Кондиционер не выдержал сражения с полуденным зноем и, надсадно чихнув, умер. В салоне «хонды» тут же стало нечем дышать.
21 мин, 19 сек 11953
— Вики, нам до отеля ещё ехать и ехать, — прозрачно намекнул он.
— Не будь занудой, Брай! — Вики нагнула ветку ближайшей шелковицы и тут же нарвала полные ладошки спелых, чёрных ягод.
— Вкусно же, Брай! С детства её обожаю.
— Ага, — пробормотал Брайан.
Он так и не рассказал жене о конфликте со стариком-японцем, поэтому она недоумевала почему её муж ходит мрачнее тучи.
— Может прогуляемся по лесу?
— А машина?
— Да что с ней станется? — Вики схватила его за руку и потащила в шелковичную рощу.
Оранжевое солнце пронзало подлесок жаркими лучами, падающими на землю тысячей крошечных солнечных зайчиков. Под ногами хрустели ветки и лопались опавшие ягоды — всюду пахло шелковичным соком.
Через несколько минут блуждания по лесу их глазам открылась полянка — крошечный травянистый островок, залитый солнечным светом. В траве стрекотали кузнечики.
— Разве не чудо? — Вики обняла мужа и поцеловала его в висок, — Какая красота, Брай!
Её рука опустилась ниже — на его мускулистую грудь. Забралась под футболку.
— Хочу тебя, — прошептали её губы, ставшие фиолетовыми от съеденных ягод.
— Хочу тебя здесь и сейчас.
Брайану стало не по себе. Последние пять минут его не отпускало чувство, будто за ними кто-то следит. Это ощущение преследовало его, как наваждение.
— Может не надо? Вики?
Но сопротивляться желанию было уже поздно. Вики прижалась к нему всем телом, потом соскользнула ниже. Брайан ощутил её горячее дыхание чуть ниже живота.
— Вики! — умоляюще произнёс он, чувствуя что не в силах сдерживать одолевающее его возбуждение.
— Ну не ломайся, Брай!
Чувство, что за ними следят лишь усилилось — это было последнее что успел ощутить Брайан, прежде чем его организм сдался, и он повалил жену на тёплую траву и отдался возбуждению без остатка.
Обессиленные, они лежали на мягком зелёном ковре, чувствуя как слабый ветерок холодит их мокрую от пота кожу. Брайан глубоко дышал, рассматривая несущиеся по небу облака, подкрашенные золотом и багрянцем. Он слушал соловьиные трели.
Вики лежала рядом, прильнув к нему, и тоже смотрела на небо. Она сорвала с травяного ковра большой колосок и теперь легонько покусывала его стебель — одними губами.
«Только за закрытой дверью, и только когда никто не видит. Иначе тебя накажет Оками» — не к месту вспомнилась фраза.
Брайан приподнялся на локтях. Старое чувство паранойи вернулось, приумножилось. За ними кто-то следит. Кто-то невидимый прятался в чаще, Брайан кожей чувствовал чужой взгляд.
Только сейчас он осознал, что соловьи давно умолкли.
Вики потянула его за рукав.
— Брай, там кто-то стоит.
Он обернулся.
На противоположном краю поляны и правда стояла девушка. Худенькая и миниатюрная, как и все японки. На вид — не больше двадцати. Чёрные волосы заплетены в аккуратный хвостик, контуры тела скрыты белым кимоно… Брайан вскочил на ноги, в голову тут же ударила кровь, отчего у него зашумело в ушах. Вики тоже поднялась, неловко поправляя юбку и стряхивая с одежды прилипшие травинки. Покраснела:
— Неудобно получилось.
— Бежим отсюда, — выдавил из себя ошеломлённый Брайан.
Вики взглянула на его встревоженное лицо, напряглась. Пока ещё не понимая в чём дело, она мгновенно заразилась страхом от своего мужа:
— Брай, ты чего? Это всего лишь девчонка.
Внезапно со стороны девушки подул ветер: свободно висящее кимоно хлопнуло, как могло бы хлопнуть трепещущее на флагштоке знамя. Поток воздуха крошечным травяным цунами пронёсся по поляне и пахнул в лицо американцам.
Брайана едва не стошнило: ветер вонял. Вонял… старостью, ветхостью, гнилью. Вонял запертым подвалом и протухшей водой. Вскрытой могилой.
Нервы сжались в тугой комок.
Девушка шагнула из-под сени деревьев на зелёный луг. Брайан, словно зачарованный, смотрел как под её поступью вянет и высыхает доселе сочная трава.
— Бежим! — завизжала Вики.
Но Брайан медлил — он словно провалился в ночной кошмар, когда бежишь, бежишь, ноги вязнут в густом воздухе, а таинственное и тёмное нечто настигает семимильными шагами. Оборачиваться нельзя, но Брайан всё равно обернулся — как раз вовремя, чтобы увидеть как расплывчатый, словно смазанный образ девушки просачивается через ствол молодого шелковичного дерева. Последнее тут же затрещало, пожелтело и скрючилось, листья пожухли, ягоды чёрным градом посыпались на землю.
Брайан почувствовал, как на затылке у него шевелятся волосы. Сознание едва-едва удерживалось в теле.
— Быстрее, Брай!
Вики, которая вырвалась вперёд, уже стояла у опушки и ждала замешкавшегося мужа, ломая локти от бессилья.
— В машину! — рявкнул вышедший из ступора Брайан, судорожно вспоминая куда сунул ключи от «хонды».
Позади раздался треск — видимо Оками состарила и умертвила ещё одну шелковицу.
— Не будь занудой, Брай! — Вики нагнула ветку ближайшей шелковицы и тут же нарвала полные ладошки спелых, чёрных ягод.
— Вкусно же, Брай! С детства её обожаю.
— Ага, — пробормотал Брайан.
Он так и не рассказал жене о конфликте со стариком-японцем, поэтому она недоумевала почему её муж ходит мрачнее тучи.
— Может прогуляемся по лесу?
— А машина?
— Да что с ней станется? — Вики схватила его за руку и потащила в шелковичную рощу.
Оранжевое солнце пронзало подлесок жаркими лучами, падающими на землю тысячей крошечных солнечных зайчиков. Под ногами хрустели ветки и лопались опавшие ягоды — всюду пахло шелковичным соком.
Через несколько минут блуждания по лесу их глазам открылась полянка — крошечный травянистый островок, залитый солнечным светом. В траве стрекотали кузнечики.
— Разве не чудо? — Вики обняла мужа и поцеловала его в висок, — Какая красота, Брай!
Её рука опустилась ниже — на его мускулистую грудь. Забралась под футболку.
— Хочу тебя, — прошептали её губы, ставшие фиолетовыми от съеденных ягод.
— Хочу тебя здесь и сейчас.
Брайану стало не по себе. Последние пять минут его не отпускало чувство, будто за ними кто-то следит. Это ощущение преследовало его, как наваждение.
— Может не надо? Вики?
Но сопротивляться желанию было уже поздно. Вики прижалась к нему всем телом, потом соскользнула ниже. Брайан ощутил её горячее дыхание чуть ниже живота.
— Вики! — умоляюще произнёс он, чувствуя что не в силах сдерживать одолевающее его возбуждение.
— Ну не ломайся, Брай!
Чувство, что за ними следят лишь усилилось — это было последнее что успел ощутить Брайан, прежде чем его организм сдался, и он повалил жену на тёплую траву и отдался возбуждению без остатка.
Обессиленные, они лежали на мягком зелёном ковре, чувствуя как слабый ветерок холодит их мокрую от пота кожу. Брайан глубоко дышал, рассматривая несущиеся по небу облака, подкрашенные золотом и багрянцем. Он слушал соловьиные трели.
Вики лежала рядом, прильнув к нему, и тоже смотрела на небо. Она сорвала с травяного ковра большой колосок и теперь легонько покусывала его стебель — одними губами.
«Только за закрытой дверью, и только когда никто не видит. Иначе тебя накажет Оками» — не к месту вспомнилась фраза.
Брайан приподнялся на локтях. Старое чувство паранойи вернулось, приумножилось. За ними кто-то следит. Кто-то невидимый прятался в чаще, Брайан кожей чувствовал чужой взгляд.
Только сейчас он осознал, что соловьи давно умолкли.
Вики потянула его за рукав.
— Брай, там кто-то стоит.
Он обернулся.
На противоположном краю поляны и правда стояла девушка. Худенькая и миниатюрная, как и все японки. На вид — не больше двадцати. Чёрные волосы заплетены в аккуратный хвостик, контуры тела скрыты белым кимоно… Брайан вскочил на ноги, в голову тут же ударила кровь, отчего у него зашумело в ушах. Вики тоже поднялась, неловко поправляя юбку и стряхивая с одежды прилипшие травинки. Покраснела:
— Неудобно получилось.
— Бежим отсюда, — выдавил из себя ошеломлённый Брайан.
Вики взглянула на его встревоженное лицо, напряглась. Пока ещё не понимая в чём дело, она мгновенно заразилась страхом от своего мужа:
— Брай, ты чего? Это всего лишь девчонка.
Внезапно со стороны девушки подул ветер: свободно висящее кимоно хлопнуло, как могло бы хлопнуть трепещущее на флагштоке знамя. Поток воздуха крошечным травяным цунами пронёсся по поляне и пахнул в лицо американцам.
Брайана едва не стошнило: ветер вонял. Вонял… старостью, ветхостью, гнилью. Вонял запертым подвалом и протухшей водой. Вскрытой могилой.
Нервы сжались в тугой комок.
Девушка шагнула из-под сени деревьев на зелёный луг. Брайан, словно зачарованный, смотрел как под её поступью вянет и высыхает доселе сочная трава.
— Бежим! — завизжала Вики.
Но Брайан медлил — он словно провалился в ночной кошмар, когда бежишь, бежишь, ноги вязнут в густом воздухе, а таинственное и тёмное нечто настигает семимильными шагами. Оборачиваться нельзя, но Брайан всё равно обернулся — как раз вовремя, чтобы увидеть как расплывчатый, словно смазанный образ девушки просачивается через ствол молодого шелковичного дерева. Последнее тут же затрещало, пожелтело и скрючилось, листья пожухли, ягоды чёрным градом посыпались на землю.
Брайан почувствовал, как на затылке у него шевелятся волосы. Сознание едва-едва удерживалось в теле.
— Быстрее, Брай!
Вики, которая вырвалась вперёд, уже стояла у опушки и ждала замешкавшегося мужа, ломая локти от бессилья.
— В машину! — рявкнул вышедший из ступора Брайан, судорожно вспоминая куда сунул ключи от «хонды».
Позади раздался треск — видимо Оками состарила и умертвила ещё одну шелковицу.
Страница 5 из 6
