У Джеффа никогда не было много хороших качеств, но он гордился теми, которые были. У него было много фобий, и он пытался избавляться от большей части. У него было много предрассудков, которые не давали ему жить спокойно. А еще у него были нервы, которые пришлось отдать, как только в радиусе восьми метров появился Джек, решивший, что пора лишить Вудса и хороших качеств, и фобий, и на всякий случай девственности.
124 мин, 21 сек 21109
Джефф смотрел на его спину, широкие плечи и позвоночник, выпирающий над воротом рубашки, и все ждал каких-то пояснений. Буквально через какое-то время он так и уснул, закутанный в одеяло, забывая и про громовые раскаты и про больницу, на кровати которой не мог заснуть ранее, и перед самой границей сна лишь убедился, что Джек все же поцеловал его тогда в шею, все те же сухие губы.
На этот раз всю ночь не спал Джек, но это уже другая история.
Джека перестали пичкать лекарствами, позволяя ему быть в сознании, в основном для общения.
Вудс не понимал, что за «идеальный» доктор работает в этой больнице. За все время тот не разу не пришел навестить нового больного.
Джек говорил, что не помнит, как он выглядит.
Дело обстояло так, что повязка на голове Джека оказалась от удара. Странно, что он не забыл все: его накачали лекарствами, вели по лестнице и он упал. Вот и вся история, которую каннибал цитировал каждый раз при вопросе о «лечении» и докторе.
Спустя еще день, видя, как парень спокойно жует рядом с брюнетом, который делал одолжение и впихивал кое-что из еды своему «новому» другу, пока санитар Джека отходил. Им разрешили обедать за одним столиком самостоятельно, но под пристальным взором врачей. На самом деле это был скорее эксперимент, чем доверие. Так по крайней мере говорила Люси. Правда на прогулке ему все равно застегивали рубашку, ведь на улице могло произойти все, что угодно. По факту, было тупо решено оставить их в покое на время.
Остальные больные тоже стали активно общаться с Вудсом, найдя в нем некое утешение. Видели в нем спасение от своих страхов, хотя тот беспечно их не замечал. Разве что особо ненормальных, что прилипали к нему как мухи, он прямым текстом отгонял от себя, но это было не на долго.
Все это выглядело странно, как не посмотри, но видимо, понимание того, что убийца, который некоторое время назад был готов поубивать всех в этом месте, вдруг спокойно кушает развязанный и мирный, благодаря Джеффу. Это поселило в головах больных некий стереотип о способностях Вудса. Без понятия, кем они его считали: гипнотизером, отличным психологом, может даже экстрасенсом каким-нибудь или магом? Но он вызывал лишь одно желание: «помоги».
Джеку до сих пор вкалывали малые дозы по ночам, поэтому пришлось отложить побег еще на пару дней, пока все не утихнет. Тому было плевать, он не чувствовал изменений, значит беспокоиться было не о чем. Хотя, на деле Джек очень изменился: перестал агрессивно рычать на всех подряд, не было уже сарказма в голосе, с Вудсом он вел себя довольно любезно и мягко, как не вел себя никогда.
Доктора отказывали Джеку в том, чтобы глянуть, что находится под повязкой, но именно брюнета Джек пугал этими своими новыми чертами характера. Тот не зажимал его больше по углам, только мило улыбался. Иногда просил взять его за руку или, как раньше, клал голову ему на плечо, утыкаясь в него носом. Отказывать такому Джеку не позволял какой-то один из внутренних голосов, так что Вудс терпел.
Когда даже самые буйные и крикливые больные стали тише воды, ниже травы, Джеффом заинтересовалось управление больницы. Люси заверяла, будто это хорошо и что возможно доктор займется им лично. В крайнем случае даст Вудсу шанс контактировать с внешним миром. Это не было хорошей новостью.
Джек судрожно тряс его за плечи, чуть ли не крича: «Я чувствую, что произойдет что-то плохое!», но брюнет надеялся, что это не так.
И чем интересоваться-то? Он всего лишь не бунтует против управления и лечения, пусть и псевдо. Так в чем дело?
Еще день и вот в тихий час, приходит медсестра, с таким странным, чуть окаменевшим, лицом. Будто бы не знает Джеффа, никогда не работала с ним и не улыбалась раньше. Парень заподозрил что-то неладное. Ведь, так не бывает.
— Тебя ждет доктор Мюллер. Он хочет с тобой поговорить, — Джефф сначала не понял, почему он не придет к нему в палату сам, как должны делать все врачи и с чего вдруг соизволил с ним говорить? Мало того, что вообще случилось?
Из-за пасмурной погоды в коридорах было почти ничего не видно. Они проходили по длинным коридорам, спускались по лестнице все ниже и ниже, как будто в здании не шесть этажей, а целых восемьдесят шесть. Становилось все темнее и темнее, коридоры стали освещаться лампами из-за отсутствия окон. Двери становились все более обшарпанными и старыми. Хотя Вудс помнил, что находилось на первом этаже, они явно где-то в другом месте.
На этот раз всю ночь не спал Джек, но это уже другая история.
«Страх четвертый. Фармакофобия»
Прошло четыре дня, за которые Вудс успел избавиться от страха к больнице. Он смотрел на стены уже спокойно, как полагалось, а еще благополучно спал, как у себя, так и у Джека. Хотя к Безглазому он ходил всего раз, после того случая, волнуясь о том, что медсестра что-то заподозрит.Джека перестали пичкать лекарствами, позволяя ему быть в сознании, в основном для общения.
Вудс не понимал, что за «идеальный» доктор работает в этой больнице. За все время тот не разу не пришел навестить нового больного.
Джек говорил, что не помнит, как он выглядит.
Дело обстояло так, что повязка на голове Джека оказалась от удара. Странно, что он не забыл все: его накачали лекарствами, вели по лестнице и он упал. Вот и вся история, которую каннибал цитировал каждый раз при вопросе о «лечении» и докторе.
Спустя еще день, видя, как парень спокойно жует рядом с брюнетом, который делал одолжение и впихивал кое-что из еды своему «новому» другу, пока санитар Джека отходил. Им разрешили обедать за одним столиком самостоятельно, но под пристальным взором врачей. На самом деле это был скорее эксперимент, чем доверие. Так по крайней мере говорила Люси. Правда на прогулке ему все равно застегивали рубашку, ведь на улице могло произойти все, что угодно. По факту, было тупо решено оставить их в покое на время.
Остальные больные тоже стали активно общаться с Вудсом, найдя в нем некое утешение. Видели в нем спасение от своих страхов, хотя тот беспечно их не замечал. Разве что особо ненормальных, что прилипали к нему как мухи, он прямым текстом отгонял от себя, но это было не на долго.
Все это выглядело странно, как не посмотри, но видимо, понимание того, что убийца, который некоторое время назад был готов поубивать всех в этом месте, вдруг спокойно кушает развязанный и мирный, благодаря Джеффу. Это поселило в головах больных некий стереотип о способностях Вудса. Без понятия, кем они его считали: гипнотизером, отличным психологом, может даже экстрасенсом каким-нибудь или магом? Но он вызывал лишь одно желание: «помоги».
Джеку до сих пор вкалывали малые дозы по ночам, поэтому пришлось отложить побег еще на пару дней, пока все не утихнет. Тому было плевать, он не чувствовал изменений, значит беспокоиться было не о чем. Хотя, на деле Джек очень изменился: перестал агрессивно рычать на всех подряд, не было уже сарказма в голосе, с Вудсом он вел себя довольно любезно и мягко, как не вел себя никогда.
Доктора отказывали Джеку в том, чтобы глянуть, что находится под повязкой, но именно брюнета Джек пугал этими своими новыми чертами характера. Тот не зажимал его больше по углам, только мило улыбался. Иногда просил взять его за руку или, как раньше, клал голову ему на плечо, утыкаясь в него носом. Отказывать такому Джеку не позволял какой-то один из внутренних голосов, так что Вудс терпел.
Когда даже самые буйные и крикливые больные стали тише воды, ниже травы, Джеффом заинтересовалось управление больницы. Люси заверяла, будто это хорошо и что возможно доктор займется им лично. В крайнем случае даст Вудсу шанс контактировать с внешним миром. Это не было хорошей новостью.
Джек судрожно тряс его за плечи, чуть ли не крича: «Я чувствую, что произойдет что-то плохое!», но брюнет надеялся, что это не так.
И чем интересоваться-то? Он всего лишь не бунтует против управления и лечения, пусть и псевдо. Так в чем дело?
Еще день и вот в тихий час, приходит медсестра, с таким странным, чуть окаменевшим, лицом. Будто бы не знает Джеффа, никогда не работала с ним и не улыбалась раньше. Парень заподозрил что-то неладное. Ведь, так не бывает.
— Тебя ждет доктор Мюллер. Он хочет с тобой поговорить, — Джефф сначала не понял, почему он не придет к нему в палату сам, как должны делать все врачи и с чего вдруг соизволил с ним говорить? Мало того, что вообще случилось?
Из-за пасмурной погоды в коридорах было почти ничего не видно. Они проходили по длинным коридорам, спускались по лестнице все ниже и ниже, как будто в здании не шесть этажей, а целых восемьдесят шесть. Становилось все темнее и темнее, коридоры стали освещаться лампами из-за отсутствия окон. Двери становились все более обшарпанными и старыми. Хотя Вудс помнил, что находилось на первом этаже, они явно где-то в другом месте.
Страница 23 из 32
