Симби и Сатир Тёмных джунглей

Объяснивши Симби, как поступить, гном протянул ей джу-джу в порошке, погладил по голове и сразу исчез, а Симби почувствовала себя здоровой, потому что все раны от смертных побоев мгновенно исчезли и она исцелилась.

Когда настал ровно час пополуночи, Симби услышала безутешный плач, и это рыдали королевские родичи. Она спросила у прохожего родича, почему во дворце раздаются рыданья, и тот сказал ей, заливаясь слезами, что их принцесса приказала им долго жить, а сама неожиданно для всех умерла.

— И долго она болела? — спокойно спросила Симби.

— Да она не болела, — рыдая, ответил родич.

— Ну так вот, если король принесет мне голову охотника, который вдобавок еще и предатель, я сумею пробудить принцессу к жизни, потому что обладаю особой животворной силой.

— В самом деле? — заинтересовался заплаканный родич.

— Без всяких сомнений, — ответила Симби.

Как только родич прибежал к королю, он поведал ему, что услышал от Симби. И король торопливо выбежал из дворца. Он выбежал из дворца и бросился к Симби, и она подтвердила недавно сказанное. Король, не мешкая, развязал веревку и взял ее (Симби) за левую руку и с нежной надеждой ввел ее в комнату, где лежала готовая к погребению принцесса.

Король повелел придворному управителю напечатать, и как можно быстрей, объявление с указом, что «ТРЕБУЕТСЯ ГОЛОВА ОХОТНИКА!», а когда объявление было напечатано, его порасклеили на всех деревьях и стенах домов во множестве экземпляров.

И вот не позднее чем через час после расклейки некий человек из жителей города пришел к королю и напомнил про охотника, доложившего, где лежат королевские драгоценности.

Услышавши об охотнике и вдобавок предателе, король приказал четырем своим стражникам, чтоб они доставили его голову во дворец. Симби замесила на крови охотника гномовы животворные джу-джу в порошке. И едва она приложила свой кровавый замес к обоим глазам умершей принцессы, та, на диво всей семье короля, пробудилась от смерти и встала из гроба.

Восхищенный прекрасным достижением Симби, король благодарно отпустил ее на свободу. И она, радостная, вернулась к старушке.

Охотник думал, что предает Симби, но предал смерти себя самого.

Бако, двойняшка своей сестры по-сиамски, превращается в петуха, но гораздо больше

А беженки вольготно радовались жизни, забывши про все свои лишения в прошлом.

Но Бако, двойняшка своей сестры по-сиамски, без устали воровала у жителей города баранов, коз, петухов и проч. Беженки убеждали ее перестать, но она не желала их слушать и говорила, что ее сиамская двойняшка-сестра делает то же самое у них в деревне. Горожане видели убыль своих животных, а почему они убывают, понять не могли.

Между тем у старушки, где жили беженки, была одна курица с шестью цыплятами, и Бако внимательно следила за курицей, решивши во что бы то ни стало украсть ее.

И вот, когда Симби вернулась к старушке, отпущенная на волю за оживленье принцессы, а сама старушка куда-то ушла, Бако пробралась в тот угол двора, где курица разгребала когтями землю в поисках пищи для себя и цыплят. Она огляделась, нет ли кого поблизости. А когда увидела, что никого вокруг нет, высыпала на землю горсть зерен — дорожкой: от курицы, через двор и потом к себе в комнату. Курица жадно набросилась на зерна и стала их склевывать по дорожке к дому, а Бако, приметивши, что курица приближается, спряталась у себя за распахнутой дверью.

Как только курица с шестью цыплятами незамеченно оказалась у Бако в комнате, Бако тихонько призакрыла дверь. А потом быстренько придушила весь выводок, изжарила в очаге и спрятала в шкаф — чтобы полакомиться курятиной среди ночи. Ну и, конечно же, никто не увидел, как она учиняла свой воровской умысел.

Часа через два старушка вернулась — оттуда, куда она зачем-то ходила. Она вернулась и заметила из окна, что курицы с цыплятами возле дома нет, а сама уже села у окна на стул, и хотя вставать ей всегда было трудно, она все же встала и вышла из дома и отправилась по округе на поиски курицы, но найти ее, конечно же, нигде не смогла. И поэтому удрученно воззвала к соседям:

— Если моя курица с шестью цыплятами появится у вас, то, пожалуйста, скажите мне, и я приду, чтоб ее забрать!

Но никто из людей не откликнулся на воззвание, потому что ни многоцветные соседи, ни беженки — кроме, разумеется, воровки Бако — не знали, где спрятана старушкина курица. А Бако, которая уже вышла во двор, бесстыдно следила, как ковыляет старушка — торопливо, но медленно — из дома в дом. И она даже вслух сочувствовала старушке, будто не сама украла у нее курицу, и даже ругала мнимого вора:

— Пусть покарает нещадное мщение и горькая скорбь того бессовестного человека, который украл у тебя, хотя видел, какая ты ветхая и престарелая, курицу с цыплятами — твое единственное пропитание!

Наконец, уверившись, что курица и цыплята бесследно исчезли или были украдены, старушка выкрикнула проклятие вору: