У меня космическое сознание, а не мозги отмороженные

Калерия знала, что такое пост. Это значит, нежирная пища. Но, ведь, если нельзя мясо, то никто не скажет, что кости нельзя, поскольку кости — это не мясо. И вот, постящийся сидит и гложет кость. Считает, что батюшка его не переспорит, если кто-то из прихожан заложит его этому святоше. Да, и, такой ли уж он сам — ангел с крылышками? Сам что ли ни разу не согрешил в пост? Так что Калерия лично для себя слово «пост» заменила на«лечебное голодание». То есть, если она чего-то хотела, то молилась, чтоб получить желаемое не сиюсекундно, как молятся все эти лицемеры (те, кто в пост делают скорбные лица, чтоб никто не заподозрил, что они там втихаря тушенку хомячат; ну, или гложат кость — собачью), а долго, в течении нескольких суток. Она усиленно просила этого, просила, и ни сегодня-завтра, а оно приходило. Тем более, что у девушки имеется некоторый, скромный опыт в своевременном получении любого результата, который у нее горит.

Так она и сейчас решила поступить, когда поняла, что от того парнишки ничего не получит, даже, если начнет его соблазнять и предлагать себя в обмен на инфу. Да и что же это за «инфочка» там такая, что требует такого рода жертвоприношений? Наверняка, какая-то подделка.

А ведь до того, как этот Лёха подошёл к ней в трамвае, она спокойно жила себе, и нужд не знала. Так бы и дальше жила, если б Лёха не оказался тем самым субчиком, который не из робкого десятка. То есть, он, конечно, нерешительный, но, ведь набрал силы воли…

3.3

Так она голоданием и занималась, до тех пор, пока не шла как-то вечером через темную подворотню и к ней не подошел какой-то «жердь».

Он вышел из темноты, но двигался так грациозно, словно не был человеком. Он, как будто бы привидение: длинный, костлявый, и опасный, как дьявол.

— Кончай меня звать, — рявкнул он ей.

— Что? — на секунду опешила девушка.

— Я на твой зов пришел.

— Чего? Молодой человек, вы в своем уме? Вы с кем сейчас разговариваете… — посыпались из нее придурковатые вопросики.

— Ты звала меня, как вампирша из фентези зовет свою жертву. Теперь поняла? Вампирша не ест, не пьет, а только зовет-зовет… То есть, чтоб жертва сама пришла в подворотню, где ее ждет вампирша.

— Вообще-то, подкарауливала сейчас не я. Или ты хочешь поспорить на эту тему? Сказать, что я всё время здесь сидела, тебя звала, а ты явился — не запылился.

— Дело не в том, кто первый, кто второй пришел.

— А в чем же? А то я что-то запуталась.

— В том, чтоб ты больше не звала меня.

— А ты знаешь, что из-за тебя умер мой парень? Его во сне съели, а он истек кровью наяву и исчез наяву тоже. Хотя, я сама видела то, что его кусали.

— Нет, не знаю и знать не хочу.

— То есть, ты хочешь сказать, что, если я от тебя не отстану, то со мной случится то же самое, что и с ним?

— Нет, не случится.

— Действительно?

— Не «действительно», а во сне. Ведь ты говоришь, что его во сне слопали?

— А, то есть, со мной не случится во сне. Случится наяву. Н-да, велика разница! Даже очень велика…

— Если не хочешь, чтоб случилось, не зови. Ты поняла, на фиг? Потому что, не я приду, дак второй придет.

— А, то есть, вас двое.

— Да, двое, на фиг.

— И придет, чтоб убить. Слышь, а чё, если против вас найдется тот, кто сильнее и убивать будет ВАС? Что ты на это скажешь? Тоже будешь стоять перед ним, пальцы гнуть и строить из себя крутого?

— Я не про убить говорю.

— А про что?

— Про «вести переговоры».

— А толку от этих переговоров?

— Просто ты не поняла, почему нас двое. Если хочешь, то объясню. Например, я всё это время, сколько ты голодаешь, слушаю твой зов. У меня за это время появилась проблема. Она заключается в том, что ты мне жутко надоела. Поэтому — что я делаю, если ты ни в какую не угомонишься? Посылаю вместо себя человечка и он решает все непонятки. Поняла, в чем фишка? В том, что он не слушал весь этот твой зов, но похож на меня, как две капли воды. Так сильно похож, что ты даже подумаешь, что это я и есть, просто придуриваюсь, будто до этого ты мне ни шиша не надоела. Ну что, теперь поняла? Так что, лучше не зови меня никогда больше.

Теперь она поняла, в чем хитрость. Это была игра в доброго-злого полицейского. Принцип игры: пока злой полицейский остывает, то вместо него фунциклирует добрый, а потом, когда двое полицейских опять сменились, то кажется, что это был один и тот же человек. Просто, иногда он выходит из себя, а не так, что один постоянно злой, а второй постоянно добрый и они не меняются, потому что единица на два не делится.

— Я поняла, что ты сказал. Но, кроме «понять», нужно еще и поверить. Как ты объяснишь, что со мной ничего не будет, потому что вместо тебя придет твой двойник и будет со мной разговаривать. И о чем же он будет говорить? О том же, о чем и ты? Сказать-то вроде нечего.

— Я могу тебе передать его слова.

— Ну, интересно…

— Он скажет, что устроит теракт.

— Теракт?