Когда-то давным-давно, говорят, жил в одной деревне человек. Он работал по дереву — плотничал, значит. Была у него жена и был сын, а других детей не было — один этот сын у них и родился. Ну а раз то было единственное их чадо, родители его очень любили и берегли. Как пойдут на базар, всегда принесут ему сладких гостинцев, а кормили его всем самым лучшим. Они ласкали его и приговаривали: «Расти, сынок, вырастай поскорей. Будешь нам помогать, станешь нашей опорой». Так они с ним забавлялись.
— Ладно, — говорит девушка.
— Сам видишь, веранды у нас просторные. Мы пускаем сюда путников ночевать. Немало народу у нас останавливается. Устраивайся, сделай милость, но только не иначе, как на веранде.
— Хорошо, — отвечает тот.
— Для чужака вроде меня и веранда подходящее место.
— Мы плотники, — говорит она дальше.
— Мой отец по дереву работает, и у нас целый день толчется народ. С утра до вечера к нам ходят люди. Вот мы и построили большие веранды — надо же где-то им посидеть. А сегодня отца и матери нету дома, потому и пусто у нас.
— А куда ушли твои мать и отец? — спрашивает парень.
— В той стороне есть деревня, — говорит девушка.
— Они пошли туда в гости. Хотели сегодня вернуться, да что-то их до сих пор не видать. Не знаю, придут они или нет.
— Послушай, матушка, — сказал парень.
— Я о чем-то хочу тебя попросить. Дело пустячное. У меня с собой есть малость рису. Не почти за труд мне его сготовить. Вот хорошо будет.
— Отчего не сготовить, — отвечает она.
— Давай его сюда. Она принесла решето, а он развязал свой узелок и высыпал, что там было. Взяла девушка решето, смотрит — что-то не то. Поглядела, потрогала и думает: «Рис вроде бы чистый. Отчего же он такой твердый на ощупь? Не буду я варить этот рис, дам ему лучше нашего». Отложила она решето и поставила вариться побольше своего рису. Не успела покормить парня, как пришли старики — ее родители. Спросила она, как родные живут — к кому они в гости ходили, — а потом показала им рис, что ей парень дал приготовить, и говорит:
— Поглядите-ка вы на этот рис. Что это такое?
Взяли оба по нескольку зернышек, поглядели и спрашивают:
— Послушай-ка, дочка. Где ты взяла этот рис? У нас такого риса не водится. Откуда он взялся?
— Посмотрите хорошенько, — говорит девушка.
— Может, это и не рис вовсе.
Взяли они лампу, посмотрели еще раз хорошенько и говорят:
— Твоя правда, дочка, это не рис. Похоже на кость. Откуда ты это взяла?
— Это парень, что остановился у нас ночевать, дал мне его и попросил сготовить, — отвечает она.
— Он мне сказал: «Вот, матушка, свари мне этот рис». Только мне показалось, что рис этот не настоящий. Я не стала его варить, взяла и положила побольше нашего. А покормить его не успела.
— Послушай, дочка, — спрашивают они.
— Ты не спросила, откуда он сам?
— Нет, я его об этом не спрашивала. Он только попросил дать ему место ночь провести. Говорит: «Пускаете вы путников ночевать?» Я говорю:«Да, мы пускаем людей провести ночь здесь, на веранде». А после того разговора он сел и говорит: «Сегодня я у вас заночую. Сделай милость, матушка, свари мне этот рис». Сказал он мне это, я взяла рис и пошла в дом. А про то, откуда он — этот, кто ночевать попросился, — я и не спрашивала.
— Ну, хорошо, — говорят, — мы его сами спросим. А раз ты сварила и на него, поди отнеси ему.
А сами говорят друг другу:
— Это, видно, отличный плотник. Гляди-ка, он сумел нарезать рису из кости. Это тебе не какой-нибудь подмастерье. Простой плотник никогда такого не сделает, это плотник, каких мало встретишь.
— И потом снова к дочери:
— Послушай-ка, дочка, каков он из себя? Старый или молодой?
— Не старый, батюшка, — говорит дочка.
— Рослый парень и собою хорош.
— Слушай, дочка, — говорят они.
— А что, если мы возьмем его тебе в мужья? Станешь ты жить с ним? Ты у нас одна-единственная — вот и вся наша семья. Если бы мы его взяли, ты была бы довольна?
— Не знаю, — говорит дочка.
— Вам лучше знать. Вы с кем захотите, с тем и свяжете мою жизнь. Сами смотрите, как он вам приглянется. Захотите дать его мне в мужья, я спорить не буду, не захотите — тоже ладно. А скажи я сама, что за него замуж хочу, без того не обойдется, что рано или поздно вы начнете меня укорять. Потому ничего говорить я не стану. Делайте, как сами решите.
— Хорошо, — сказали они.
— Сперва мы на него взглянем, а потом будем решать. Ну а теперь вынимай рис из горшка и покорми его как следует. Хорошее угощенье тоже может делу помочь.
Дочка вынула рис, слила воду и позвала парня. Наложила ему столько еды, что ему показалось, будто он на пир попал. А покуда он ел, старики его разглядывали. Видят, вроде собой недурен. Стали расспрашивать:
— Скажи, паренек, ты откуда идешь и куда направляешься?
— Я, — говорит, — из такого-то края и такой-то деревни. А отца моего зовут так-то. Я пошел мир посмотреть. Куда потянет, туда и иду. А доведется найти хорошего хозяина, останусь при нем.
— Послушай-ка, паренек, а если мы тебя к себе возьмем? — спрашивают.
— Останешься у нас?
— Подождем до утра, — просит он.
— Мне надо подумать как следует. Сейчас я ничего не скажу. Спросите меня завтра утром. Вместе это дело обсудим.