Это лето пахло по-особенному: немного приторно, немного затхло, но было в этом что-то загадочно издевательское, что-то такое, что заставляло настораживаться не только прохладными дикими ночами, но и полуденным пустынным зноем. Настораживаться и оглядываться в поисках причины этого внезапного и очень неприятного ощущения. Запах витал над домами, деревьями, травами, рекой… Этим летом было очень мало птиц, только вороньё; по улицам часто бегали крысы, а озверевшие собаки ловили их и терзали на части.
Они были другие. И очень голодные.
В планы бабушки Нади нахождение растерзанного человеческого трупа около своего дома не входило, и она отдала бы всё на свете, лишь бы этого никогда в её жизни не случилось. Тело было не просто растерзанно: его части валялись по отдельности, ничуть не составляя единое целое. Половины его вообще не было. В этот момент окрестности огласились звучным бабкиным «А-а-а-а!». Ещё через час — ближайший населённый пункт, в котором такие службы имелись, находился в нескольких десятках километров от деревни — огород кишел народом: милицией, «скорой», больше пригодившейся самой бабке Наде, и зеваками, без которых не обходилось ни одно большое событие в маленькой тихой деревне. Нахождение растерзанного трупа таким и считалось.
Настя в этот день напрочь отказалась выходить из дома, пока труп, собрав по кусочкам в огороде, не увезли. Через два часа приехали два странных человека: женщина и мужчина. Они очень долго разговаривали с кем-то из местных, а потом отправились в старый заброшенный дом. Только после этого Настя догадалась, что приехавшие — родители Велора, а убитая — Валентина Александровна. Она быстро оделась, и через пять минут уже бежала в направлении пляжа, стараясь игнорировать обеспокоенные выкрики Вики, и кровавые следы на траве в огороде.
Чёрная «БМВ» стояла около покосившейся калитки. Девушка ещё не знала, что скажет, но подошла к ней и остановилась, молча глядя на тёмные пустые окна дома. В кронах обступивших его деревьев залепетал ветер. За её спиной хлопнула дверца машины. Девушка вздрогнула и оглянулась. Перед ней стоял высокий и невзрачный на вид мужчина лет сорока пяти, небритый, коротко стриженный. С Велором его объединяли только глаза. Ничего больше.
— Что вам здесь нужно?— немного грубо поинтересовался он, внимательно оглядывая девушку. Что-то в его взгляде было, что ей не понравилось.
— Я хотела бы повидаться с Велором, — просто ответила она, не зная, что бы здесь можно было сказать, чтобы ей поверили и пропустили.
— Мне кажется, что вы ошиблись, девушка. Здесь таких нет, — холодно ответил он, хотя в его взгляде сквозило неприкрытое удивление.
— Но…
— Кто вы?
Настя вздрогнула, когда услышала за своей спиной мелодичный женский голос. Она испуганно оглянулась: перед ней стояла дама с очень надменным лицом и невыдающейся внешности. Курносая, с большими глазами, тонкими лоснящимися соломенного цвета волосами и в сером платье. Девушка почувствовала лёгкую панику, понимая, что в этих людях нет ничего, напоминающего о Велоре, словно и не был их сыном.
— Я… его подруга… мы друзья… — запинаясь ответила она, пытаясь выдержать этот суровый неприязненный взгляд.
— Да? У него никогда не было друзей, — сухо произнесла женщина, выходя из калитки. — И, думаю, никогда не будет. Уходите, девушка. Здесь вам делать нечего. — Она подошла к машине и открыла дверцу.
— Если у него есть крылья, это ещё ничего не значит, — выдохнула Настя, не собираясь уходить. Ей слишком сильно хотелось увидеть Велора. Слишком сильно, чтобы останавливаться перед неприязнью и неверием его собственных родителей. Родителей ли?
Женщина резко оглянулась. Мужчина был удивлён.
— Откуда вы знаете?!— рявкнула она, кидаясь к девушке и хватая её за плечи. — Кто вам сказал эту чушь?! Если…
— Я сама видела, — спокойно ответила Настя, глядя ей прямо в глаза. — Мы друзья.
— Видела?— женщина ослабила хватку и нервно оглянулась на своего мужа. В её стеклянных глазах сквозил немой вопрос. Через несколько долгих секунд она снова посмотрела на девушку:— Это правда?
— Да. И мне всё равно. Я хочу увидеть Велора.
— Хочешь? Хорошо… Ты сможешь побыть с ним до вечера, пока мы не вернёмся. Его нельзя оставлять одного надолго… Он начинает… сходить с ума. Пожалуйста, побудь с ним.
Настя кивнула, с удивлением обнаружив в глазах женщины слёзы. Это было так же неожиданно, как гроза осенью. Девушка этим была ошеломлена, и даже не заметила, как женщина отпустила её, села в машину и «БМВ» отъехала. Всё происходило словно в фильме. Она очнулась, только когда машина скрылась за поворотом. Девушка постояла ещё несколько секунд, а затем кинулась к дому.