Тварь на лестничной клетке

Несколько слоев рванины смягчили удар, но он все равно сбил Вовку с ног. Тварь пробиралась к нему, путаясь в тряпках. Вовка принялся лихорадочно набрасывать их на нее. Он чувствовал жар, исходящий от ее лоснящегося тела, чувствовал как быстро и настойчиво работают ее руки, пытаясь освободиться. Медлить было нельзя. Вовка выбрался из-под визжащего кома и поспешил к участковому. У него должен быть пистолет. Пистолет!

Тело лежало под проломом лицом вниз. Вовка увидел дыру на куртке, там, где тварь воткнула свой мерзкий хобот. Голова и шея у участкового были в крови. Стараясь не смотреть на него, Вовка стал нащупывать ремень. Тело казалось удивительно мягким, как-будто резиновым. «Он переваривается!» — с ужасом подумал Вовка. Сзади верещала тварь. И тут его рука наткнулась на кобуру. Он расстегнул ее и вытащил пистолет. В нос ударил запах машинного масла. Оружие оказалось тяжелым, но Вовке было наплевать. Эта шанс. Единственный шанс. Он оттянул предохранитель, как это делали в его любимых фильмах, и обернулся, светя фонарем.

Тварь почти выбралась из ловушки, только одна рука все еще не могла освободиться. Она увидела пистолет и стала рваться еще яростнее. «Гадина», — сказал Вовка вслух и спустил курок. Звук выстрела оглушил его, пистолет сильно ударил по больным рукам, и Вовка выронил его. «Это конец», — подумал он и потерял сознание.

Ему повезло. Единственный выстрел угодил прямо в центр черной туши, почти разорвав ее пополам. Из большой раны стала вытекать густая вонючая жидкость. Тварь верещала и дергалась, но уже не могла сдвинуться с места. Через несколько минут она затихла, и только капающая вода нарушала повисшую тишину.

ЭПИЛОГ.

Вовку нашли через час. Наряд милиции осмотрел подъезд, вызвали скорую и спасателей. Когда поднимали тело участкового, у него отвалилась голова и укатилась вглубь подвала.

Еще через десять минут подъехал небольшой грузовик с военными номерами. Солдаты погрузили в него тело и то, что осталось от твари. Несколько человек получили отравление, надышавшись ядовитыми испарениями.

Вовку доставили в больницу, где он пролежал без сознания два дня. Когда он пришел в себя, у его кровати сидел человек в черном костюме. Он задал Вовке несколько вопросов, но ответов не получил. Частичная амнезия и травматический шок. Вовка помнил только, как закрывали дверь подъезда. На четвертый день у него началась лихорадка, резко подскочила температура. Большинство открытых участков его кожи покрывали ожоги.

Его выписали через месяц. Он почти ничего не говорил, много спал. Назначили консультации у психолога.

Подъезд был опечатан. Ничего аномального в нем так и не нашли. А через полгода, когда все улеглось, туда снова стали приходить подростки. И рассказывать страшные истории.