Сборник рассказов, посвящённых теме столкновения людей с дьяволом в его многочисленных обличьях и проявлениях. Враг рода человеческого таится в глубине шахты, найденной на старом кладбище; он же обитает в подвале разрушенного дома, в древней могиле, в человеческом черепе и даже в мелкой безделушке. И предстаёт он то в образе строителя-алкаша, то пожилого добропорядочного горожанина, то утопленника, то предводителя банды молодых вампиров. И это он прячется за дверью с изображением паука, поджидая своего часа, и он же носится по городским улицам в новогоднюю ночь, превращая людей в лёд…
— Разве нет? — Шихан с усилием растянул губы в улыбке. — Ну так никого ж не зашиб, а дело это можно уладить.
Дрожащей рукой он полез в карман за бумажником, и внезапно вспомнил, что оставил бумажник в другой куртке. Он оцепенел от ужаса и снова, почти помимо воли, покосился на ботинки. Бурые разводы выдавали его с головой.
— Документики ваши, — сказал гаишник тем же тоном.
Шихану показалось, что блюститель порядка усмехается.
Медленно, как в трансе, он потянулся к бардачку. Вместе с водительскими документами там должен лежать заряженный пистолет. Вогнать в наглого мента пару пуль, выскочить из машины и бежать!
Пистолет, и правда, был в бардачке. Там же, вместе с водительскими правами, к большому облегчению Шихана, лежали и деньги. На глазах у милиционера он отсчитал пять стодолларовых купюр и вложил их в права. Страж порядка оживился.
— Нарушение серьёзное, надо протокол составлять!
— А может, без протокола, начальник?
Шихан протянул ещё пятьсот долларов.
Гаишник молча вернул права. Бандит взялся за руль и бросил джип в самую гущу машин, проклиная ментов и московские пробки.
Был второй час дня, когда он добрался до старинного особняка, в полуподвале которого располагался офис «академика ноосферных наук». Бандит решительно прошёл через приёмную, даже не взглянув на засуетившуюся секретаршу. Охранник в чёрном поспешил отойти в сторону, давая ему дорогу.
Едва не оторвав бархатную дверную портьеру, Шихан ввалился в комнату, в которой происходили его встречи с магом. Фимы здесь не было, но вбежавшая следом запыхавшаяся секретарша сообщила, что господин Авалон освободится через десять минут.
— Уйди отсюда! — прорычал бандит. — У меня к нему серьёзный разговор!
Она тут же исчезла.
С минуту он мерил комнату большими шагами, задевая свисавшие с потолка прозрачные шары, а потом подошёл к дверце, откуда обычно входил Галкин. Дверца была заперта. Глухо заревев от нараставшего гнева, сжимая кулаки, бандит высадил её плечом, прошёл сумеречным коридором и, увидев дверь, из которой пробивалась полоса света, рывком раскрыл её.
В небольшой полутёмной комнате над широкой двуспальной кроватью горел ночник. Голый Фима, обхватив ногами сразу двух голых девиц четырнадцати лет, слушал то, что ему говорили по мобильнику. Ясно, что магу звонила секретарша, предупреждая о визите Шихана.
Раздражённый Шихан двинулся к нему, намереваясь врезать ему ногой по тощей заднице. Маг с трубкой у уха повернулся, увидел перекошенное злобой лицо бандита и проворно спрыгнул с кровати. Испуганные девицы закрылись от Шихана подушками.
Галкин торопливо облачился в балахон, сунул ноги в шлёпанцы. На его лице появилась дежурная улыбка.
— Что-то не так? — спросил он. — Не подействовать не могло, я ведь начертил на чаше очень сильные руны.
— Ты мне, гад, туфту подсунул, — бандит, сопя, начал обходить кровать. — Липу мне замастырил. Использовал меня, как шестёрку!
Фима замахал девочкам.
— Ступайте отсюда, ступайте!
Как только он их вытолкал из комнаты, Шихан взял его за шею.
— Какие такие руны ты начертил, а? — проревел бандит. — Давай, рассказывай, как ты задурил мне голову, чтобы я всех пацанов перекнокал!
— П-пацанов? — заикаясь от страха, переспросил маг.
— Я выпил из твоей чёртовой чаши, а потом, как дурак, ждал прихода Гаврика…
— И он не пришёл?
— Не было никакого Гаврика! — Разъярённый Шихан ещё сильнее стиснул его шею и начал трясти. — Я стал ходить по дому и мочить пацанов! Одного за другим! Я был не в себе! Я не понимал, что делаю! Это всё твоё колдовство!
— Нет… — прохрипел посиневший маг. — Это Гаврик… Его дух…
— Ты задумал сжить меня со света, пидор гнойный, признайся!
— Отпусти… Послушай…
Шихан ослабил хватку. Фима, потирая шею, опустился на кровать.
— Я всё сделал точно по древним рукописям, — отдуваясь, заговорил он. — Я держал чашу в центре пентаграммы всю ночь, чертил на ней руны кровью девственницы, целый час читал заклинания… И всё для того, чтобы душа Гаврика явилась тебе и открыла тайну спрятанных денег…
— Ты сказал, что она будет мне покорна!
— Но ещё я сказал, что при общении с духами ни в чём нельзя быть уверенным до конца, — Галкин смотрел на бандита слезящимися от страха глазами. — К тому же, этот метод я применил впервые. Я не мог знать в точности действия тех рун… Они, безусловно, подействовали, но, похоже, не совсем так, как мы предполагали…
— Гнида, ты зомбировал меня!
— Нет, нет! — Маг увернулся от протянутой руки Шихана. — Спорить готов, что душа Гаврика всё-таки являлась тебе! Она не могла не явиться! Вспомни, как было! Вспомни!
Шихан, тяжело дыша, чувствуя, как удары сердца отдаются в висках и пот стекает по спине, тоже опустился на кровать. В памяти всплыли слова Гундоса о том, что он смеётся как Гаврик, и его лицо исказила гримаса ужаса.
Это не укрылось от мага.