Тaйны рода

И опять обморок. Не знаю сколько еще я так лежала… Когда очнулась, сползла с кровати, завернула Женечку в большой платок и вышла с ней во двор. Дальше все делала как бы видя себя со стороны: рыла землю в саду, мне казалось, что прошла вечность. Мои руки были разодраны, ногти отрывались от пальцев, но я ничего не чувствовала. Я закопала свою девочку под грушей которую посадил ее отец. Он тогда шутил: «Вот, Женька вырастит и будет тут на лавочке с кавалером сидеть».

Следующее, что я помню — иду по дороге не понимаю куда, меня подобрала машина, которая ехала в Винницу, привезли в больницу. не знаю почему я выжила, став на ноги я начала ухаживать за лежачими. Так и осталась при больнице. Потом была война, я пошла на фронт, мне говорили, что я не нормальная и, наверно, ведьма, потому как я под пули лезла в самое пекло и раненых выносила, а сама цела. А я думала, что они не правы — даже ведьма не станет есть своего ребенка, хоть и мертвого. Это была моя тайна, моя рана которая болела все сильнее. А потом война закончилась, и я поехала в Запорожье. Устроилась медсестрой в больницу. Однажды мне приснился сон, будто моя Женечка такая как до голода, веселая, щечки румяные, бежит ко мне, смеется, а я плачу и кричу: «Женечка прости, прости меня!», а она меня обняла и говорит: «Мамочка, я так рада что спасла тебя, не плачь. Ты деткам помогай». И ручками мне волосы гладит.

Проснулась я вся в слезах, даже подушка мокрая. После того много еще времени прошло. Встретила я вашего дедушку, хороший очень человек он был, Максима мне напоминал. Вот и родилось у нас двое деток. Сына Женей назвала, дочку Валентиной. Мы много работали чтоб они в люди вышли. И вот Евгений женился, ты у него родилась. Очень он тебя баловал с детства. Я его упрекала, а он говорит: «Моя принцесса получит все что захочет». Вот ты Ирина и выросла. Действительно как принцесса, но когда ты этих детишек на стоянке отогнала как собак… Знаешь, что они подумали? Нет, не злились и не ругали тебя. Они еще малы и в их сердечках и душах нет такой черствости и равнодушия, как у тебя. Мальчик подумал, что тетя очень красивая и волосы у нее красивые, вот бы их погладить. А девочка очень огорчилась, что не успела тебе сказать, что она очень хорошо помоет фары и ничего не поцарапает, и ты можешь дать им всего две гривны, а если у тебя нету денежек, то можешь дать что-нибудь «.»

Ирина слышала каждое слово, и когда бабушка Тоня умолкла, она вздохнула и хотела закричать, но потеряла сознание. Она спала и ей снилась ее жизнь, но она была не Ириной, а Тоней. Она пережила все, о чем рассказала бабушка. Как же было больно, невыносимо. Жгло грудь, сердце, голову, душу. За этот сон Ирина прочувствовала всю боль своей бабушки, весь ужас пережитого. А потом она почувствовала себя той девочкой на стоянке, которой было обидно, что она такая не расторопная, засмотрелась на красивую тетю и ничего не успела сказать, ведь видно было что тетя добрая, просто очень торопится, у нее наверное дома тоже детки голодные.

Ирина проснулась. На часах было пять утра. Она была в своей теплой постели, рядом был муж. Но она была другая. В эту ночь она узнала вселенское горе.

С тех пор Ирина действительно изменилась, она никому не рассказывала о той ночи, но она стала помогать тем, кто попал в тяжелые жизненные ситуации. И еще Ирина часто заходит в церковь поставить свечу за невинные души умерших от голодомора и за свою бабушку Тоню, за ее мужа Максима и за их Женечку«.»