Когда человек грешит — с неба падают слезы…
76 мин, 24 сек 3337
Колесо налетело на булыжник, повозка перевернулась, брезент распоролся, и из расширяющейся дыры посыпалось содержимое. Оно также горело. Человек с поэтическим воображением сравнил бы эту картину с какой-нибудь самкой мифического огненного зверя, выплевывающей из вульвы огненных детенышей. Но склад ума Вика был далеко не поэтическим. Ему вспомнились туннель и самка радиоактивного каракурта. И те слова, которые родились в его голове, были далеки от тех, которые принято записывать…
Обезумевшее от боли животное оборвало свои страдания, напоровшись на арматурные штыри. Сделало оно это сознательно? Никогда нам не узнать… По инерции повозка накрыла полыхающую тушу. Какое-то время костер горел ровно, даже принялся угасать, но внезапно раздался взрыв. Было бы наивно полагать, что в повозке хранилась лишь одна бутылка с зажигательной смесью.
Казалось, вырвавшееся пламя устремилось к небу в дерзкой попытке лизнуть сгущающиеся облака. Вик ощутил его жар.
Недавние просветы в небе вмиг затянулись. Стало еще темнее и мрачнее. Словно сама природа взбунтовалась, не желая наблюдать глупую, непотребную смерть!
Это к дождю…
В свете разгоравшегося костра появился Лен. Он шел молча, таща за спиной школьный ранец; остановился возле навала обрушенного дома и посмотрел в сторону укрытия бывшего товарища.
Сердце Вика стянуло шипастым обручем страха.
— Что ж, дружок, выходи уже, нет смысла больше прятаться! — вырвался приглушенный крик сквозь фильтрующую коробку противогаза.
Эта команда сработала, как заклинание. Всем естеством Вик хотел остаться в укрытии. Все его мысли и мольбы были о том, чтобы остаться незамеченным. Ведь его просто могли брать на понт. Но тело не послушалось разума. Ноги сами подняли его и понесли к гибели. И даже боль раны в боку не смогла остановить их.
Лен?
Был ли это Лен?
Языки огня танцевали в глазных стеклах противогаза.
— Я знал, что мы встретимся рано или поздно, — сказало существо сквозь фильтрующую коробку.
— Грыцько, Зик? — Вытекло изо рта Вика.
— У меня много имен…
— И они все ненастоящие? Придуманные?
— Да.
— И Лен — тоже?
— Это имя самое близкое к моему настоящему, — кивнуло существо. Сейчас в его руке угрожающе покачивалась тыкалка для скота.
— Ты собираешься убить меня? — вздохнул Вик. — Чтобы перед смертью я ощутил себя еще большим ничтожеством, чем я есть?
— Ты действительно такой идиот или придуриваешься?
— Видимо, действительно.
В костре что-то стрельнуло, и пламя вновь вознеслось к сгустившимся тучам. Вик еще никогда не видел такого насыщенного буро-зеленого отлива в небе. Это конец…
— Если бы я хотела твоей смерти, то, поверь мне, ты давно был бы мертв.
— Зачем ты убил их, Лен? Зачем ты спалил тележку? Там ведь столько добра было. Хватило бы и тебе и мне. Зачем?
— Посмотри на эти тучи, Вик, посмотри внимательно. Ты ведь знаешь, что скоро начнется? — проигнорировало вопросы существо в противогазе.
— Дождь… — обреченно выдохнул Вик.
— Будет не просто дождь. Будет ливень. Он продлится несколько дней, недель, а может, и месяцев…
— Вот почему ты убил их?
— Нет. У меня были на это свои причины.
— Тогда убей и меня. И… себя… Вряд ли кто-нибудь уцелеет…
— Помнишь, я хотел рассказать тебе свой секрет, когда мы лежали на полу склада, связанные двухголовыми уродцами?
— Много времени прошло, не припомню.
— Иди за мной.
Вик вновь повиновался. Словно его тело подчинялось только словам, магическим способом сочившимся сквозь фильтрующую коробку.
Лен двигался прогулочным шагом, чтобы раненому было нетрудно поспевать за ним. Они молча прошли мимо обуглившихся тел торговца и рыжебородого; свернули за поворот.
В сумраке виднелась небольшая насыпь.
— Чтоб я сдох, это же кротовья нора! — поделился наблюдением Вик.
— Да, она самая.
— Пошли отсюда! — Вик совладал со своим телом. Остановился. — И как можно быстрее.
— Куда? — удивился Лен.
— Домой… — не очень уверенно предложил Вик.
— Но ведь там наш дом, — простодушно возразил Лен и указал пальцем на кротовью нору.
— Там? Там крот! Там смерть! СМЕРТЬ! — затрясся в истерике Вик.
— Идиот, — холодно отрезал Лен и дал собеседнику успокаивающую пощечину. — Кроты — наши союзники.
— Кроты — наши убийцы! — не успокаивался Вик.
— Ох, как с тобой сложно! — топнул ногой Лен. — Повторяю для особо одаренных: кроты — наши союзники.
— Они щелкают людей, как псевдовороны — трупные личинки.
— Ну да, вообще-то, но только тех, кто не знает секрета, — пожал плечами Лен. — Ты идешь или под дождь попасть хочешь?
— Лучше под дождь, чем в щупальца крота, — уперся Вик.
— Как знаешь. Счастливо оставаться.
Лен направился к кротовой норе. И — о ужас! — помахав на прощание Вику тыкалкой для скота, спустился вниз!
— Ох, черт, чтоб тебя, самоубийца хренов, идиот, дегенерат! — вспылил Вик. — Ах, — рана дала о себе знать особенно остро. — Ну и дурак, Лен, вернись, кретин!
Но Лен не вернулся.
Обезумевшее от боли животное оборвало свои страдания, напоровшись на арматурные штыри. Сделало оно это сознательно? Никогда нам не узнать… По инерции повозка накрыла полыхающую тушу. Какое-то время костер горел ровно, даже принялся угасать, но внезапно раздался взрыв. Было бы наивно полагать, что в повозке хранилась лишь одна бутылка с зажигательной смесью.
Казалось, вырвавшееся пламя устремилось к небу в дерзкой попытке лизнуть сгущающиеся облака. Вик ощутил его жар.
Недавние просветы в небе вмиг затянулись. Стало еще темнее и мрачнее. Словно сама природа взбунтовалась, не желая наблюдать глупую, непотребную смерть!
Это к дождю…
В свете разгоравшегося костра появился Лен. Он шел молча, таща за спиной школьный ранец; остановился возле навала обрушенного дома и посмотрел в сторону укрытия бывшего товарища.
Сердце Вика стянуло шипастым обручем страха.
— Что ж, дружок, выходи уже, нет смысла больше прятаться! — вырвался приглушенный крик сквозь фильтрующую коробку противогаза.
Эта команда сработала, как заклинание. Всем естеством Вик хотел остаться в укрытии. Все его мысли и мольбы были о том, чтобы остаться незамеченным. Ведь его просто могли брать на понт. Но тело не послушалось разума. Ноги сами подняли его и понесли к гибели. И даже боль раны в боку не смогла остановить их.
Лен?
Был ли это Лен?
Языки огня танцевали в глазных стеклах противогаза.
— Я знал, что мы встретимся рано или поздно, — сказало существо сквозь фильтрующую коробку.
— Грыцько, Зик? — Вытекло изо рта Вика.
— У меня много имен…
— И они все ненастоящие? Придуманные?
— Да.
— И Лен — тоже?
— Это имя самое близкое к моему настоящему, — кивнуло существо. Сейчас в его руке угрожающе покачивалась тыкалка для скота.
— Ты собираешься убить меня? — вздохнул Вик. — Чтобы перед смертью я ощутил себя еще большим ничтожеством, чем я есть?
— Ты действительно такой идиот или придуриваешься?
— Видимо, действительно.
В костре что-то стрельнуло, и пламя вновь вознеслось к сгустившимся тучам. Вик еще никогда не видел такого насыщенного буро-зеленого отлива в небе. Это конец…
— Если бы я хотела твоей смерти, то, поверь мне, ты давно был бы мертв.
— Зачем ты убил их, Лен? Зачем ты спалил тележку? Там ведь столько добра было. Хватило бы и тебе и мне. Зачем?
— Посмотри на эти тучи, Вик, посмотри внимательно. Ты ведь знаешь, что скоро начнется? — проигнорировало вопросы существо в противогазе.
— Дождь… — обреченно выдохнул Вик.
— Будет не просто дождь. Будет ливень. Он продлится несколько дней, недель, а может, и месяцев…
— Вот почему ты убил их?
— Нет. У меня были на это свои причины.
— Тогда убей и меня. И… себя… Вряд ли кто-нибудь уцелеет…
— Помнишь, я хотел рассказать тебе свой секрет, когда мы лежали на полу склада, связанные двухголовыми уродцами?
— Много времени прошло, не припомню.
— Иди за мной.
Вик вновь повиновался. Словно его тело подчинялось только словам, магическим способом сочившимся сквозь фильтрующую коробку.
Лен двигался прогулочным шагом, чтобы раненому было нетрудно поспевать за ним. Они молча прошли мимо обуглившихся тел торговца и рыжебородого; свернули за поворот.
В сумраке виднелась небольшая насыпь.
— Чтоб я сдох, это же кротовья нора! — поделился наблюдением Вик.
— Да, она самая.
— Пошли отсюда! — Вик совладал со своим телом. Остановился. — И как можно быстрее.
— Куда? — удивился Лен.
— Домой… — не очень уверенно предложил Вик.
— Но ведь там наш дом, — простодушно возразил Лен и указал пальцем на кротовью нору.
— Там? Там крот! Там смерть! СМЕРТЬ! — затрясся в истерике Вик.
— Идиот, — холодно отрезал Лен и дал собеседнику успокаивающую пощечину. — Кроты — наши союзники.
— Кроты — наши убийцы! — не успокаивался Вик.
— Ох, как с тобой сложно! — топнул ногой Лен. — Повторяю для особо одаренных: кроты — наши союзники.
— Они щелкают людей, как псевдовороны — трупные личинки.
— Ну да, вообще-то, но только тех, кто не знает секрета, — пожал плечами Лен. — Ты идешь или под дождь попасть хочешь?
— Лучше под дождь, чем в щупальца крота, — уперся Вик.
— Как знаешь. Счастливо оставаться.
Лен направился к кротовой норе. И — о ужас! — помахав на прощание Вику тыкалкой для скота, спустился вниз!
— Ох, черт, чтоб тебя, самоубийца хренов, идиот, дегенерат! — вспылил Вик. — Ах, — рана дала о себе знать особенно остро. — Ну и дурак, Лен, вернись, кретин!
Но Лен не вернулся.
Страница 16 из 22
