Можно ли вампира превратить в человека? Сделать так, чтобы он не ощущал жажду крови и снова стал смертным? Не верьте, если ответят «нет». Иногда возможно всё. Но вот вопрос, что станет с душой того, кто много лет поклонялся тьме? Вырвется ли спрятанный свет из глубин мрака или так и останется замурован до конца дней? И узнать очень сложно. Почти невозможно. А цена ответа — жизнь.
262 мин, 30 сек 13108
Ноги несли меня с быстротою ветра. В считанные минуты я преодолел расстояние, которое отделяло меня от места, где скрывался человек. За склоном потухшего вулкана действительно кто-то был, только сейчас он замолчал, перестав даже всхлипывать. Может быть, он меня услышал, хотя я и старался идти бесшумно.
Я утопал по колено в снегу, пытаясь найти место, откуда слышал плач. Холодный ветер растрепывал волосы, и приходилось низко опускать голову, чтобы в глаза не попадались снежинки, кружащие рядом. Пробуксовав по сугробам несколько метров, я в замешательстве остановился, оглядываясь по сторонам. Кто-то был здесь, я чувствовал, вот только его совсем не было видно из-за снега. Озираясь по сторонам, спустя несколько минут я все же увидел то, что искал. Невдалеке, на белоснежном снегу лежало чье-то тело. Оно темным пятном выделялось среди бескрайнего океана холода и вьюги. Даже издалека было понятно, что это женщина. Ее тонкая одежда, совсем не подходящая к такому морозу, была порвана в нескольких местах, обнажая исцарапанное тело. Я рванулся к этому месту, предчувствуя беду. Женщина лежала на снегу без сознания, и было не трудно понять, что жизнь ее в опасности. Откинув с окровавленного лица прядь спутанных волос, я ужаснулся, заметив, что это почти ребенок. Девушке было не больше шестнадцати лет, а раны, видневшиеся сквозь порванную одежду, выглядели кошмарно. Такое ощущение, что она с кем-то отчаянно сражалась, прежде, чем без сил упасть на холодном безжизненном снегу. Ее еле слышное дыхание и пульс подсказывали, что надо торопиться, иначе вскоре никто уже не сможет ей помочь.
Я быстро схватил ее на руки, прижимая себе и судорожно оглядываясь по сторонам в поисках укрытия. Как жаль, что я не мог согреть девушку теплом своего тела. Оно было такое же холодное, как и весь этот снег вокруг. Я пошел вперед, почему-то уверенный, что там должно быть жилье. Не знаю, почему, но эта уверенность не покидала меня, и настойчиво звала к видневшейся невдалеке группе деревьев. Пройдя еще несколько десятков метров, я и в самом деле увидел впереди небольшую, одиноко стоявшую ярангу. Она была запорошена снегом, и не было видно дыма от разведенного огня, но я знал, что мне надо именно туда. Осторожно неся бесчувственную девушку на руках, я подошел вплотную к самому входу и громко позвал хозяев. Мне никто не ответил и, постояв еще несколько минут, я решился зайти внутрь. Было темно и довольно холодно, но я видел, что здесь кто-то совсем недавно жил. На полу лежали шкуры и стояла посуда, а в очаге аккуратно были сложены дрова. Положив девушку на одну из шкур, я быстро принялся разводить огонь, чтобы хоть как-то ее согреть. Выйдя на улицу и набрав в один из тазов снега, я вернулся, чтобы нагреть воды и обработать раны несчастной. При виде ее крови, которая невероятно пахла, я еле сдерживался от вспыхнувшей жажды. Но мое желание помочь было сильнее желания убить. Я осторожно вытирал грязь и кровь смоченным в воде куском ткани. Да, ей здорово досталось. Глубокие царапины были похожи на следы от когтей. Вполне возможно, что на несчастную напал медведь или какой-то другой хищник. Мне не нравились эти раны, и я опасался, что может быть слишком поздно для ее спасения. Сняв порванную, пропитанную кровью одежду, я накрыл девушку теплой шкурой, на секунду задержав на ней свой взгляд. Да, ей было не больше шестнадцати лет, и она выглядела довольно привлекательно, как для местной уроженки. Но почему она была одна? Что заставило ее ходить одной в такую суровую погоду, вдобавок без оружия? Но я не знал ответ, и надеялся только на одно, что она сможет выжить.
Глава 19 Языки пламени взлетали высоко вверх, когда я вновь и вновь подбрасывал дрова в огонь. В яранге стало тепло, но девушку лихорадило, и на ее лице выступил пот. Она так и не приходила в сознание за весь день, лишь что-то бессвязно шептала в бреду на непонятном языке. Я осторожно смачивал ее губы водой, пытаясь хоть немного напоить. Но что я мог еще сделать? Я совершенно не знал, как облегчить ее страдания и избавить от лихорадки. Я только надеялся и верил, что ее молодой организм будет сильнее болезни.
На улице начинало темнеть. Только сейчас я вспомнил про Алексея и о том, что должен был стеречь его сон. Нехорошо получилось. У меня из головы совсем вылетели мысли о друге, когда я полностью переключился на спасение незнакомки. Надо отправиться к нему. Надеюсь, еще не поздно. Бросив на девушку встревоженный взгляд, я знал, что скоро вернусь. Вот только найду друга. Да и время охоты уже настойчиво напоминало о себе, почему-то невероятно нервируя в это момент.
— Ну и где ты пропал? — услышал я недовольный голос, едва прошел несколько сотен метров. Прямо передо мной стоял Алексей, не сводя гневного взгляда — Друг мой, я конечно понимаю, что ты имеешь право на личную жизнь, но то, что Кайнын не вернулся в твое отсутствие можно считать невероятной удачей! Пришлось бы тебе собирать мои кости на этом белом снегу!
Я утопал по колено в снегу, пытаясь найти место, откуда слышал плач. Холодный ветер растрепывал волосы, и приходилось низко опускать голову, чтобы в глаза не попадались снежинки, кружащие рядом. Пробуксовав по сугробам несколько метров, я в замешательстве остановился, оглядываясь по сторонам. Кто-то был здесь, я чувствовал, вот только его совсем не было видно из-за снега. Озираясь по сторонам, спустя несколько минут я все же увидел то, что искал. Невдалеке, на белоснежном снегу лежало чье-то тело. Оно темным пятном выделялось среди бескрайнего океана холода и вьюги. Даже издалека было понятно, что это женщина. Ее тонкая одежда, совсем не подходящая к такому морозу, была порвана в нескольких местах, обнажая исцарапанное тело. Я рванулся к этому месту, предчувствуя беду. Женщина лежала на снегу без сознания, и было не трудно понять, что жизнь ее в опасности. Откинув с окровавленного лица прядь спутанных волос, я ужаснулся, заметив, что это почти ребенок. Девушке было не больше шестнадцати лет, а раны, видневшиеся сквозь порванную одежду, выглядели кошмарно. Такое ощущение, что она с кем-то отчаянно сражалась, прежде, чем без сил упасть на холодном безжизненном снегу. Ее еле слышное дыхание и пульс подсказывали, что надо торопиться, иначе вскоре никто уже не сможет ей помочь.
Я быстро схватил ее на руки, прижимая себе и судорожно оглядываясь по сторонам в поисках укрытия. Как жаль, что я не мог согреть девушку теплом своего тела. Оно было такое же холодное, как и весь этот снег вокруг. Я пошел вперед, почему-то уверенный, что там должно быть жилье. Не знаю, почему, но эта уверенность не покидала меня, и настойчиво звала к видневшейся невдалеке группе деревьев. Пройдя еще несколько десятков метров, я и в самом деле увидел впереди небольшую, одиноко стоявшую ярангу. Она была запорошена снегом, и не было видно дыма от разведенного огня, но я знал, что мне надо именно туда. Осторожно неся бесчувственную девушку на руках, я подошел вплотную к самому входу и громко позвал хозяев. Мне никто не ответил и, постояв еще несколько минут, я решился зайти внутрь. Было темно и довольно холодно, но я видел, что здесь кто-то совсем недавно жил. На полу лежали шкуры и стояла посуда, а в очаге аккуратно были сложены дрова. Положив девушку на одну из шкур, я быстро принялся разводить огонь, чтобы хоть как-то ее согреть. Выйдя на улицу и набрав в один из тазов снега, я вернулся, чтобы нагреть воды и обработать раны несчастной. При виде ее крови, которая невероятно пахла, я еле сдерживался от вспыхнувшей жажды. Но мое желание помочь было сильнее желания убить. Я осторожно вытирал грязь и кровь смоченным в воде куском ткани. Да, ей здорово досталось. Глубокие царапины были похожи на следы от когтей. Вполне возможно, что на несчастную напал медведь или какой-то другой хищник. Мне не нравились эти раны, и я опасался, что может быть слишком поздно для ее спасения. Сняв порванную, пропитанную кровью одежду, я накрыл девушку теплой шкурой, на секунду задержав на ней свой взгляд. Да, ей было не больше шестнадцати лет, и она выглядела довольно привлекательно, как для местной уроженки. Но почему она была одна? Что заставило ее ходить одной в такую суровую погоду, вдобавок без оружия? Но я не знал ответ, и надеялся только на одно, что она сможет выжить.
Глава 19 Языки пламени взлетали высоко вверх, когда я вновь и вновь подбрасывал дрова в огонь. В яранге стало тепло, но девушку лихорадило, и на ее лице выступил пот. Она так и не приходила в сознание за весь день, лишь что-то бессвязно шептала в бреду на непонятном языке. Я осторожно смачивал ее губы водой, пытаясь хоть немного напоить. Но что я мог еще сделать? Я совершенно не знал, как облегчить ее страдания и избавить от лихорадки. Я только надеялся и верил, что ее молодой организм будет сильнее болезни.
На улице начинало темнеть. Только сейчас я вспомнил про Алексея и о том, что должен был стеречь его сон. Нехорошо получилось. У меня из головы совсем вылетели мысли о друге, когда я полностью переключился на спасение незнакомки. Надо отправиться к нему. Надеюсь, еще не поздно. Бросив на девушку встревоженный взгляд, я знал, что скоро вернусь. Вот только найду друга. Да и время охоты уже настойчиво напоминало о себе, почему-то невероятно нервируя в это момент.
— Ну и где ты пропал? — услышал я недовольный голос, едва прошел несколько сотен метров. Прямо передо мной стоял Алексей, не сводя гневного взгляда — Друг мой, я конечно понимаю, что ты имеешь право на личную жизнь, но то, что Кайнын не вернулся в твое отсутствие можно считать невероятной удачей! Пришлось бы тебе собирать мои кости на этом белом снегу!
Страница 50 из 70
