магда, проскальзывая в шатер.
Там уже было довольно людно, от детских голосов воздух, казалось, звенел. Магда заволновалась, наклонилась к Стаху, но сын на шум не обратил никакого внимания, продолжая сладко посапывать.
— По утрам бы ты так крепко спал, — вздохнула Магда.
Взрослых в зале почти не было, в будний день все были, конечно, заняты, и Магда почувствовала себя немного неуютно, возвышаясь среди маленьких детей, как аист посреди поля. Она удобно устроила сына у себя на коленях, и как раз вовремя — клоун на входе принялся зазывать посетителей скорее занять свои места, потому что представление вот-вот начнется. Магду захлестнуло совсем детское предчувствие чуда, она даже дыхание задержала.
Последние зрители спешно рассаживались по лавкам, свет приглушили, музыка заиграла громче, но теперь мелодия была другой, и на арене появилось трое клоунов. Они ловко кувыркались, прыгали с ног на руки и обратно, но иногда наступали друг другу на носы длинных ботинок, и тогда все кубарем летели в кучу-малу. Дети в зале заливисто хохотали и хлопали в ладоши, Магда тоже сдержанно поаплодировала.
Клоуны поклонились и убежали за сцену, а на арену вывели лошадей, и совсем юная, тощенькая и какая-то изможденная девочка показывала разные трюки: стояла на седле споро бегущей лошади сначала на двух ногах, потом на одной, затем встала на руки, но до того шатко и неуверенно, что Магда всерьез заволновалась, даже руку к лицу вскинула, но девочка устояла, улыбнулась вымученно и увела лошадей с арены. Магда хлопала ей очень громко и искренне — хотела морально поддержать милую девочку, пусть слышит, что ее усилия не пропали даром, и зрителям выступление очень понравилось.
Затем снова выступили клоуны-гимнасты — они долго выстраивались в живую пирамиду, а потом тот, что был сверху, нажал на свой красный нос, раздался резкий громкий звук, нижний клоун дернулся и пирамида рассыпалась. Детям представление вновь понравилось, а Магду оставило равнодушной.
Страница 6 из 11
