Фандом: Мстители. Сиквел к тексту «Стивен и его Плащ». После битвы Стивен Стрэндж забирает домой Плащ левитации и пробует привыкнуть к нему, своей новой роли в мире и наладить отношения с Кристин.
214 мин, 19 сек 12948
Посмотрев на одобрительно качнувший уголками воротника Плащ, Стивен вышел на середину коридора и, предупредив Верховного Чародея, начал подготавливать ритуал, совершая руками описанные в книге хранителей движения и создавая светящиеся тусклым оранжевым светом матрицы.
Линии заклинаний сплетались в сложные фигуры, искрящиеся и переходящие одна в другую. Когда после получаса плетений выученное Стивеном описание матрицы закончилось, перед ним образовалась пышущая жаром и потрескивающая сфера. Очень медленно и осторожно он опустил её на пол и секунду спустя оказался в центре матрицы, основной рисунок которой чрезвычайно сильно напоминал символ храма из перекрещенных линий в витражном окне.
— Если символ храма появился, значит, всё идёт правильно, — прокомментировал это вслух Стивен. — И теперь это всё должно вспыхнуть.
Постояв и не дождавшись ничего подобного, он перевёл взгляд на Верховного Чародея.
— В книге, которую вы читали, доктор, было что-нибудь о свидетелях и поручителях?
— Там говорилось о том, что за будущего хранителя должен поручиться кто-то из мастеров. Древняя назначила меня им, находясь в этом храме, так что это пройденный этап.
— Не совсем.
— То есть?
— Поручиться нужно во время ритуала, — снисходительно улыбнулся Старейшина, давая Стивену время осознать, что без его присутствия ритуал бы не состоялся.
— И поэтому вы подошли ко мне в библиотеке? — нахмурился Стивен.
— Да.
Опустившись на одно колено возле контура матрицы, Старейшина вынул из воздуха короткий жезл и коснулся им ближайшего луча.
— Свидетельствую! — громко произнёс он. — Достоин.
В ту же секунду матрица вспыхнула ярким оранжевым светом, из её углов к рукам и ногам Стивена потянулись лучи, а сам он почувствовал, как его приподнимает над полом.
— Плащ! — нашёл он глазами зависший у края матрицы артефакт.
Плащ беспомощно развёл полами, демонстрируя, что не может вмешаться. Потом сложил их вместе перед собой, показывая, что в случае чего готов поймать. И после этого отлетел к стене, потёрся об неё плечом, прислушался и ободряюще кивнул хозяину.
Стивен, поднятый обвившимися вокруг запястий и лодыжек заклинаниями на высоту человеческого роста, тяжело вздохнул.
— Ладно, поверю тебе. Ну что, Дом, твоя очередь проверять, достоин ли я тебя.
Послышался громкий треск. Из всех линий матрицы вверх ударил сноп света, прошивая Стивена насквозь, после чего лучи мягко опустили его на пол. Щурясь и растирая не привыкшие к такой яркости глаза, он сел в центре матрицы по-турецки и, не теряя времени, принялся создавать следующую перед собой. На этот раз — совсем небольшую, имеющую вид вытянутого футляра, и управился с ней всего за пять минут.
— Что ж, раз уж я не осыпался горсткой пепла, пора переходить к установлению связи, — деланно беззаботным тоном сообщил Стивен, закатывая рукава своего синего мастерского одеяния.
Старейшина, тоже сев на пол по-турецки, улыбнулся в ответ:
— Приступайте, доктор, — и, выдержав паузу, добавил: — Я догадался, для чего вы позвали меня. Зря вы, конечно, переживаете по этому поводу, но я понимаю, что не делать этого вы не можете.
Стивен закатил глаза.
— Слушайте, у вас это что, профессиональное? По должности положено?
— Не понял, о чём вы, — удивился Старейшина.
— Неужели? Вы второй Верховный Чародей, которому нравится играть в психоаналитика со мной. Может, у меня на лбу написано: «Я подходящий пациент для разговоров на кушетке», а я не замечал?
Плащ пошелестел воротником, издав звук, похожий на смешок. Покосившись на него, Стивен признательно улыбнулся и, посмотрев на свои лежащие на коленях руки, встретился взглядом со Старейшиной.
— Знаете, скольким несостоявшимся жертвам суицида я восстанавливал работу кистей?
— Нет.
— У вас неполное досье? Семнадцати, Старейшина. А скольким впечатлительным подросткам мы с Кристин вдвоём спасали жизнь?
— Тоже нет.
— И я не считал. Поэтому да, я не сомневаюсь, что вы поняли мой «восторг» от идеи вскрыть себе вены ритуальным кинжалом, чтобы дать этому Дому своей крови. И да, я пригласил вас как человека, способного в случае чего вызвать скорую.
Дом тут же затрещал, темнея.
— Эй, я не говорил, что это понадобится! — глядя в потолок, поспешил оправдаться Стивен. — Но я врач, и меня учили оценивать риски для здоровья. Вон сидит мой штатный психоаналитик, он тебе это подтвердит.
Потрещав ещё немного, Дом затих. Старейшина, усмехнувшись, покачал головой.
— Хватит тянуть время, доктор. Приступайте к следующему этапу.
— Приступаю.
Сосредоточившись, Стивен сложил пальцы, как предписывалось в книге хранителей, затем протянул руку к светящемуся футляру и открыл его. Внутри оказалось пусто.
— Дом? — вопросительно протянул Стивен. — Что бы я тут ни говорил, я действительно готов сделать всё, что нужно.
Он закрыл футляр, подождал несколько секунд и снова открыл. Ритуального кинжала внутри по-прежнему не было, а сам футляр начал тускнеть, пока и вовсе не растворился в воздухе.
— Неужели обиделся? — растерянно проговорил Стивен и повернул голову влево. — Плащ?
Линии заклинаний сплетались в сложные фигуры, искрящиеся и переходящие одна в другую. Когда после получаса плетений выученное Стивеном описание матрицы закончилось, перед ним образовалась пышущая жаром и потрескивающая сфера. Очень медленно и осторожно он опустил её на пол и секунду спустя оказался в центре матрицы, основной рисунок которой чрезвычайно сильно напоминал символ храма из перекрещенных линий в витражном окне.
— Если символ храма появился, значит, всё идёт правильно, — прокомментировал это вслух Стивен. — И теперь это всё должно вспыхнуть.
Постояв и не дождавшись ничего подобного, он перевёл взгляд на Верховного Чародея.
— В книге, которую вы читали, доктор, было что-нибудь о свидетелях и поручителях?
— Там говорилось о том, что за будущего хранителя должен поручиться кто-то из мастеров. Древняя назначила меня им, находясь в этом храме, так что это пройденный этап.
— Не совсем.
— То есть?
— Поручиться нужно во время ритуала, — снисходительно улыбнулся Старейшина, давая Стивену время осознать, что без его присутствия ритуал бы не состоялся.
— И поэтому вы подошли ко мне в библиотеке? — нахмурился Стивен.
— Да.
Опустившись на одно колено возле контура матрицы, Старейшина вынул из воздуха короткий жезл и коснулся им ближайшего луча.
— Свидетельствую! — громко произнёс он. — Достоин.
В ту же секунду матрица вспыхнула ярким оранжевым светом, из её углов к рукам и ногам Стивена потянулись лучи, а сам он почувствовал, как его приподнимает над полом.
— Плащ! — нашёл он глазами зависший у края матрицы артефакт.
Плащ беспомощно развёл полами, демонстрируя, что не может вмешаться. Потом сложил их вместе перед собой, показывая, что в случае чего готов поймать. И после этого отлетел к стене, потёрся об неё плечом, прислушался и ободряюще кивнул хозяину.
Стивен, поднятый обвившимися вокруг запястий и лодыжек заклинаниями на высоту человеческого роста, тяжело вздохнул.
— Ладно, поверю тебе. Ну что, Дом, твоя очередь проверять, достоин ли я тебя.
Послышался громкий треск. Из всех линий матрицы вверх ударил сноп света, прошивая Стивена насквозь, после чего лучи мягко опустили его на пол. Щурясь и растирая не привыкшие к такой яркости глаза, он сел в центре матрицы по-турецки и, не теряя времени, принялся создавать следующую перед собой. На этот раз — совсем небольшую, имеющую вид вытянутого футляра, и управился с ней всего за пять минут.
— Что ж, раз уж я не осыпался горсткой пепла, пора переходить к установлению связи, — деланно беззаботным тоном сообщил Стивен, закатывая рукава своего синего мастерского одеяния.
Старейшина, тоже сев на пол по-турецки, улыбнулся в ответ:
— Приступайте, доктор, — и, выдержав паузу, добавил: — Я догадался, для чего вы позвали меня. Зря вы, конечно, переживаете по этому поводу, но я понимаю, что не делать этого вы не можете.
Стивен закатил глаза.
— Слушайте, у вас это что, профессиональное? По должности положено?
— Не понял, о чём вы, — удивился Старейшина.
— Неужели? Вы второй Верховный Чародей, которому нравится играть в психоаналитика со мной. Может, у меня на лбу написано: «Я подходящий пациент для разговоров на кушетке», а я не замечал?
Плащ пошелестел воротником, издав звук, похожий на смешок. Покосившись на него, Стивен признательно улыбнулся и, посмотрев на свои лежащие на коленях руки, встретился взглядом со Старейшиной.
— Знаете, скольким несостоявшимся жертвам суицида я восстанавливал работу кистей?
— Нет.
— У вас неполное досье? Семнадцати, Старейшина. А скольким впечатлительным подросткам мы с Кристин вдвоём спасали жизнь?
— Тоже нет.
— И я не считал. Поэтому да, я не сомневаюсь, что вы поняли мой «восторг» от идеи вскрыть себе вены ритуальным кинжалом, чтобы дать этому Дому своей крови. И да, я пригласил вас как человека, способного в случае чего вызвать скорую.
Дом тут же затрещал, темнея.
— Эй, я не говорил, что это понадобится! — глядя в потолок, поспешил оправдаться Стивен. — Но я врач, и меня учили оценивать риски для здоровья. Вон сидит мой штатный психоаналитик, он тебе это подтвердит.
Потрещав ещё немного, Дом затих. Старейшина, усмехнувшись, покачал головой.
— Хватит тянуть время, доктор. Приступайте к следующему этапу.
— Приступаю.
Сосредоточившись, Стивен сложил пальцы, как предписывалось в книге хранителей, затем протянул руку к светящемуся футляру и открыл его. Внутри оказалось пусто.
— Дом? — вопросительно протянул Стивен. — Что бы я тут ни говорил, я действительно готов сделать всё, что нужно.
Он закрыл футляр, подождал несколько секунд и снова открыл. Ритуального кинжала внутри по-прежнему не было, а сам футляр начал тускнеть, пока и вовсе не растворился в воздухе.
— Неужели обиделся? — растерянно проговорил Стивен и повернул голову влево. — Плащ?
Страница 30 из 60