Светило

— Он позади меня плелся, пойдемте ему навстречу.

Антошка с восхищением поглядел на удочку, которую Димка нес на плече, и трое мальчишек двинулись навстречу поднимающемуся солнцу.

Паша, действительно, шел к ним неторопливым шагом. Он был самым высоким и сильным в компании, однако, задирать нос ему не давали. Антошка ущипнет и убежит, Димка отпустит такую остроумную шутку, что хоть обижайся, а не поспоришь, молчаливый Игорь просто смерит осуждающим взглядом и усмехнется. Поравнявшись с приятелем и пожав ему руку, Димка спросил:

— Почему не торопимся? Скоро солнце встанет.

— Отец пристал. Напился уже с утра и пристал. Куда, мол, в такую рань собрался, иди кур корми, иди уроки учи, пятое-десятое. Ну какие летом уроки, а?

— А ты что?

— А что я? Я как обычно. Умылся и мимо него в дверь прошмыгнул, только меня и видели. Хорошо, что поесть с собой заранее приготовил.

Паша извлек из походного рюкзака целлофановый пакет с печеньем и небольшой термос с чем-то горячим.

— Ладно, неуловимый Джо, смотри, чтобы потом не влетело.

Димка похлопал Пашу по плечу и компания двинулась к реке.

Смеялись и разговаривали ребята негромко — в деревне волей-неволей начинаешь испытывать какое-то благоговейное уважение к тишине и покою. Паша возмущался поведением своего отца, Антошка смеялся над его ворчанием, Игорь молча шел рядом, погруженный в свои мысли. Димка же терпеливо ждал, когда в разговоре друзей возникнет хотя бы небольшая пауза, чтобы поведать им об услышанных намедни от деда ужасах.

Наконец, когда до реки оставалось несколько десятков шагов, Димка поймал повисшую в воздухе тишину и самым серьезным голосом, на который только был способен, произнес:

— Дядю Лешу на реке убили.

Все с удивлением, а Антошка с неподдельным испугом, остановились и уставились на Димку. Он немного замялся, но, подстегиваемый вниманием к себе и своим словам, начал рассказ:

— Вернулся вчера домой после прогулки, прихожу на кухню ужинать, а там бабушка носится взад-вперед, охает, а дед за столом сидит и смотрит в одну точку. Ну и рассказал мне все. Говорит, помнишь, дядя Леша пропал три дня назад? Нашли его, говорит. Зацепился за корягу. А от тела, говорит, остались голова, туловище и одна то ли рука, то ли нога, не помню уже. Вот. Наказывал далеко от деревни не рыбачить.

В воздухе повисла напряженная тишина. Все молчали. Димка наблюдал за реакцией друзей. Пашка озадаченно чесал затылок, Антошка испуганно оглядывался, а Игорь нахмурился и уставился в землю.

Наконец тишину прервал Пашка:

— Ты уверен, что его именно убили? Может быть, он сам утонул. Три дня в быстрой реке провести — не шутка. Там не только руки-ноги оторвать может.

— Не знаю, дед сказал «убили». Он вообще сказал, что раны у него были такие, будто кто-то оторвал ему конечности. Сказал еще, что, может, зверь у нас завелся. А потом добавил: «… или человек.».

Вновь повисла тишина.

— А у меня отец ездил его искать.

— Все перевели взгляд на Игоря, который смотрел в землю с мрачным и сосредоточенным лицом, — Рассказал все то же самое, что и Димка. Только одного тебе дед не сказал. Может сам не знал, а может пугать не хотел: изо рта у дяди Леши небольшая рыбка выплыла, сомик, кажется. Я случайно услышал. Отец из-за этого всю ночь не спал. И мать испуганная ходила.

Всеобщее напряжение и страх в воздухе ощущались почти физически. Первым молчание нарушил Антошка:

— Ребят… Может, по домам?… — Сдрейфил? Ссыкло! — злым голосом закричал на друга Паша, — Беги домой, плачься мамочке в подол, тряпка!

Эти слова сильно задели Антошку и он, чуть не плача, кинулся на Пашу с кулаками. Озлобленный Паша принял боевую стойку, но между друзьями вовремя появился Игорь, с трудом удержавший разъяренного друга.

— Успокойтесь! — к Игорю подключился Димка, — Ведете себя, как обезьяны. Скажите лучше, кто-нибудь еще что-то знает?

Антошка кинул злобный взгляд на Пашу и отрицательно покачал головой. Паша же нервно сплюнул, почесал затылок и сказал:

— Про дядю Лешу не знаю, но у меня дома на печи нарисована рыба, похожая на сома.

Все озадаченно посмотрели на него, но Паша уже осознал глупость сказанных им слов и стал демонстративно смотреть вдаль.

Первым Тишину нарушил Димка:

— Ну что, будем послушными детьми или злостными нарушителями дисциплины? Куда пойдем?

Антошка угрюмо молчал. Он не был трусом, совсем нет. Множество раз он смело нырял в реку с высокого обрыва, множество раз боролся с задиравшимся Пашей, один раз даже дал отпор стае гусей. Но сейчас дело принимало совершенно другой оборот. Сейчас напуганы были все. Но Антошка не умел ни врать, ни лицемерить. Скрывать свои истинные чувства он тоже не умел, поэтому всегда плакал от боли, смеялся от радости и никогда не скрывал своего страха.

— Предлагаю пойти на дальние мостки, — сказал Паша, — это уже не деревня, но еще не лес. К тому же мой двоюродный брат недавно оттуда полное ведро карасей принес.

— Я за.

— ответил Димка.

Игорь молча кивнул. Антошка немного помялся, вздохнул и тоже кивнул, хоть и с явной неохотой.