Фандом: Ориджиналы. Ограничить можно чем угодно. Навязанной любовью. Правилами поведения. Честью семьи. Ограничения накладываются легко и непринужденно, сковывая и лишая свободы. И получить ее обратно порой бывает очень нелегко. Но всегда найдутся те, кто поможет восстать из пепла. Те, кто свободны сами — и делятся этой свободой с другими.
102 мин, 54 сек 8720
— Мам, смотри, нужно вот так подкинуть и потом быстро размотать шнур, чтобы ветром подхватило, — Ришелар запустил свой корабль, который на удивление поймал ветер парусами и тоже взлетел, покачиваясь с боку на бок.
Тимэрина новым взглядом увидела бабочку в своих руках. То есть если она сейчас всё сделает правильно, то эта бабочка… Вот эта самая бабочка… тоже взмоет в небо? Эльфийка подбросила её вверх, но с первого раза не получилось. И Ришелар, сунув бечёвку от корабля Ясмин, которая ещё не успела запустить своего дракона, всего украшенного ленточками, побежал помогать.
— Смотри, мам, вот так!
И бабочка взлетела, взмахнув крыльями, будто живая. Поднялась, почти потерялась на фоне неба, светлая, серебристая… А потом вспыхнула, отражая упавший на неё луч солнца.
— Ох, — только и сказала Тимэрина, чуть не разжав пальцы. Но всё-таки в последний момент успела сжать бечёвку.
Чёрный скат, сверкая белыми пятнами на брюхе, подлетел к бабочке, качнулся из стороны в сторону, будто дразнясь — или подбадривая? Оскал Канафейна точно был подбадривающим, и Тимэрина рассмеялась, легко и от души. Ведь это дроу посоветовал ткань, не мог он не знать, что будет так… Красиво!
— Какая красивая… — Ясмин заворожено проводила бабочку взглядом.
Рядом спикировал феникс — сейчас, когда все «перья» раздувало ветром, казалось что он и вправду полыхает. Шэрин торжествующе завопил, попытался сделать круг возле корабля Ришелара — но не справился с управлением и невольно«уронил» своего феникса на шнур чьей-то яркой тропической рыбки.
Впрочем, это никого не огорчило — змеев успешно распутали и тут же снова запустили в небо.
Ясмин тоже подняла своего дракончика, но постепенно отвела его поближе к киту. И замахала брату рукой, чтобы сфотографировал — с его места и впрямь выглядело, будто дракончик касается плавника.
Это было так просто и мило, что Тимэрина позабыла обо всём, вопя вместе с детьми и радуясь кувыркам пёстрых змеев. Даже в воздушных боях поучаствовала, но вышло не очень — в отличие от Канафейна. Вокруг него постепенно целый фан-клуб собрался, подбадривая криками и улюлюканьем, когда дроу решался на очередной сложный маневр. А уж когда он умудрился поставить своего змея так, чтобы перекрыть сопернику ветер, с уважением глянули даже профи.
И всё это было так хорошо, что увидеть на краю поляны в тени дерева светлую эльфийку Тимэрина не ожидала ну никак. И что та помашет ей рукой — тоже. Бабочка дёрнулась, слушаясь резко натянувшейся бечёвки, грудь сдавило… Пока светлое платье и малахитовый цветок в волосах не сложились в образ леди Ариндель. Но даже тогда Тимэрина не смогла расслабиться обратно. Для неё этот день закончился именно в момент, когда они с леди Ариндель обменялись вежливыми приветствиями. И после, сидя с набегавшимися, притихшими от усталости детьми в кафе, пытаясь пристроить бабочку у стены так, чтобы не съезжала и не била крылом по спине, Тимэрина всё равно не могла заставить себя улыбнуться открыто.
— Девочка, ты слишком нервничаешь, — сказала тогда на прощание леди Ариндель. — Тебе бы больше бывать в обществе, погулять со сверстниками…
Надо ли говорить, что эти слова дошли до нужных ушей? И как-то так незаметно вышло, что в очередной визит Сэтха вместе с ним явились молоденькие саламандрочки — родные сёстры его супруга, и как-то слово за слово Тимэрина договорилась сходить с ними в спорткомплекс, позаниматься — ну а действительно, чего дома киснуть? И бесцельно по улицам бродить сколько можно?
И она даже ходила на занятия, общалась с другими гимнастами, смеялась вместе с саламандрами, но… Всё равно, стоило появиться на горизонте сородичу, и старые привычки оживали. Чего-то не хватало, чтобы окончательно поверить: они больше не имеют над ней власти. И не помогали тут ни тёплые ладошки Ришелара, который немыслимо для обычного эльфа любил обниматься, ни ободряющие улыбки Яниса, ни даже то, что Эльмарин Риатте больше так и не появился.
И проведённая по всем правилам церемония приёма в род Рилонара тоже не ослабила сжимающуюся в груди пружину. Тимэрине было почему-то обидно на саму себя: столько помощи и поддержки она не получала за всю свою жизнь. Леди Ариндель ни словом, ни жестом не пыталась напомнить ей о месте в иерархии — но Тимэрина просто не могла. Не могла почувствовать себя, наконец, в безопасности.
Поверить, что все эти эльфы на улицах просто не имеют права ей что-либо сделать.
Даже дроу тревожили меньше, особенно после того, как она увидела Канафейна запускающим воздушного змея. Ведь тогда… даже никто не был потрясён. Будто… это в порядке вещей. А она выбивалась из этого порядка.
Тимэрина новым взглядом увидела бабочку в своих руках. То есть если она сейчас всё сделает правильно, то эта бабочка… Вот эта самая бабочка… тоже взмоет в небо? Эльфийка подбросила её вверх, но с первого раза не получилось. И Ришелар, сунув бечёвку от корабля Ясмин, которая ещё не успела запустить своего дракона, всего украшенного ленточками, побежал помогать.
— Смотри, мам, вот так!
И бабочка взлетела, взмахнув крыльями, будто живая. Поднялась, почти потерялась на фоне неба, светлая, серебристая… А потом вспыхнула, отражая упавший на неё луч солнца.
— Ох, — только и сказала Тимэрина, чуть не разжав пальцы. Но всё-таки в последний момент успела сжать бечёвку.
Чёрный скат, сверкая белыми пятнами на брюхе, подлетел к бабочке, качнулся из стороны в сторону, будто дразнясь — или подбадривая? Оскал Канафейна точно был подбадривающим, и Тимэрина рассмеялась, легко и от души. Ведь это дроу посоветовал ткань, не мог он не знать, что будет так… Красиво!
— Какая красивая… — Ясмин заворожено проводила бабочку взглядом.
Рядом спикировал феникс — сейчас, когда все «перья» раздувало ветром, казалось что он и вправду полыхает. Шэрин торжествующе завопил, попытался сделать круг возле корабля Ришелара — но не справился с управлением и невольно«уронил» своего феникса на шнур чьей-то яркой тропической рыбки.
Впрочем, это никого не огорчило — змеев успешно распутали и тут же снова запустили в небо.
Ясмин тоже подняла своего дракончика, но постепенно отвела его поближе к киту. И замахала брату рукой, чтобы сфотографировал — с его места и впрямь выглядело, будто дракончик касается плавника.
Это было так просто и мило, что Тимэрина позабыла обо всём, вопя вместе с детьми и радуясь кувыркам пёстрых змеев. Даже в воздушных боях поучаствовала, но вышло не очень — в отличие от Канафейна. Вокруг него постепенно целый фан-клуб собрался, подбадривая криками и улюлюканьем, когда дроу решался на очередной сложный маневр. А уж когда он умудрился поставить своего змея так, чтобы перекрыть сопернику ветер, с уважением глянули даже профи.
И всё это было так хорошо, что увидеть на краю поляны в тени дерева светлую эльфийку Тимэрина не ожидала ну никак. И что та помашет ей рукой — тоже. Бабочка дёрнулась, слушаясь резко натянувшейся бечёвки, грудь сдавило… Пока светлое платье и малахитовый цветок в волосах не сложились в образ леди Ариндель. Но даже тогда Тимэрина не смогла расслабиться обратно. Для неё этот день закончился именно в момент, когда они с леди Ариндель обменялись вежливыми приветствиями. И после, сидя с набегавшимися, притихшими от усталости детьми в кафе, пытаясь пристроить бабочку у стены так, чтобы не съезжала и не била крылом по спине, Тимэрина всё равно не могла заставить себя улыбнуться открыто.
— Девочка, ты слишком нервничаешь, — сказала тогда на прощание леди Ариндель. — Тебе бы больше бывать в обществе, погулять со сверстниками…
Надо ли говорить, что эти слова дошли до нужных ушей? И как-то так незаметно вышло, что в очередной визит Сэтха вместе с ним явились молоденькие саламандрочки — родные сёстры его супруга, и как-то слово за слово Тимэрина договорилась сходить с ними в спорткомплекс, позаниматься — ну а действительно, чего дома киснуть? И бесцельно по улицам бродить сколько можно?
И она даже ходила на занятия, общалась с другими гимнастами, смеялась вместе с саламандрами, но… Всё равно, стоило появиться на горизонте сородичу, и старые привычки оживали. Чего-то не хватало, чтобы окончательно поверить: они больше не имеют над ней власти. И не помогали тут ни тёплые ладошки Ришелара, который немыслимо для обычного эльфа любил обниматься, ни ободряющие улыбки Яниса, ни даже то, что Эльмарин Риатте больше так и не появился.
И проведённая по всем правилам церемония приёма в род Рилонара тоже не ослабила сжимающуюся в груди пружину. Тимэрине было почему-то обидно на саму себя: столько помощи и поддержки она не получала за всю свою жизнь. Леди Ариндель ни словом, ни жестом не пыталась напомнить ей о месте в иерархии — но Тимэрина просто не могла. Не могла почувствовать себя, наконец, в безопасности.
Поверить, что все эти эльфы на улицах просто не имеют права ей что-либо сделать.
Даже дроу тревожили меньше, особенно после того, как она увидела Канафейна запускающим воздушного змея. Ведь тогда… даже никто не был потрясён. Будто… это в порядке вещей. А она выбивалась из этого порядка.
Страница 16 из 29
