Темная сторона

— Совершенно верно, коллега. Тогда как закономерность Стайла — не что иное, как иллюзия, величайшая выдумка человечества, сон, снящийся одновременно всем сразу.

В дверь постучали. Вошла очаровательная Хуанита с подносом в руках.

— Виски, джентльмены.

Когда рука Хуаниты нежно обняла завернутое в белоснежную салфетку горлышко бутылки, а первые капли виски упали на дно бокала Стенли Хоупера, Джеффри Стайл вновь подумал об ампуле с ядом и решил, что настала пора действовать. Разговор с философом-миллионером лишь на какое-то время вывел Стайла из наиболее привычного для него в последнее время состояния неуравновешенности. Пожалуй, единственное, что держало его еще в этом мире, — это извечные проблемы бытия, о которых можно было думать и спорить до бесконечности. Конечно, если бы у него были деньги — а они, по всей видимости, как он думал, очень скоро у него будут — он смог бы позволить себе и такие ставшие уже забываться развлечения, как женщины и кокаин. «Может быть, — внезапно подумал он, — именно отсутствие денег, женщин и кокаина и ввергло меня в пучину философских плутаний и состояние неуравновешенности. Хотя тот же Стенли Хоупер, обладая всем на свете, казалось, тоже ничуть не ограничивает себя в околофилософских изысках.» Как бы то ни было, Джеффри Стайл чувствовал себя очень усталым. Сейчас он хотел только одного — как можно скорее закончить дело и уйти прочь из этого излишне гостеприимного и вызывающе уютного дома. Однако он не мог уйти, не подсыпав в бокал хозяина смертоносного порошка и не поставив точку в затянувшемся и по существу малопродуктивном споре.

Точно прочитав его мысли, Хуанита выскользнула из комнаты, унося с собой последнюю толику очарования, а Стенли Хоупер подошел к распахнутому настежь окну и сделал несколько глубоких вдохов:

— Какой чудный воздух!

За несколько секунд, в течение которых Хоупер стоял спиной к своему гостю, Стайл нажал на кнопку на корпусе своих часов, высвободив ампулу с ядом, упавшую в бокал радушного хозяина дома. Едва коснувшись поверхности виски, ампула растворилась.

Стенли Хоупер вернулся к столу и, удобно расположившись в кресле, пододвинул поближе к гостю коробку шикарных доминиканских сигар «Ramon Allones».

— Итак, на чем мы остановились?

— Мы остановились на том, что закономерность не что иное, как выдумка человечества, и что миром безраздельно правит его величество Случай. Как бы то ни было, это моя принципиальная позиция, и пока вы так и не смогли, несмотря на все ваши довольно убедительные аргументы, меня в этом разубедить.

— Ладно, — предпринял новую попытку наступления неутомимый Хоупер, — попытаюсь доказать вам собственную правоту на простом примере. Вы видите эти два совершенно одинаковых бокала с виски?

— Да, конечно, — насторожился Стайл.

— Эти бокалы стоят на столе, то есть находятся в замкнутом пространстве. Их участь предопределена: налитое в них виски будет выпито, не так ли? А что, по-вашему, произойдет, если я поменяю их местами?

С этими словами Стенли Хоупер взял бокалы и передвинул их по часовой стрелке на сто восемьдесят градусов.

Джеффри Стайл почувствовал, как спина его покрылась испариной.

— Вот именно, — тут же ответил на поставленный им же самим вопрос хозяин, — с ситуативной точки зрения, ничего. Налитое в них виски будет выпито точно так же, как и раньше, не так ли?

— Вероятно, так, — неуверенно пробормотал Стайл.

— Следовательно, в замкнутом и потому строго определенном пространстве произошел довольно значительный, казалось бы, случай — мир бокалов переместился на сто восемьдесят градусов, но это не внесло существенных изменений в будущие события: виски будет выпито или, выражаясь более общо, неотвратимое произойдет, потому что ему суждено произойти, и никакой, уверяю вас, никакой случай не сможет этому помешать! Кстати, если хотите, мы можем еще больше усложнить эксперимент.

Джеффри Стайл почувствовал, как в горле у него пересохло.

— Мы можем, — воодушевленно продолжал Хоупер, — насытить наше замкнутое круговое пространство сколь угодно большим количеством случаев, а результат от этого все равно не изменится.

С этими словами хозяин вновь взялся за бокалы и стал беспорядочно менять их местами.

— Прошу вас, мистер Хоупер, достаточно, — не отрывая глаз от перемещающихся бокалов, взмолился побледневший Стайл, — вы убедили меня, клянусь, что вы меня убедили.

— В таком случае, — не без доли триумфа произнес Хоупер, — разрешите предложить тост во славу философии и давайте выпьем наши бокалы до дна.