Утром синоптики предупреждали, что ожидаются кратковременные осадки, но уже к десяти часам утра небо заволокло низкими тучами, и дождик с переменным успехом наладился на целый день. Он лил и лил не давая ни поблажек ни пощады, и весь обед Алексей уныло смотрел в окно, как по асфальту стремительно течет, чуть ли не месячная норма осадков. Из-за дождя настроение стало каким-то унылым и угрюмым…
130 мин, 16 сек 9007
Леша ошеломленно отпрянул.
— Жанна? — переспросил Крюков. — Кто такая Жанна?
— Никто, — грубо отрезал Алеша.
— Кто такая Жанна? — напористо повторил следователь.
— Моя жена.
— Постойте. Вы же сказали, что она умерла год назад.
— Умерла.
— Вы видели покойную Жанну? — уточнил он, обращаясь к расплакавшейся Лили.
— Да. Я видела Жанну. Она вернулась.
— Не говори глупостей! — ожесточился Леша. — Жанна мертва. Ее вырезали из машины и по частям сложили в гробу. Ты сама видела, как ее закопали. Лили подумай, что ты несешь!
— Я говорю то, что видела! — в слабом голосе внезапно зазвенел металл. — Жанна вернулась! Я не знаю причин. Но она здесь и она не успокоится. А этот урод пришел следом за ней! Не знаю за ней ли или просто вышел из ада свежим воздухом подышать и головы порубить! Я не знаю! Но я говорю то, что я видела! Я еще в своем уме! И только посмей назвать меня чокнутой! — вдруг ее взгляд полный гнева обратился к притихшему следователю и тот даже подпрыгнул на стуле. — Это и вас касается! Не смейте шептаться за моей спиной, будто я чокнутая! Не верите мне сейчас, то захлебнетесь в крови. Я сказала правду!
— Кто бы сомневался, — улыбнулся он, соглашаясь.
В палату поспешно вошел Стогов с санитаром, быстро прижали к койке взбунтовавшуюся девушку. Ее криков о помощи, Леша не выдержал и хотел помешать врачам, но Крюков придержал его необдуманный порыв.
Лили вырывалась с невероятной силой. С ней не справлялись даже двое крепких мужчин. Когда игла воткнулась в ее плечо, и Стогов не церемонясь, сделал укол, она взвыла каким-то чудовищным утробным голосом. Содрогнулась, изогнулась всем телом, отталкивая Стогова и санитара. Оба отлетели как щенята. Крюков предусмотрительно вынул пистолет из кобуры, и крепче сжимая локоть Леши, отвел его дальше. Стрелять он не собирался, но крайние меры предусматривал.
Задребезжали стекла. Истошно пищал прибор, показывая зашкалившее сердцебиение и давление пациентки. Лили как-то рывком, будто нанизанная на лом, поднялась на ноги прямо в койке. Приподнялась над ней, точно подвешенная на невидимых веревках. Глаза распахнулись сплошным красным месивом…
— Только кровь смоет грехи ваши, — прозвучал низкий режущий голос, принадлежащий далеко не Лили.
— Что, черт возьми, происходит? — проговорил Крюков.
Нечто вселившееся в хрупкое тельце девушки обратило свой взор на следователя. Вонзилось кровавым взглядом, пылающим адским злом, указало на него пальцем и поманило, словно зазывая ребенка испробовать сладости.
— Ты следующий, — из глотки Лили вырвался рокочущий хохот.
— Ах ты, ублюдок! — Крюков выбросил вперед руку с пистолетом, и прежде чем Алеша успел сообразить смысл его действий, в палате зазвучали выстрелы. — В ад! В ад ублюдок!
Леша увел его руку с оружием в сторону. Выстрелы стихли. Лили обмякла и тут же без чувств рухнула на кровать.
— Засунь свой зад обратно в пекло! — орал Крюков. — Угрожать мне вздумал!
Леша в панике осмотрел сестру, боясь увидеть кровь.
— Ты стрелял в нее! — за это он был готов придушить следователя. — Как ты посмел в нее стрелять?! Лили, Лили очнись.
— Да я не в нее стрелял. — Взяв себя в руки, спокойно сознался следователь, указывая на кучное скопление выбоин в стене. — Я в сторону стрелял для острастки. Попугать.
— Попугать? Ты в своем уме?
— После такого? — он неопределенно указал на то место где минутой раньше зависало нечто совершенно не поддающиеся здравому осмыслению. — Нет. Я не в порядке.
К этому времени пришли в себя Стогов и санитар, которые до сих пор находились без сознания, подавленными неизвестным врагом. Стогов, решив, что прошло лишь мгновение, немедля осмотрел свою пациентку.
— Она в порядке. Проспит от укола несколько часов.
А после он осмотрелся и понял, что пропустил весьма интересное зрелище. Раз давний знакомый, зарекомендовавший себя человеком исключительно невозмутимой психики и сторонником мирных решений, изуродовал всю стену. Кстати только месяц назад после капитального ремонта.
— Может, ты мне объяснишь?
— После. Займись девочкой. И найди на нее все, что сможешь найти.
Крюков поспешно покинул палату. В его голову забрались некоторые подозрения, и очень не терпелось получить хоть частичное их удовлетворение. Внутри все так и зудело от мыслей, перед глазами мелькали еще неясные картинки из изученных когда-то дел, а все существо следователя Крюкова Валентина Владимировича обратилось в машину для анализа информации.
— Жанна? — переспросил Крюков. — Кто такая Жанна?
— Никто, — грубо отрезал Алеша.
— Кто такая Жанна? — напористо повторил следователь.
— Моя жена.
— Постойте. Вы же сказали, что она умерла год назад.
— Умерла.
— Вы видели покойную Жанну? — уточнил он, обращаясь к расплакавшейся Лили.
— Да. Я видела Жанну. Она вернулась.
— Не говори глупостей! — ожесточился Леша. — Жанна мертва. Ее вырезали из машины и по частям сложили в гробу. Ты сама видела, как ее закопали. Лили подумай, что ты несешь!
— Я говорю то, что видела! — в слабом голосе внезапно зазвенел металл. — Жанна вернулась! Я не знаю причин. Но она здесь и она не успокоится. А этот урод пришел следом за ней! Не знаю за ней ли или просто вышел из ада свежим воздухом подышать и головы порубить! Я не знаю! Но я говорю то, что я видела! Я еще в своем уме! И только посмей назвать меня чокнутой! — вдруг ее взгляд полный гнева обратился к притихшему следователю и тот даже подпрыгнул на стуле. — Это и вас касается! Не смейте шептаться за моей спиной, будто я чокнутая! Не верите мне сейчас, то захлебнетесь в крови. Я сказала правду!
— Кто бы сомневался, — улыбнулся он, соглашаясь.
В палату поспешно вошел Стогов с санитаром, быстро прижали к койке взбунтовавшуюся девушку. Ее криков о помощи, Леша не выдержал и хотел помешать врачам, но Крюков придержал его необдуманный порыв.
Лили вырывалась с невероятной силой. С ней не справлялись даже двое крепких мужчин. Когда игла воткнулась в ее плечо, и Стогов не церемонясь, сделал укол, она взвыла каким-то чудовищным утробным голосом. Содрогнулась, изогнулась всем телом, отталкивая Стогова и санитара. Оба отлетели как щенята. Крюков предусмотрительно вынул пистолет из кобуры, и крепче сжимая локоть Леши, отвел его дальше. Стрелять он не собирался, но крайние меры предусматривал.
Задребезжали стекла. Истошно пищал прибор, показывая зашкалившее сердцебиение и давление пациентки. Лили как-то рывком, будто нанизанная на лом, поднялась на ноги прямо в койке. Приподнялась над ней, точно подвешенная на невидимых веревках. Глаза распахнулись сплошным красным месивом…
— Только кровь смоет грехи ваши, — прозвучал низкий режущий голос, принадлежащий далеко не Лили.
— Что, черт возьми, происходит? — проговорил Крюков.
Нечто вселившееся в хрупкое тельце девушки обратило свой взор на следователя. Вонзилось кровавым взглядом, пылающим адским злом, указало на него пальцем и поманило, словно зазывая ребенка испробовать сладости.
— Ты следующий, — из глотки Лили вырвался рокочущий хохот.
— Ах ты, ублюдок! — Крюков выбросил вперед руку с пистолетом, и прежде чем Алеша успел сообразить смысл его действий, в палате зазвучали выстрелы. — В ад! В ад ублюдок!
Леша увел его руку с оружием в сторону. Выстрелы стихли. Лили обмякла и тут же без чувств рухнула на кровать.
— Засунь свой зад обратно в пекло! — орал Крюков. — Угрожать мне вздумал!
Леша в панике осмотрел сестру, боясь увидеть кровь.
— Ты стрелял в нее! — за это он был готов придушить следователя. — Как ты посмел в нее стрелять?! Лили, Лили очнись.
— Да я не в нее стрелял. — Взяв себя в руки, спокойно сознался следователь, указывая на кучное скопление выбоин в стене. — Я в сторону стрелял для острастки. Попугать.
— Попугать? Ты в своем уме?
— После такого? — он неопределенно указал на то место где минутой раньше зависало нечто совершенно не поддающиеся здравому осмыслению. — Нет. Я не в порядке.
К этому времени пришли в себя Стогов и санитар, которые до сих пор находились без сознания, подавленными неизвестным врагом. Стогов, решив, что прошло лишь мгновение, немедля осмотрел свою пациентку.
— Она в порядке. Проспит от укола несколько часов.
А после он осмотрелся и понял, что пропустил весьма интересное зрелище. Раз давний знакомый, зарекомендовавший себя человеком исключительно невозмутимой психики и сторонником мирных решений, изуродовал всю стену. Кстати только месяц назад после капитального ремонта.
— Может, ты мне объяснишь?
— После. Займись девочкой. И найди на нее все, что сможешь найти.
Крюков поспешно покинул палату. В его голову забрались некоторые подозрения, и очень не терпелось получить хоть частичное их удовлетворение. Внутри все так и зудело от мыслей, перед глазами мелькали еще неясные картинки из изученных когда-то дел, а все существо следователя Крюкова Валентина Владимировича обратилось в машину для анализа информации.
Страница 12 из 36
