Свидание с мертвецом

Он не отрицал, что использовал меня. Я знала также, что это все же нанесло мне вред.

— Он был здесь, только в облике Малколма. Вы, возможно, не видели его.

— Я видел.

Чавес проследовал к моим книжным шкафам и выудил между двух книг крошечную видеокамеру. Неудивительно, черт возьми, что он был ими настолько заинтересован.

— Он пришел до наступления темноты, — сказал Чавес, — что означает, что он силен даже более, чем я предполагал.

Между нами повисла тишина, но мою голову переполняли вопросы, мысли, разочарования. Когда Чавес заговорил снова, я была рада от них отвлечься.

— Он сказал, что в этом городе нет больше никого, подобной тебе. Что он имел в виду?

Не хотела я ему этого говорить, но пришлось.

— Я — девственница.

Его глаза расширились.

— Ты не думаешь, что это кое-что, о чем ты должна была сказать мне?

— Это не то, о чем я вообще когда-либо кому-нибудь рассказывала.

— Madre de dios, он никогда не прекратит преследовать тебя.

— Почему?

— Потому что в наши дни, цыпочка, осталось не так-то много девственниц.

— Впечатляет, — сказала я. — Пытайтесь сохранить себя до брака и закончите приманкой для демона. История моей жизни.

Хорошо, но не точно. Моя жизнь никогда не была настолько захватывающей.

Или сверхъестественной.

Или ужасающей.

Везет мне.

— Ты берегла себя до брака?

Я заметила, что Чавес смотрит на меня с удивлением. Полагаю, что в этом столетии я была не только странной, но и последней.

Я пожала плечами.

— Ну, или, по крайней мере, до настоящей любви.

— Тебе стоило родиться в другое время, — пробормотал он, повторяя мои мрачные мысли.

— Сегодня мне жаль, что это не так.

— Возьми свое пальто, — распорядился он.

Я открыла рот от внезапной смены темы.

— Застегни свои брюки.

Я покраснела, осознав, что цветочный паренек начал раздевать меня, а я только сейчас это заметила. Мало того, что я была напугана демоном, так я начинала пугать саму себя.

Я застегнула брюки раздраженным рывком.

— Куда мы идем? — спросила я, поскольку мы снова вышли на улицу.

— К тому, кто может нам помочь.

— Они не могли помочь нам раньше?

— Я прибегаю к этому средству, только когда не остается другого выбора.

— Как давно у Вас закончился выбор?

— Этот демон сильнее любого, с кем я когда-либо сталкивался. Я не знаю, что делать.

Чавес, жизнь которого была посвящена избавлению земли от демонов, своим признанием в отсутствии у него идей, как убить того, кто хочет убить меня, напугал меня больше, чем что-либо из случившегося до сих пор.

Я остановилась и была чуть не сбита обычными людьми: туристами и местными — толпой Манхеттена. Кто-то выругался и толкнул меня. Это вам не дом родной.

Чавес схватил меня за руку и потащил вперед.

— Я буду заботиться о тебе.

— Вы продолжаете повторять это, но я пока не ощущаю теплоты и уюта, — я проигнорировала его мрачный вопросительный взгляд, — Куда мы идем?

— К Всемирному торговому центру.

Я замедлила, хотя знала, что лучше совсем остановиться.

— Нет больше никакого Всемирного торгового центра.

— Именно поэтому моя знакомая настолько опасна.

— Я не понимаю.

— Она потеряла там сына. И так и не смирилась с этим.

Подобные истории были нередки. Слишком много людей очень многое там потеряли.

— Она не пробовала обращаться в группы реабилитации? — спросила я.

— Она нашла собственное решение.

— Какое?

— Она разговаривает с ним.

Ночь пролилась ледяной струйкой по моим внезапно покрывшимся испариной плечам.

— Разговаривает с ним, — повторила я беззвучно.

— Саманта — экстрасенс.

— Понятно, — сказала я.

Почему нет? Я размышляла.

— Гнев и горе изменили ее.

— Изменили её, как?

Поскольку мы двигались к воде, к острову Статуи Свободы, толпа редела.

— Она превратила свою боль в силу. Она не была экстрасенсом прежде.

— Это — то, почему она опасна?

— Опасна не она, а то, что она иногда приносит оттуда.

— Приносит откуда?

— Ты увидишь.

— А что если я не хочу? — пробормотала я.

Чавес даже не обернулся.

Я была у Всемирного торгового центра лишь однажды, ясным солнечным днем. Место было холодным, серым, словно населенным призраками, даже тогда.

А уж ночью? Я бы лучше предпочла дно канала.

Удивительно, что не было никого, стоящего у ограждения, окружающего огромную величественную пустошь. Возможно, я была не единственной, кто находил воронку среди небоскребов непотребной.

Мы разыскивали демона? Я считала, что кто-то из них сбил эти здания однажды утром в сентябрьский вторник.

Когда мы приблизились, я услышала тихий шепот. Почти поверив, что мертвые разговаривают, я попятилась.

Женщина стояла у ограждения, смотрела в пустоту и шептала. На ней была длинная волнистая черная юбка и свободный бледно-серый свитер.

Она находилась там все время, и я просто не видела её, или она только что появилась? Это не имело значения. Сейчас она была здесь, и я, не спрашивая, знала, что она была той, ради кого мы сюда прибыли.

Ее абсолютно белые волосы струились до талии и сияли в слабом свете луны. Воздух вокруг нее, казалось, тихо гудел.