Собеседование

На звонок в дверь мне ответил недоброжелательный лай собаки. Спустя время, гавканье прекратилось, а дверь всё не открывалась. Я позвонил ещё раз. Лай возобновился с ещё большим усердием. Я постоял, подождал. Когда собрался уходить, щёлкнул замок. Дверь беззвучно отворилась. Молодой мужчина в малиновом халате на голое тело вопросительно на меня смотрел. На коротком поводке он держал внушительных размеров добермана. Как мне тогда показалось, скажи я что-то не то — и обладатель халата с радостью натравил бы на меня своего четвероногого любимца… — Эмм… А тут живёт Светочка Лёгкая?

Лицо мужчины мгновенно озарилось улыбкой:

— Конечно тут. Заходи. Шнапс, фу! Свои. Сидеть!

Я зашёл. Если откровенно, то ожидал увидеть маленькую девочку с голубенькими бантиками и светлыми глазками. И вправду, бантики были голубенькие и очень большие. А взгляд — светлее некуда. Вот только она уж никак на девочку похожа не была… Миловидная девушка лет двадцати радостно на меня глядела. Одеждой ей служил плюшевый плед. Видимо, они со своим мужем ждали меня чуть-чуть позже… — Была ли ты хорошей девочкой, Светочка? — а что ещё я мог спросить?

— О да, Дедушка, я была очень-очень послушной… — Тогда получи, девочка, подарочек… — в голове творилась каша, а растерянная рука пыталась выловить из мешка приготовленный наборчик сувениров и конфет.

Вам надоело? Я так и думал. Но вы ведь сами попросили. Правда? Можно начинать? Прямо сейчас? Конечно, не пожалею! Ещё чайку можно?

В инвалидном кресле сидел старик. Его скривленные, атрофированные ноги ненужными отростками спадали на подставку. Седые волосы, густые брови, изрезанное морщинами лицо, кроваво-красный пиджак и едва заметный нервный тик под левым глазом. Его чёрные как смерть глаза всматривались в телевизор. Молодой парень нёс всякую ахинею про укус змеи в детстве и халтуру Дедом Морозом, крутил в руке, нюхал не подкуренные сигареты и пил из кружки наркотический напиток. Запись кассеты кончилась, экран погас.

— И это лучший претендент на роль Избранного? — в негодовании спросил старик.

— О да, Принадлежащий Луне и Звёздам, лучшей кандидатуры найти не удалось, — отвечал ему лысый рыжебородый мужчина.

— Если это! Я ещё раз повторяю: если это чучело — лучшая кандидатура… Рыжебородый упал на колени. Четверо других мужчин вторили его поступку. Их лица были напряжены как натянутые струны рояля. Они ждали грядущего жестокого наказания.

Старик молчал. Спустя какое-то время, его лицо смягчилось.

— Ладно, до Дня Отмщения ещё есть время. Встаньте, дети мои. Я знаю, что вы не хотели меня подвести. И такое сойдёт. Но только на этот раз. Понятно?

Мужчины не вставали. Один из них упал на живот и разрыдался.

— Это я виноват, надо было усердней искать, мне нет прощения! — сквозь всхлипывания признавался он.

— Возьмите меня, возьмите меня! Это я! Я во всём виноват… — Не вини себя, сын мой, здесь нет твоей личной вины. Виноваты все вместе. Твой час ещё придёт. Не спеши. Ты ещё сможешь искупить свой грех перед нашим культом.

Мужчина перестал рыдать. Его искривленное в душевных страданиях, залитое слезами лицо вмиг засияло блаженством. Да, он сделает всё, чтобы искупить свою вину. И горе остальным, если они посмеют сделать обратное.

— Вы всё приготовили?

— Да, великий жрец, мы всё приготовили, — ответил за всех рыжебородый.

— Тогда оставьте меня. Мне нужно впасть в транс посредством медитации. Вы знаете, что делать дальше.

— Слушаемся, — в один голос сказали сектанты и оставили Верховного жреца наедине с самим собой.