Фандом: Гарри Поттер. В 7-й книге, из письма Лили, написанного Сириусу, Гарри узнал, что у его родителей был кот. Здесь рассказывается история этого кота.
65 мин, 27 сек 14047
Будем рассуждать логически. «Хогвартс-экспресс» привёз учеников — а заодно и меня — на станцию в Хогсмиде. Там нас встретили и рассадили по каретам. Значит, путь от Хогсмида до Хогвартса я по идее должен знать: книззлы отлично запоминают дорогу. И почему я не могу ничего вспомнить?
Тьфу, блох мне в шерсть! Я же был так измотан встречей с дементором, что уснул, едва мы сели в карету! И проснулся только в Хогвартсе. Вот я влип. Ну, что ж… Если все разумные способы исчерпаны — пришло время довериться знаменитому книззловскому чутью.
Я вышел из замка и прислушался к себе. Сразу же возникло желание что-нибудь съесть, но я мужественно отмёл эту мысль. И тогда, будто в награду за это волевое решение, чутьё проснулось. И повело меня… на поле для квиддича. Нет, мне, конечно же, хотелось как-нибудь увидеть Гарри на настоящей метле, но почему я должен сделать это именно сегодня?
Чем ближе я подходил, тем больше у меня возникало вопросов. Почему вместе со мной на квиддич устремились дементоры? Стоит ли мне присоединиться к их милой компании или лучше бежать отсюда как можно быстрее? Я как раз собирался выбрать второе, когда навстречу мне промчалась чёрная тень. И чутьё потащило меня за ней. Я старался не выпускать тень из вида, но всё равно неумолимо отставал.
Худеть. Срочно худеть. В какой-то момент мне удалось разглядеть объект преследования. Это была собака. Чёрная… «Блэк принимает форму чёрного пса», — пронеслись в голове слова Люпина.
«Сириус?! Стой!»
Сириус не мог, никак не мог услышать моё мысленное восклицание… Но он остановился и развернулся в мою сторону. Наши взгляды встретились, и я всей шерстью почувствовал его вопрос:
«Кто ты есть?»
Неужели мы сможем понимать друг друга? От радости меня словно прорвало:
«Я — книззл, которого ты со своим приятелем Люпином (который, кстати, пока не решил — убьёт он тебя при встрече или попытается выслушать) подарил Джеймсу и Лили Поттерам. Я выжил в тот проклятый Хэллоуин и знаю, что Поттеров предал не ты, а Петтигрю, который сейчас скрывается в своей анимагической форме крысы и находится под покровительством своего якобы владельца Рональда Уизли, однокурсника и друга Гарри. Я готов помочь тебе поймать Питера, но»…
«Кто ты есть?» — вдруг снова прозвучало в моей голове.
Мать моя кошка, он что, совсем ничего не понял? И мысли у него на каком-то ломаном языке. Может, мне нужно думать медленнее?
«Я. Книззл. Которого. Ты»… Драный коготь, мы так к Рождеству не управимся!
«Понимать меня ты, не? Спросить я, кто ты есть».
Это я «понимать не»? Ну, знаешь, такой наглости… Стоп. Возмущаться буду потом. Сейчас главное — установить контакт. Что я могу сделать? Таблички. Я вспомнил таблички с названиями животных в магазинчике Агнес. Попробую нацарапать на земле слово «Кот». У Агнес была табличка «Коты», значит, в моих каракулях одну букву надо убрать. Левую или правую? Ладно, уберу правую.
«Не гиппогриф, сам видеть. Звершебник ты?»
От такого слышу. Хотя… Это у него так, наверное, «анимаг» звучит.
Я помотал головой, поднял правую переднюю лапу и, указав на Сириуса, уверенно кивнул.
«Звершебник я, знаешь ты?»
Я снова кивнул. Надо придумать ещё какие-нибудь жесты для «да» и«нет», а то голова скоро отвалится.
«За мной», — раздался короткий приказ, и я побежал за Сириусом. Кажется, контакт состоялся!
— Зря я, наверное, в тот день пришёл на матч. Столько всего вспомнилось… И Джеймс, и мой первый полёт, и… в общем, все школьные годы перед глазами пронеслись. Эти твари, конечно, сразу меня учуяли и явились туда. Хорошо, что Дамблдор успел придержать Гарри в воздухе, а то была бы на моей совести ещё и гибель крестника.
Не понял. Вроде бы мы уже договорились, что Сириус не предавал Поттеров, и вдруг — такое заявление!
— Понимаешь, я ведь практически сам убил Сохатого и Лили. Ведь именно я предложил заменить себя этой крысой.
А, вот он о чём…
— Сохатый, ты совсем умом тронулся?!
— Я тебя не понимаю, Бродяга.
— Зачем ты вчера, после собрания Ордена, привел сюда меня, Хвоста и Лунатика и решал, кого выбрать Хранителем? Забыл, что в Ордене завелась крыса?
— Ты про Хвоста? Так он вместе с нами там завёлся.
— Сохатый, я сражен наповал твоим чувством юмора. Ты же прекрасно понимаешь, о чём я толкую.
— Да, я слышал о предателе. Но он не может быть кем-то из нас.
— Уверен?
— У тебя есть какие-то подозрения?
— Подумай сам. Кто на всех собраниях Ордена сидит тихо и не привлекает к себе внимания?
— Может, Флетчер? Парень явно себе на уме. Но на роль тихого и незаметного шпиона совершенно не тянет. К тому же, Дамблдор ему доверяет.
— Знаешь, Сохатый, Дамблдор доверяет даже Нюниусу. Это для меня не показатель. А подозреваю я… нашего старину Лунатика.
— Что? Ремуса?!
— И не делай круглые глаза, Джеймс! Тебе не кажется, что он удобно устроился? Пропадает каждое полнолуние, неведомо где…
— Бродяга, ты меня поражаешь! Мы же не можем, как раньше, его поддерживать. Он проводит эти дни в подвале дома своих родителей.
— А если нет? У него, похоже, деньжата завелись…
Тьфу, блох мне в шерсть! Я же был так измотан встречей с дементором, что уснул, едва мы сели в карету! И проснулся только в Хогвартсе. Вот я влип. Ну, что ж… Если все разумные способы исчерпаны — пришло время довериться знаменитому книззловскому чутью.
Я вышел из замка и прислушался к себе. Сразу же возникло желание что-нибудь съесть, но я мужественно отмёл эту мысль. И тогда, будто в награду за это волевое решение, чутьё проснулось. И повело меня… на поле для квиддича. Нет, мне, конечно же, хотелось как-нибудь увидеть Гарри на настоящей метле, но почему я должен сделать это именно сегодня?
Чем ближе я подходил, тем больше у меня возникало вопросов. Почему вместе со мной на квиддич устремились дементоры? Стоит ли мне присоединиться к их милой компании или лучше бежать отсюда как можно быстрее? Я как раз собирался выбрать второе, когда навстречу мне промчалась чёрная тень. И чутьё потащило меня за ней. Я старался не выпускать тень из вида, но всё равно неумолимо отставал.
Худеть. Срочно худеть. В какой-то момент мне удалось разглядеть объект преследования. Это была собака. Чёрная… «Блэк принимает форму чёрного пса», — пронеслись в голове слова Люпина.
«Сириус?! Стой!»
Сириус не мог, никак не мог услышать моё мысленное восклицание… Но он остановился и развернулся в мою сторону. Наши взгляды встретились, и я всей шерстью почувствовал его вопрос:
«Кто ты есть?»
Неужели мы сможем понимать друг друга? От радости меня словно прорвало:
«Я — книззл, которого ты со своим приятелем Люпином (который, кстати, пока не решил — убьёт он тебя при встрече или попытается выслушать) подарил Джеймсу и Лили Поттерам. Я выжил в тот проклятый Хэллоуин и знаю, что Поттеров предал не ты, а Петтигрю, который сейчас скрывается в своей анимагической форме крысы и находится под покровительством своего якобы владельца Рональда Уизли, однокурсника и друга Гарри. Я готов помочь тебе поймать Питера, но»…
«Кто ты есть?» — вдруг снова прозвучало в моей голове.
Мать моя кошка, он что, совсем ничего не понял? И мысли у него на каком-то ломаном языке. Может, мне нужно думать медленнее?
«Я. Книззл. Которого. Ты»… Драный коготь, мы так к Рождеству не управимся!
«Понимать меня ты, не? Спросить я, кто ты есть».
Это я «понимать не»? Ну, знаешь, такой наглости… Стоп. Возмущаться буду потом. Сейчас главное — установить контакт. Что я могу сделать? Таблички. Я вспомнил таблички с названиями животных в магазинчике Агнес. Попробую нацарапать на земле слово «Кот». У Агнес была табличка «Коты», значит, в моих каракулях одну букву надо убрать. Левую или правую? Ладно, уберу правую.
«Не гиппогриф, сам видеть. Звершебник ты?»
От такого слышу. Хотя… Это у него так, наверное, «анимаг» звучит.
Я помотал головой, поднял правую переднюю лапу и, указав на Сириуса, уверенно кивнул.
«Звершебник я, знаешь ты?»
Я снова кивнул. Надо придумать ещё какие-нибудь жесты для «да» и«нет», а то голова скоро отвалится.
«За мной», — раздался короткий приказ, и я побежал за Сириусом. Кажется, контакт состоялся!
— Зря я, наверное, в тот день пришёл на матч. Столько всего вспомнилось… И Джеймс, и мой первый полёт, и… в общем, все школьные годы перед глазами пронеслись. Эти твари, конечно, сразу меня учуяли и явились туда. Хорошо, что Дамблдор успел придержать Гарри в воздухе, а то была бы на моей совести ещё и гибель крестника.
Не понял. Вроде бы мы уже договорились, что Сириус не предавал Поттеров, и вдруг — такое заявление!
— Понимаешь, я ведь практически сам убил Сохатого и Лили. Ведь именно я предложил заменить себя этой крысой.
А, вот он о чём…
— Сохатый, ты совсем умом тронулся?!
— Я тебя не понимаю, Бродяга.
— Зачем ты вчера, после собрания Ордена, привел сюда меня, Хвоста и Лунатика и решал, кого выбрать Хранителем? Забыл, что в Ордене завелась крыса?
— Ты про Хвоста? Так он вместе с нами там завёлся.
— Сохатый, я сражен наповал твоим чувством юмора. Ты же прекрасно понимаешь, о чём я толкую.
— Да, я слышал о предателе. Но он не может быть кем-то из нас.
— Уверен?
— У тебя есть какие-то подозрения?
— Подумай сам. Кто на всех собраниях Ордена сидит тихо и не привлекает к себе внимания?
— Может, Флетчер? Парень явно себе на уме. Но на роль тихого и незаметного шпиона совершенно не тянет. К тому же, Дамблдор ему доверяет.
— Знаешь, Сохатый, Дамблдор доверяет даже Нюниусу. Это для меня не показатель. А подозреваю я… нашего старину Лунатика.
— Что? Ремуса?!
— И не делай круглые глаза, Джеймс! Тебе не кажется, что он удобно устроился? Пропадает каждое полнолуние, неведомо где…
— Бродяга, ты меня поражаешь! Мы же не можем, как раньше, его поддерживать. Он проводит эти дни в подвале дома своих родителей.
— А если нет? У него, похоже, деньжата завелись…
Страница 12 из 18
