Три галлеона

— Ты заигрался Драко, — ответ без капли сочувствия или хотя бы понимания его чувств. Это ведь была Персефона Паркинсон, чистокровная волшебница и слизеринка в лучших традициях своего факультета, впитавшая вместе с аристократизмом всю злость и надменность высшего общества. Она знала, что им с Драко суждено быть вместе, суждено стать новой лучшей семьёй среди их сословия. Именно поэтому, а ещё потому, что не привыкла отдавать своего, Пэнси поступила именно так, как поступила. Когда затевался весь этот спор, никто не верил, что всё зайдёт настолько далеко. Все знали, что эти двое на дух друг друга не переносят, ненавидят на чём свет стоит. Допустить мысль, что у них что-то склеится не смог бы даже Салазар. Но как всегда бывает, у Мерлина тоже есть чувство юмора. Пэнси заметила это первой, она же девушка. Увидела нечто новое в его взгляде однажды вечером, когда он пришёл с этой счастливой улыбкой. Он старался скрывать, но она слишком хорошо изучила это лицо, с детства разглядывала его колдографии, представляла, какими будут их дети. Потом всё и вовсе завертелось. Он постоянно ходил с этой ухмылкой, его взгляд оставался убийственным для всех, кроме мерзкой гриффиндорки. Эти переглядки, как будто никто не видит, раздражали. Бесило то, что Драко перестал думать о споре, а просто строил отношения. Пару раз Пэнси спрашивала Тео, но тот лишь отшучивался в своей привычной манере «я скажу красиво, но только ты не обижайся». Эти два дружка стали выглядеть ещё обособленней, как будто у них был общий секрет, о котором больше никто не знает, но Пэнси знала. Поэтому решила пресечь эти, даже подсознание отказывалось это принимать, чувства. Она знала, в какую сторону пойдёт Грейнджер после ужина, поэтому поджидала её и поведала всю правду.

— Кто позволил тебе, Паркинсон, лезть во всё это? — Драко был зол, его гневный взгляд сверлил лицо однокурсницы, но она стойко переносила все эти нападки.

— А ты предлагал мне оставить всё как есть? — девушка тоже начала нервничать. Неужели всё зашло дальше, чем она предполагала. — Очнись, Драко. Это был спор, а ты, кажется, забыл об условиях.

— А тебе не приходило в голову, что это не твоё дело?! — Малфой старательно подбирал слова, чтобы не сорваться и не выдать себя окончательно. В гостиной было не так много народу, мало кто засиживался до самой ночи, но Драко не спалось, что было вполне понятно. Тео как истинный друг, хоть и его сочувствие парень «мягко» отшил, сидел в кресле, поджав ноги, и натирал глаза, чтобы не уснуть. Пэнси осталась в надежде, что Драко потребуется утешение и она окажется рядом.

— Вот тут ты ошибаешься, Малфой, — слизеринка перешла на шипение, видно её уже раздражало то, что парень злится на неё из-за этой грязнокровки. — Если ты забыл, то я напомню, что тебя ждёт большое будущее. Рядом должны быть только достойные люди. Мне бы не хотелось, чтобы мой будущий муж запятнал себя связью с гряз…

— Заткнись, — волна гнева навалилась с новой силой. Малфой просто бурлил от гнева и схватил девушку за локоть. Нотт беспокойно вскочил с кресла.

— Ну всё, Драко, успокойся, — примирительно сказал Тео, освобождая от цепких пальцев Малфоя руку девушки. Драко глубоко вздохнул и подчинился, предварительно сверкнув на друга злым взглядом.

— Пэнси, — выпрямив спину и вернув лицу привычное выражение холода и надменности, произнёс Малфой. — Я отменяю всю договорённость между нашими семьями. Теперь ты сама по себе. Желаю удачи.

Девушка раскрыла рот, не веря своим ушам. В голову стукнуло осознание того, что она натворила. Она ведь всего лишь спасала его, их, репутацию, но вот чего добилась. Она уставилась на Тео в бессильном молчании, ошеломлённо глядя прямо в глаза. Сам Нотт был так же огорошен этой новостью, но он полностью понимал Драко, если его конечно вообще можно было понять. Один он не останется сто процентов, в Англии есть ещё немало чистокровных семей, для которых Малфои свет в окне, но Тео не ожидал, что с этим на первый взгляд шуточным спором всё так серьёзно изменится. На весь ужас и непонимание Пэнси он мог ответить лишь неопределённым пожатием плеч. Что он должен ей сказать? Девушка сама растоптала свою мечту. Грустно, но что поделать, Тео был другом другой стороны и ему было практически не жаль Пэнси, которой теперь не светила фамилия Малфой.

— Неужели ты влюбился в эту грязнокровку?! — отчаянный крик огласил всю гостиную. Драко остановился на пути к спальням. Тео тоже замер.

Лёгкий полуоборот, уничтожающий взгляд:

— Это тебя не касается, — ледяной голос, от которого девушка съёжилась. Ещё шаг в сторону спальни, оборот, как будто забыл что-то сказать. — Не смей называть её грязнокровкой. Теперь это только моя прерогатива.

Глава тринадцатая

Когда стадия игнора и злости внутри проходит, наступает стадия «выплесни всё наружу», а особенности на ни в чём не повинных людей. Желательно на друзей, которые всё стерпят и не будут на тебя злиться.