Утром синоптики предупреждали, что ожидаются кратковременные осадки, но уже к десяти часам утра небо заволокло низкими тучами, и дождик с переменным успехом наладился на целый день. Он лил и лил не давая ни поблажек ни пощады, и весь обед Алексей уныло смотрел в окно, как по асфальту стремительно течет, чуть ли не месячная норма осадков. Из-за дождя настроение стало каким-то унылым и угрюмым…
130 мин, 16 сек 9005
— Я все видела.
— Потом…
— Я видела, как он убил его. Он придет снова и убьет.
— Кто? — в дверях стоял Крюков, подоспевший как всегда вовремя. Он представился и опять спросил, не смотря на возражения Леши. — Кого вы видели?
— Дайте же ей отдохнуть, — проскрежетал зубами Леша, пребывая в тихом бешенстве от общения с этим человеком.
— Ничего, я в порядке. Я расскажу.
— Можно с самого начала? — попросил следователь, пододвигая стул ближе к койке и доставая небольшой блокнотик для записей ключевых моментов.
Лили помолчала, набираясь смелости озвучить все произошедшее.
— После встречи с Алешей, я купила продукты и сразу поехала домой. — Вдумчиво и неспешно начала Лили свою леденящую душу исповедь. — Мне казалось, что меня кто-то тихо завет. Я слышала это на кладбище утром, потом в маршрутном такси, когда оно остановилось на остановке. Кто-то опять позвал, но я так никого не узнала среди людей. Я не придала значения, но теперь мне кажется, что она следила за мной.
Лили взглянула на брата. Пожалуй, лучше бы сначала рассказать все ему, а уже потом выносить на всеобщее обсуждение. Она так и поступила бы, если не убили Виктора. Если бы страх не сжимал ее сердце каждый раз, когда она начинала думать над приближающимися событиями. Если бы все ее существо не робело от собственной беспомощности перед приближающимся неудержимым злом. Лили бы промолчала, как молчала и ранее, но сейчас, когда пролилась кровь, ее молчание стало бы не меньшим злом, чем зло убийцы.
— В квартире никого не было, когда я пришла, — продолжила Лили. — Приготовила ужин. Позвонить хотела Леши, но сотовым он не пользуется. В принципе я знала, где он, и что он рано или поздно придет. Просто мне было как-то страшно внутри. Вам бывает страшно?
— Бывает, — сознался Крюков. — Бояться не стыдно. Стыдно говорить, что ничего не боишься, и при этом умирать со страху.
— И мне было страшно. Вроде бы все хорошо, а все равно очень страшно. Меня даже руки дрожали целый день. Я мерзла. В душе такая паника была и суета, что я хотела попросить Лешу пожить немного у меня. Виктор уже давно не заходил, а я очень не люблю оставаться одна. У меня начинается депрессия, а тут еще постоянный дождь и холод.
— Вы хотели позвонить, но не позвонили, а потом? — следователь осторожно вернул отвлекшуюся Лили к повествованию событий.
— Потом закипел чайник.
— Да, я обратил внимание, что он полностью выкипел.
— Выкипел, — в ее глазах блеснул ужас, по лицу скользнула гримаса пережитого безумия, и Лили заговорила обрывисто с нервными интонациями. — Я выключила конфорку. Чайник продолжал кипеть. Он выл. Плескался. Прыгал на решетке. Но газ я выключила. Потом увидела, как кто-то прошел в комнату. — Лили сильнее сжимала руку брата. — Думала это Леша. Побежала в комнату. Включила свет. Все взорвалось. Чайник сильно свистел. А в комнате уже стояла она. Она ничего не делала. Только стояла. Я так испугалась. Я ничего не слышала из-за чайника. Я кричала, но не слышала, как я кричала.
Лили замолчала, закрывая лицо ладонями.
— О господи, о господи, — шептала она, давясь вернувшимся ужасом. — О господи…
Алеша обнял ее, и Лили жадно вцепилась в брата.
— А когда пришел Виктор…
— Угомонитесь же! — оборвал его Алеша.
— Я не видела, как он пришел, — всхлипывая и вздрагивая, заговорила Лили, отпустив брата. Тот был явно недоволен, что она продолжает изводить себя. — Мне сразу стало плохо. Я опустилась на пол и не могла пошевелиться. Она стояла передо мной и смотрела на меня, а я не могла отвести от не глаз. Мне было очень страшно. Я только видела, как что-то большое пролетело мимо меня и упало посреди комнаты. Это был Виктор. Он еще дергался. Из его головы торчал топор, а тело все дергалось. А потом стало так тихо. Совсем тихо и страшно. Я услышала его шаги. Он шел в комнату. — Резкими фразами бормотала она. — Я хотела убежать, но не могла пошевелиться. Он был совсем рядом. От него жутко воняло. Он хотел войти, но дверь закрылась. Она ее закрыла. Он стал стучать в дверь. Кричать. Она не пускала его. Я заметила, как он чуть приоткрыл дверь, просовывая за мной руку. Я сидела рядом с дверью. Не могла пошевелиться. Он бы дотянулся до меня и тоже убил. Он почти схватил меня за плечо. Но она набросилась на меня. И я точно провалилась в яму. Она так сильно держала меня, что я кричала от боли. Мы падали так быстро. Мне казалось, что мы падаем, но она уносила меня от него. Я ничего не видела, только темноту и ее. А потом очнулась уже здесь, и мне показалось, что я сплю.
Лили замолчала, уставившись на бледного брата.
— Выходит, Он убил Виктора? — спросил следователь.
— Да, — тихо подтвердила Лили, даже не взглянув на Крюкова.
— Вы его видели?
— Нет.
— Опознать сможете?
— Не знаю. Я помню его запах.
— Чем он пах?
— Смертью.
— Угу, — Крюков понимающе закивал головой, пробегая глазами по отрывистым заметкам в блокноте, — Но женщину вы опознать можете?
— Да.
В глазах следователя вспыхнул огонек хищника, почуявшего жертву.
— И?… — нетерпеливо поторопил он.
— Это Жанна.
— Потом…
— Я видела, как он убил его. Он придет снова и убьет.
— Кто? — в дверях стоял Крюков, подоспевший как всегда вовремя. Он представился и опять спросил, не смотря на возражения Леши. — Кого вы видели?
— Дайте же ей отдохнуть, — проскрежетал зубами Леша, пребывая в тихом бешенстве от общения с этим человеком.
— Ничего, я в порядке. Я расскажу.
— Можно с самого начала? — попросил следователь, пододвигая стул ближе к койке и доставая небольшой блокнотик для записей ключевых моментов.
Лили помолчала, набираясь смелости озвучить все произошедшее.
— После встречи с Алешей, я купила продукты и сразу поехала домой. — Вдумчиво и неспешно начала Лили свою леденящую душу исповедь. — Мне казалось, что меня кто-то тихо завет. Я слышала это на кладбище утром, потом в маршрутном такси, когда оно остановилось на остановке. Кто-то опять позвал, но я так никого не узнала среди людей. Я не придала значения, но теперь мне кажется, что она следила за мной.
Лили взглянула на брата. Пожалуй, лучше бы сначала рассказать все ему, а уже потом выносить на всеобщее обсуждение. Она так и поступила бы, если не убили Виктора. Если бы страх не сжимал ее сердце каждый раз, когда она начинала думать над приближающимися событиями. Если бы все ее существо не робело от собственной беспомощности перед приближающимся неудержимым злом. Лили бы промолчала, как молчала и ранее, но сейчас, когда пролилась кровь, ее молчание стало бы не меньшим злом, чем зло убийцы.
— В квартире никого не было, когда я пришла, — продолжила Лили. — Приготовила ужин. Позвонить хотела Леши, но сотовым он не пользуется. В принципе я знала, где он, и что он рано или поздно придет. Просто мне было как-то страшно внутри. Вам бывает страшно?
— Бывает, — сознался Крюков. — Бояться не стыдно. Стыдно говорить, что ничего не боишься, и при этом умирать со страху.
— И мне было страшно. Вроде бы все хорошо, а все равно очень страшно. Меня даже руки дрожали целый день. Я мерзла. В душе такая паника была и суета, что я хотела попросить Лешу пожить немного у меня. Виктор уже давно не заходил, а я очень не люблю оставаться одна. У меня начинается депрессия, а тут еще постоянный дождь и холод.
— Вы хотели позвонить, но не позвонили, а потом? — следователь осторожно вернул отвлекшуюся Лили к повествованию событий.
— Потом закипел чайник.
— Да, я обратил внимание, что он полностью выкипел.
— Выкипел, — в ее глазах блеснул ужас, по лицу скользнула гримаса пережитого безумия, и Лили заговорила обрывисто с нервными интонациями. — Я выключила конфорку. Чайник продолжал кипеть. Он выл. Плескался. Прыгал на решетке. Но газ я выключила. Потом увидела, как кто-то прошел в комнату. — Лили сильнее сжимала руку брата. — Думала это Леша. Побежала в комнату. Включила свет. Все взорвалось. Чайник сильно свистел. А в комнате уже стояла она. Она ничего не делала. Только стояла. Я так испугалась. Я ничего не слышала из-за чайника. Я кричала, но не слышала, как я кричала.
Лили замолчала, закрывая лицо ладонями.
— О господи, о господи, — шептала она, давясь вернувшимся ужасом. — О господи…
Алеша обнял ее, и Лили жадно вцепилась в брата.
— А когда пришел Виктор…
— Угомонитесь же! — оборвал его Алеша.
— Я не видела, как он пришел, — всхлипывая и вздрагивая, заговорила Лили, отпустив брата. Тот был явно недоволен, что она продолжает изводить себя. — Мне сразу стало плохо. Я опустилась на пол и не могла пошевелиться. Она стояла передо мной и смотрела на меня, а я не могла отвести от не глаз. Мне было очень страшно. Я только видела, как что-то большое пролетело мимо меня и упало посреди комнаты. Это был Виктор. Он еще дергался. Из его головы торчал топор, а тело все дергалось. А потом стало так тихо. Совсем тихо и страшно. Я услышала его шаги. Он шел в комнату. — Резкими фразами бормотала она. — Я хотела убежать, но не могла пошевелиться. Он был совсем рядом. От него жутко воняло. Он хотел войти, но дверь закрылась. Она ее закрыла. Он стал стучать в дверь. Кричать. Она не пускала его. Я заметила, как он чуть приоткрыл дверь, просовывая за мной руку. Я сидела рядом с дверью. Не могла пошевелиться. Он бы дотянулся до меня и тоже убил. Он почти схватил меня за плечо. Но она набросилась на меня. И я точно провалилась в яму. Она так сильно держала меня, что я кричала от боли. Мы падали так быстро. Мне казалось, что мы падаем, но она уносила меня от него. Я ничего не видела, только темноту и ее. А потом очнулась уже здесь, и мне показалось, что я сплю.
Лили замолчала, уставившись на бледного брата.
— Выходит, Он убил Виктора? — спросил следователь.
— Да, — тихо подтвердила Лили, даже не взглянув на Крюкова.
— Вы его видели?
— Нет.
— Опознать сможете?
— Не знаю. Я помню его запах.
— Чем он пах?
— Смертью.
— Угу, — Крюков понимающе закивал головой, пробегая глазами по отрывистым заметкам в блокноте, — Но женщину вы опознать можете?
— Да.
В глазах следователя вспыхнул огонек хищника, почуявшего жертву.
— И?… — нетерпеливо поторопил он.
— Это Жанна.
Страница 11 из 36
