Студия правды

Дон не знал, что ему делать — бежать или идти: в тоннеле было темно и холодно, накатывали приступы клаустрофобии; неизвестно, закончится ли он вообще и есть ли из него выход? Однако Дон все еще слышал впереди шаги, значит, все не так уж плохо.

Наконец, шаги стихли.

— Жду тебя!

— Иду!! — отозвался Дон, ускоряя шаг, и, пройдя какое-то расстояние, уткнулся старику в спину. Вокруг царила тьма.

Постепенно в тоннеле стало светлеть, поднялся ветер, черные обломки, отделяющиеся от тьмы, разлетались, словно отламываясь от сферы, внутри которой, между небом и землей, стояли старик и Дон.

— Что это?

— Это уходит тьма, не будем ей мешать. Иначе попадем в вихрь, и тогда не миновать беды.

Впереди показалась картинка, словно нарисованная искусным художником, только живая — потому что она приближалась к ним. На картине была автострада, окруженная с обеих сторон горами, одичалым кустарником, песком. А чуть в стороне от дороги стояла одинокая заправка, со скошенной крышей, выглядящая так, словно ей не пользовались лет сорок. Закатное солнце лишь слегка касалось горизонта, постоянно балансируя на грани яви и сна, освобождая место для вечерних сумерек.

Вскоре картина поравнялась с Доном Бритмуном, и из нарисованной иллюзии превратилась в реальность.

— Дальше пойдешь сам, — сказал старик.

— Стоп! Как сам? Мне надо домой! Верните меня домой!

— Иди! — приказал старик.

Дон осмотрелся: вокруг никого, ни старика, ни выхода из тоннеля. Так бывает, когда очнешься от дурного сна. Мужчина стоял посреди асфальтированной автострады, впереди — уходящее в закат солнце, громадье горных каньонов и одичалых кустарников, заправка. Тяжело выдохнув, Дон уперся руками в колени, замер, пытаясь привести хотя бы в относительный порядок сумасшедшую круговерть в мозгах.

— Может мне кто-нибудь ответить!! — закричал он. — Как мне попасть домой?!

Спокойно, Дон, спокойно, ты же не хочешь, чтобы тебя признали психом?

— Я не псих! Я просто хочу вернуться! Мне надоело здесь! Все надоело! Я хочу к Меган, хочу забрать Брайана из школы! Много разве прошу!?

Немного, Дон, но сейчас самое время соблюдать осторожность. А то, не дай бог, поранишься о какой-нибудь краеугольный камень, их здесь валяются сотни и даже тысячи, в самой крохотной песчинке под ногами кроется безумие, оно нападет на тебя, едва ты успеешь произнести слово «Оклахома».

— Хватит с меня сегодняшнего аттракциона!

Смотри сам, безумие уносит тебя все дальше, — усмехнулся голос, потом словно чпокнул губами и продолжал.

Лестница, люк, тоннель, немного ли всего, моя маленькая Алиса?

— Заткнись! Мой разум сильнее, чем ты думаешь!

Прадвааааа? А мне показалось, что он размяк, как если бы тебя, моя маленькая Алиса, шандарахнуло разрядом в несколько сотен вольт…

— Перестань называть меня Алисой! Я не безумен!

Кконечно-конечно, так говорят все безумцы, — голос расхохотался, а Дону подумалось, что, возможно, он и впрямь сходит с ума.

Ты мне совсем не оставишь шанса, хотя бы даже самого малюсенького, чтобы я расставил для тебя все точки над «I»?

— Ты тоже плод моего воображения.

— Зря ты так со мной. Я-то как раз самое что ни на есть реальное в твоей голове, голос твоего девственно чистого разума.

«Не верь ему!» — еще один голос, возникший издалека. Он шел со стороны заправочной станции в виде сутулой мужской фигуре в длиннополой шляпе, потертом плаще и дымящейся трубкой во рту.

— ЭЙ! — закричал Дон, на мгновение забыв о внутреннем споре с самим собой. — Помогите мне!

Сутулая мужская фигура стояла неподвижно. Дон уже не шел, а бежал в его сторону, надеясь на то, что этот таинственный человек поможет ему в его нелегком деле.

Потом он споткнулся обо что-то, упал, разбил оба колена. Боль была настолько сильной, что Дон закрыл глаза, и, забыв обо всем, взвыл как раненый зверь.

Открыв глаза, он с изумлением обнаружил, что вернулся домой, как и хотел. Правда, не совсем домой, а на ту самую улицу, по которой шли Глен Маршал и Сид Роднер. Но теперь Дон был готов принять удар: не меняя маршрута, он пошел им навстречу.

— Мистер Бритмун! — радостно воскликнул Сид, протягивая Дону руку. Мужчина нехотя ответил на рукопожатие. — Рады вас видеть! Что-то вы к нам не заходите?

— Да времени все нет, — сдержанно ответил Дон, надеясь, что после не слишком длинных расспросов они оставят его в покое. — То одно, то другое.

— А вы не на работе сегодня, у вас что-то случилось? — с мнимой заботливостью поинтересовался Глен. Дон немного растерялся, не зная, что ответить. С одной стороны, зная этих двоих, если сказать, что начальник дал ему отпуск, они тут же раструбят, что его боссе слишком добр к подчиненным, и тогда Майлз такой поблажки больше не допустит. С другой стороны, голова Дона была так забита тем, что случилось, что он просто не мог трезво и разумно рассуждать, ему хотелось выпить, а тут эти двое со своими расспросами, возможно, он совершил большую ошибку, не улизнув потихоньку с улицы.

Тяжело вздохнув, он произнес:

— Сегодня обещал Брайану забрать его со школы пораньше…