Фандом: Мстители. Сиквел к тексту «Стивен и его Плащ». После битвы Стивен Стрэндж забирает домой Плащ левитации и пробует привыкнуть к нему, своей новой роли в мире и наладить отношения с Кристин.
214 мин, 19 сек 12972
С появлением еще одного жильца на Бликер-стрит, 177А в нью-йоркском храме стало ещё уютнее, чему Дом — как чувствовал это Плащ — был чрезвычайно рад. Теперь здесь практически постоянно что-то происходило: применял магические заклинания из книг или проводил видеоконференции по Скайпу Стивен; сидел, обложившись книгами в библиотеке, или протирал артефакты, попутно читая о них, Игнатус. Регулярно заходила Кристин — впервые увидев приготовленные для неё коричневые мохнатые тапочки, Дом расхохотался от фундамента до края крыши и не мог остановиться добрых пятнадцать минут, так что даже Стивен заметил подрагивающие стены и хмуро возразил:
— Вообще-то, женщины любят такие вещи. В первый раз у нас всё получилось благодаря им.
Дом икнул и махнул шторой. А потом лично наблюдал, как Кристин скользила в этих тапочках по паркету под руку с Плащом.
По вечерам Стивен и Игнатус обычно спускались в холл, брали с подставки тренировочные шесты и отрабатывали боевые приёмы, порой заменяя их на другое оружие, во множестве имевшееся в храме. После этого они пили чай, устроившись в одной из гостиных перед камином, беседовали или читали книги.
Затем Стивен отправился к Вонгу и убедил-таки его разобрать несколько действительно сложных заклинаний из дневника восьмого хранителя храма, на что тот в итоге согласился, да ещё и мастера Туичена к этому привлёк. Он задержался в Камартадже на четыре дня, пробуя создавать крайне энергозатратные матрицы, после которых мог лишь лежать пластом в своей прежней комнате в Камартадже, перенесённый туда заботливым Плащом. Но и они в итоге покорились, так что десятого декабря Стивен с Плащом вполне довольные собой вернулись в храм.
И сразу насторожились, услышав слабый шум. Затем из бокового коридора выглянул Игнатус, торопливо поприветствовал обоих и постарался исчезнуть.
— А ну стой! — позвал его Стивен. — Иди-ка сюда.
С тяжёлым вздохом Игнатус вышел на свет и, опустив голову, очень сипло сказал:
— Да, учитель.
Стивен приблизился к нему, взял пальцами за подбородок и вынудил поднять голову, отчего Игнатус тут же отшатнулся и закашлялся, зажимая рот рукой.
— Очень интересно, — отметил Стивен, протянул левую руку и прижал её ко лбу очень бледного парня, проверяя температуру.
Двумя пальцами правой руки он заодно измерил и пульс.
— Как долго у тебя кашель?
— Два дня, — хрипло ответил Игнатус и закашлялся снова.
— Тогда за мной.
Надев двойное кольцо, Стивен наколдовал портал до своей нью-йоркской квартиры. Игнатус послушно отправился следом за ним и в растерянности замер, оказавшись в центре просторной комнаты.
— Раздевайся до пояса и садись на диван. Горло болит?
— Немного, — сообщил Игнатус, снимая верхнюю часть ученического одеяния и с тревогой поглядывая на Стивена, который, принеся из ванной большую коробку, принялся копаться в ней. — А что вы собираетесь делать?
— Послушаю тебя.
Стивен вынул из коробки стетофонендоскоп и повесил себе на шею. Затем начал изучать даты на коробках с лекарствами и недовольно морщиться — Плащу было видно, что на них истёк срок годности.
Игнатус закашлялся снова, и Плащ, решив, что ему — нужнее, подлетел к нему и укутал его, уже севшего на диван.
— Спасибо, — почти беззвучно прохрипел глубоко несчастный Игнатус. — Ты тёплый.
Плащ укутал его ещё сильнее, поглядывая на сосредоточенного хозяина, а потому вовремя поймал брошенный им беcконтактный термометр, считал последнее воспоминание о способе использования и направил его инфракрасным сенсором на лоб больного. Высветившиеся цифры Плащу ни о чём не сказали, поэтому он бросил термометр обратно Стивену — тот посмотрел на экран и кивнул своим мыслям.
— Всё совсем плохо? — не выдержал Игнатус.
— Всё ожидаемо плохо.
Оставив в покое лекарства, Стивен подошёл к нему и сел рядом на диван.
— Плащ, закрывай только спину, я послушаю лёгкие спереди, — распорядился Стивен, берясь за стетофонендоскоп.
— А вы умеете? — вырвалось у Игнатуса, отчего Стивен округлил глаза, а Плащ издал шелест, сильно смахивающий на смешок.
— Ты не слышал, как меня называют доктором?
— Э-э… ну, я думал, что вы учёный… В смысле, биолог… доктор наук и всё такое…
— И учёный тоже, я доктор медицины, но к тому же ещё и врач. Сейчас медленно глубоко вдыхай и выдыхай.
Оба помолчали, пока Стивен вслушивался в шумы в груди, затем попросил повернуться, чтобы прослушать спину.
Игнатус закашлялся, едва Стивен отстранился, и Плащ поспешил укутать его с головы до ног.
— Да, тепло ему сейчас пригодится, Плащ, — положив стетофонендоскоп обратно в коробку, Стивен вынул из кармана мобильный телефон и нажал кнопку быстрого вызова. — Кристин, не отвлекаю? Хорошо… Да, уже вернулся. Слушай, тут в моё отсутствие Игнатус умудрился слечь с бронхитом, а у меня все лекарства просрочены. Возьмёшь что-нибудь? Да, послушал, точно бронхит… Понятия не имею — где, ещё не спрашивал… Да… Хорошо, тогда мы ждём тебя в храме через два часа, да? Отлично, до встречи.
Отключившись, Стивен посмотрел на Игнатуса в Плаще.
— Вообще-то, женщины любят такие вещи. В первый раз у нас всё получилось благодаря им.
Дом икнул и махнул шторой. А потом лично наблюдал, как Кристин скользила в этих тапочках по паркету под руку с Плащом.
По вечерам Стивен и Игнатус обычно спускались в холл, брали с подставки тренировочные шесты и отрабатывали боевые приёмы, порой заменяя их на другое оружие, во множестве имевшееся в храме. После этого они пили чай, устроившись в одной из гостиных перед камином, беседовали или читали книги.
Затем Стивен отправился к Вонгу и убедил-таки его разобрать несколько действительно сложных заклинаний из дневника восьмого хранителя храма, на что тот в итоге согласился, да ещё и мастера Туичена к этому привлёк. Он задержался в Камартадже на четыре дня, пробуя создавать крайне энергозатратные матрицы, после которых мог лишь лежать пластом в своей прежней комнате в Камартадже, перенесённый туда заботливым Плащом. Но и они в итоге покорились, так что десятого декабря Стивен с Плащом вполне довольные собой вернулись в храм.
И сразу насторожились, услышав слабый шум. Затем из бокового коридора выглянул Игнатус, торопливо поприветствовал обоих и постарался исчезнуть.
— А ну стой! — позвал его Стивен. — Иди-ка сюда.
С тяжёлым вздохом Игнатус вышел на свет и, опустив голову, очень сипло сказал:
— Да, учитель.
Стивен приблизился к нему, взял пальцами за подбородок и вынудил поднять голову, отчего Игнатус тут же отшатнулся и закашлялся, зажимая рот рукой.
— Очень интересно, — отметил Стивен, протянул левую руку и прижал её ко лбу очень бледного парня, проверяя температуру.
Двумя пальцами правой руки он заодно измерил и пульс.
— Как долго у тебя кашель?
— Два дня, — хрипло ответил Игнатус и закашлялся снова.
— Тогда за мной.
Надев двойное кольцо, Стивен наколдовал портал до своей нью-йоркской квартиры. Игнатус послушно отправился следом за ним и в растерянности замер, оказавшись в центре просторной комнаты.
— Раздевайся до пояса и садись на диван. Горло болит?
— Немного, — сообщил Игнатус, снимая верхнюю часть ученического одеяния и с тревогой поглядывая на Стивена, который, принеся из ванной большую коробку, принялся копаться в ней. — А что вы собираетесь делать?
— Послушаю тебя.
Стивен вынул из коробки стетофонендоскоп и повесил себе на шею. Затем начал изучать даты на коробках с лекарствами и недовольно морщиться — Плащу было видно, что на них истёк срок годности.
Игнатус закашлялся снова, и Плащ, решив, что ему — нужнее, подлетел к нему и укутал его, уже севшего на диван.
— Спасибо, — почти беззвучно прохрипел глубоко несчастный Игнатус. — Ты тёплый.
Плащ укутал его ещё сильнее, поглядывая на сосредоточенного хозяина, а потому вовремя поймал брошенный им беcконтактный термометр, считал последнее воспоминание о способе использования и направил его инфракрасным сенсором на лоб больного. Высветившиеся цифры Плащу ни о чём не сказали, поэтому он бросил термометр обратно Стивену — тот посмотрел на экран и кивнул своим мыслям.
— Всё совсем плохо? — не выдержал Игнатус.
— Всё ожидаемо плохо.
Оставив в покое лекарства, Стивен подошёл к нему и сел рядом на диван.
— Плащ, закрывай только спину, я послушаю лёгкие спереди, — распорядился Стивен, берясь за стетофонендоскоп.
— А вы умеете? — вырвалось у Игнатуса, отчего Стивен округлил глаза, а Плащ издал шелест, сильно смахивающий на смешок.
— Ты не слышал, как меня называют доктором?
— Э-э… ну, я думал, что вы учёный… В смысле, биолог… доктор наук и всё такое…
— И учёный тоже, я доктор медицины, но к тому же ещё и врач. Сейчас медленно глубоко вдыхай и выдыхай.
Оба помолчали, пока Стивен вслушивался в шумы в груди, затем попросил повернуться, чтобы прослушать спину.
Игнатус закашлялся, едва Стивен отстранился, и Плащ поспешил укутать его с головы до ног.
— Да, тепло ему сейчас пригодится, Плащ, — положив стетофонендоскоп обратно в коробку, Стивен вынул из кармана мобильный телефон и нажал кнопку быстрого вызова. — Кристин, не отвлекаю? Хорошо… Да, уже вернулся. Слушай, тут в моё отсутствие Игнатус умудрился слечь с бронхитом, а у меня все лекарства просрочены. Возьмёшь что-нибудь? Да, послушал, точно бронхит… Понятия не имею — где, ещё не спрашивал… Да… Хорошо, тогда мы ждём тебя в храме через два часа, да? Отлично, до встречи.
Отключившись, Стивен посмотрел на Игнатуса в Плаще.
Страница 48 из 60
