Триггер

Продолжать упорствовать после подобной отповеди мог только жадный до власти самодур, каким Форвард никогда не был, и он, смиренно вздохнув, кивнул, соглашаясь. Правда, удержаться от шпильки все-таки не смог и обратился к скромно молчавшему дракончику:

— Ладно, с мисс Рэрити все понятно, а у вас какая специализация, юноша?

— Исследование остаточных магических сигнатур и первичный поведенческий анализ, — беспечно бросил в ответ Спайк к восторгу ошалевшей от подобного публики. Кто-то просто застыл на месте, раскрыв от удивления рот; кто-то — по всей видимости, Брайт Майнд — закашлялся, не ожидая таких терминов от детеныша дракона; а Шарп откровенно веселился, ехидно поглядывая на коллег. Сам же Спайк внутренне ликовал: эту фразу он заметил в одной из книг, изученных вместе с Твайлайт, и запомнил, собираясь при случае поразить Рэрити своей просветленностью. План с блеском удался: во взгляде кобылки искреннее изумление смешивалось с гордостью за друга.

— Будет впредь наука — не смеяться зазря над молодежью! Продвинутая она нынче! — рассмеялся Стрэйт, вновь обретя способность связно выражать свои мысли. — Ладно, господа, давайте продолжим. Может, и вправду до чего дельного додумаемся…

Реализовать эту несомненно правильную задумку командиру помешал буквально ворвавшийся в комнату Айрон Сайт.

— Боюсь, у нас снова проблемы, — переведя дух, выпалил он. — Что бы здесь не происходило, теперь это проблема не только Кантерлота…

Небольшая темная тучка, возникшая над Понивиллем в середине дня, выглядела странно. Во-первых, в лазурном небе она была одинока, а ближайшие ее товарки виднелись далеко у линии горизонта. Во-вторых, ее появление нарушало суточный план городской погодной команды, намеревавшейся порадовать жителей поистине летним теплом. И в третьих, уж больно целеустремленным было ее движение…

Земной пони, приглядывавший за главным входом понивилльской больницы, если и был готов к неким неожиданностям, то точно не к таким: спикировавшее, словно разъяренный атакующий грифон, облако явно стало для него сюрпризом. Еле успев убраться с пути своевольного атмосферного образования, жеребец сумел заметить, что его толкают перед собой два пегаса. А в следующий момент, с грохотом распахнув двери, незваные гости скрылись внутри.

Нарушители стремительно неслись по коридорам, ловко проходя повороты и расталкивая оказавшихся на их пути сотрудников, а иногда — даже пациентов. Пытавшиеся остановить тучу медсестры в своем благом начинании не преуспели, но все же смогли несколько задержать ее продвижение, и теперь на ее пути выросла преграда посолиднее: пара рослых санитаров перегородили очередной проход массивной каталкой, приготовившись к встрече.

Облако резко затормозило, и из его недр показалась хрупкая на вид кобылка с сине-зеленой шерсткой и оранжевой гривой. Склонив голову к притороченному на боку странному металлическому цилиндру, она резко рванула круглую крышку; с глухим шипением из горлышка сосуда плотными клубами выплеснулась белесая дымка, жадно поглощая окружающее пространство и скрывая фигуры многочисленных собравшихся пони. В помещении резко похолодало, повлажнело. В заполненном расконсервированным туманом коридоре началась активная возня, раздались сдавленные вскрики, вот только тучка, по-тихому обойдя своих преследователей, уже скрывалась в глубине больницы.

Безумная гонка подошла к концу, когда нападавшие достигли своей цели — неприметной двери на подвальном этаже, на которой крепилась табличка с общеизвестным символом повышенного магического фона — искрящейся пятиконечной звездочкой. Вновь из облака показалась желтая кобылка, а вслед за ней — ее напарница бледно-сиреневого цвета с серебристой, слегка растрепанной гривой. Несколько мощных ударов — и преграда сдала свои позиции под напором не считавшихся с ушибами и царапинами пегасов, открывая вход в небольшое служебное помещение. В комнате, едва насчитывающей в длину десяток шагов, царил полумрак, разбавленный мерцающим бледно-голубым сиянием. Источник его располагался у дальней стены, в неглубокой нише, где в восходящих потоках струящейся волшебной энергии левитировали шесть кристальных пирамидок.

Позади нарастал шум погони, но было уже поздно: сиреневая кобылка резко ткнула тучу в пухлый бок, и сверкнувшая яркая вспышка на мгновение превратила все вокруг в негатив. В воздухе пахнуло озоном. Ветвистая молния ударила в парящие артефакты, буквально впитываясь в окружающее их магическое поле. Испытав чудовищную перегрузку, засветились, проявляясь, энергетические каналы в стенах; разгорелись, слепя глаза, лампы, не справляясь с проходящей через них мощью; наперебой застрекотали подключенные к сети целебные и диагностические артефакты, рапортуя о неисправностях в чарах. А затем раздался звонкий треск, и в коридорах больницы с потолка посыпались осколки стекла…